«Самарин Юрий Федорович»

(1819—1876) — известный писатель и общественный деятель, род. в богатой и родовитой дворянской семье; окончил курс в Московском университете по философскому факультету. Большие связи в высшем свете, отличное светское образование обеспечивали ему блестящую служебную карьеру, но она его не привлекала. Первоначально он увлекался Гегелем и пытался примирить с ним православие; затем под влиянием Хомякова примкнул к славянофильскому направлению и стал одним из талантливейших его представителей. Богословские воззрения Хомякова С. воспринял всецело и пытался проводить их в замечательной диссертации о Стефане Яворском и Феофане Прокоповиче, которую он в 1844 г. защищал в Московском университете. В Яворском и Прокоповиче С. усматривал представителей двух начал — антипротестантского (момент единства) и антикатолического (момент свободы), которые соединены в православной церкви. Вследствие резких нападок на церковные преобразования XVIII в. в печати могла тогда появиться лишь третья, наименее значительная часть диссертации, под заглавием "Стефан Яворский и Феофан Прокопович, как проповедники" (М., 1844). В 1844 г. С. поступил на службу, был секретарем 1-го департамента сената, потом перешел в министерство внутренних дел и в 1847 г. отправился в Ригу делопроизводителем комиссии, которой поручено было обревизовать тамошнее городское правление. Изучив все городские архивы, С. написал историю г. Риги ("Общественное устройство г. Риги", СПб., 1852), изданную в ограниченном количестве экземпляров. Тогда же С. состоял при рижском генерал-губернаторе Е. А. Головине (см.). Слухи о насильственном присоединении к православию эстов и латышей и о возбуждении их православным духовенством против помещиков побудили его написать в 1849 г. "Письма из Риги", в которых обсуждалось отношение к России прибалтийских немцев. Письма эти, получившие распространение в рукописи, вызвали неудовольствие влиятельных сфер; С. был привлечен к ответственности по обвинению в разглашении служебных тайн. Благодаря личному вмешательству в дело имп. Николая I, который призвал к себе С. для объяснений, дело кончилось для С. 10-дневным арестом в крепости и переводом на службу в Симбирскую губ. Разъяснение положения дел в Прибалтийском крае и его отношений к России и позже занимало С. и вызвало целый ряд исследований, напечатанных им за границей под загл. "Окраины России" (5 вып., Берл., 1868—76). В числе их имеются и ценные исторические исследования, напр. очерк крестьянского вопроса в Лифляндии, но главным образом они посвящены задачам русской политики на окраинах. Уже в своих "Письмах из Риги" С. указывал, что задачи эти заключаются в поднятии и укреплении тех общественных элементов, которые дружественно расположены к основному населению государства, — а такими элементами в Прибалтийском крае являются латыши и эсты, которые должны быть освобождены от немецкого влияния. В конце 1849 г. С. был назначен правителем канцелярии киевского генерал-губернатора Д. Г. Бибикова, которому много содействовал в выработке инвентарей. В 1853 г. С. вышел в отставку и подолгу жил в деревне, изучая быт и хозяйственное положение крестьян и все более и более убеждаясь в необходимости отмены крепостного права. Вместе с тем он приступил к изучению истории освобождения крестьян в Зап. Европе, преимущественно в Пруссии; в результате получилось обширное сочинение, которое в сокращенном виде напечатано было в журнале "Сельское благоустройство". С 1856 г. С. был деятельным сотрудником "Русской беседы". Когда поднят был вопрос об упразднении крепостного права, С. был назначен членом от правительства в Самарском губернском комитете. В 1859 г. он был приглашен к участию в трудах редакционных комиссий, где работал в административном и хозяйственном отделениях, представляя вместе с кн. В. А. Черкасским и некоторыми другими славянофильское воззрение на народный быт. Деятельное участие принимал С. и в реформах, проведенных Н. А. Милютиным в 1864 г. в Царстве Польском. Это был, впрочем, мимолетный эпизод в жизни С., которая со времени великих реформ главным образом была посвящена деятельности общественной. Первые три года по освобождении крестьян он был членом губернского присутствия по крестьянским делам в Самаре. С введением земского и городского самоуправления труды С. разделились между народными школами, которыми он усердно занимался у себя в деревне, и занятиями по земским и городским делам в Москве. Не будучи реформатором, который желал бы подчинить течение жизни какому-либо отвлеченному принципу, С. был, по выражению А. Д. Градовского, "человеком реформы", т. е. горячим защитником того, что приобретено русским обществом с 1861 г. Требуя для России самобытного развития, он боялся ломки народного быта, преждевременного искажения его коренных начал, но в то же время всеми силами защищал те нововведения, которые вносили свет в русское общество, хотя бы основная их мысль и была заимствована из-за границы. "Неисправимый славянофил" (по его собственным словам), С. высоко ценил западную цивилизацию. В земском самоуправлении, в зачатках свободного печатного слова, в новом суде он видел условия, способные поднять наш народный дух, сообщить нашей государственной и общественной жизни более национальный характер. Вот почему он восставал против наших "охранителей", поставивших себе целью запугать правительство и подвигнуть его на ломку всего, созданного в эпоху великих реформ. С уничтожающею иронией осмеял он этих "охранителей" в своем ответе (изд. за границей в 1875 г.) генералу Фадееву, автору книги "Чем нам быть", доказывая, что мнимое "охранение" желает идти путем чисто революционной ломки во имя отвлеченного принципа. Этот ответ является одним из замечательнейших полемических сочинений в русской литературе. С еще большим блеском полемический талант С. сказался в письмах о иезуитах, появившихся в 1865 г. сначала в "Дне", потом отдельной книгой и выдержавших два издания ("Иезуиты и их отношения к России", 2 изд., СПб., 1868; есть польск. перевод). По глубине анализа и силе негодующего чувства письма С. могут быть сравниваемы с "Провинциальными письмами" Паскаля. С. разбирает систему авторитетного иезуита-казуиста Бузенбаума, сравнительно умеренного в своих выводах, и на частных правилах иезуитской нравственности выясняет всю ее безнравственность. Вызван был этот трактат С. письмом русского иезуита Мартынова, который по поводу приезда в Петербург иезуита-проповедника выступил с защитою своего ордена и вызывал на полемику. Когда перчатку поднял С., иезуиты предпочли воздержаться от дальнейшей полемики. По словам К. Д. Кавелина, "ни огромные знания, ни замечательный ум, ни заслуги, ни великий писательский талант не выдвинули бы так вперед замечательную личность С., если бы к ним не присоединились два несравненных и у нас, к сожалению, очень редких качества: непреклонное убеждение и цельный нравственный характер, не допускавший никаких сделок с совестью, чего бы это ни стоило и чем бы это ни грозило". Чуждый властолюбия и честолюбия, С. отличался широкою терпимостью к чужим мнениям: чувства дружбы соединяли этого бойца славянофильской идеи с К. Д. Кавелиным, ветераном западничества, с которым он расходился и по вопросам чисто теоретическим (возражения С. на "Задачи психологии" Кавелина). Возвышенным характером С. объясняется и громадный авторитет, каким он пользовался во всех слоях общества, что особенно ярко сказалось в начале 1870-х годов, при обсуждении в земских собраниях податной реформы: земства многих губерний обращались по этому вопросу за советами к С. В качестве председателя комиссии, избранной моск. земством для обсуждения податного вопроса, С. составил подробный, тщательно разработанный проект податной реформы в смысле уравнения всех сословий. В связи с этой работой С. стоит его статья о финансовых реформах в Пруссии в начале XIX ст. (в "Сборнике государственных знаний" Безобразова, т. VI). "Сочинения" С. (т. I—X, М., 1877—96) издаются его братом Д. Ф. С. Ср. некролог С., писанный Кавелиным ("Вестн. Европы", 1876 г., 4); Градовский, "Трудные годы" (СПб., 1880); "В память Ю. Ф. С." (СПб., 1876); Колубовский, "Материалы для истории философии в России" ("Вопросы философии и психологии", 1891 г., 2—библиографический обзор соч. С. и о С.).

Самарин Юрий Федорович [21.4 (3.5).1819, Петербург, ‒ 19(31).3.1876, Берлин], русский общественный деятель, мыслитель, историк, публицист, один из крупнейших славянофилов. Из родовитой дворянской семьи. Окончил Московский университет (1838); магистерская диссертация «Стефан Яворский и Феофан Прокопович» (1844). В 1844‒52 на государственной службе, главным образом в Прибалтике. С 1853 занимался литературно-публицистической деятельностью, работал в городских и сословных организациях. Активно участвовал в подготовке и проведении крестьянской реформы 1861, был членом редакционных комиссий.

Вначале был гегельянцем. Под воздействием К. С. Аксакова и А. С. Хомякова в начале 40-х годов С. примкнул к славянофильству. Исходя из православия как особого культурного начала, положенного в основу исторической жизни русского народа, С. развивает мысль о трёх периодах национальной жизни («исключительной национальности», «подражания» и «разумной народности»). Разделяя концепцию «цельного знания» Хомякова, противопоставляя «тирании рассудка» свободу «нравственного вдохновения», С. считал, что только в народе сохраняется «дух в его живой цельности». Повседневная политическая жизнь представляется ему борьбой народного быта с «бездарною, отвлеченною цивилизацией». Политическая доктрина С. основана на признании только двух сил ‒ самодержавия и сельской общины, которые он неразрывно связывал, причём дворянству С. не придавал особого значения как «нелепой среде», которая по «недостатку народного корня» лишена какой-либо творческой силы. Критикуя материализм, С. утверждал, что он «вовсе не вытекает из естественных наук».

Основные исторические сочинения С. посвящены социально-экономическим и национальным отношениям в Прибалтике, отмене крепостного права в Пруссии, истории иезуитов. В записке «О крепостном состоянии и о переходе из него к гражданской свободе» (1856) С. указывал на крепостное право как на причину социально-экономической отсталости России и, в частности, как на причину неудачи в Крымской войне 1853‒56. Из литературно-эстетического наследия С. выделяется статья «О мнениях „Современника⌠ исторических и литературных» (1847), высказывания о творчестве М. Ю. Лермонтова и Н. В. Гоголя.

Соч.: Соч., т. 1‒10, 12, М., 1877‒1911; Переписка с баронессою Э. Ф. Раден 1861‒1876, М., 1893; Переписка с А. И. Герценым, «Русь», 1883, № 1‒2.

Лит.: Колубовский Я. Н., Материалы для истории философии в России, «Вопросы философии и психологии», 1891, №2; Введенский С. Н., Основные черты философских воззрений Ю. Ф. Самарина, Каз., 1899; Гершензон М. О., Исторические записки, М., 1910; Нольде Б. Э., Ю. Ф. Самарин и его время, Париж, 1926; Ефимова М. Т., Ю. Самарин в его отношении к Лермонтову, в кн.: Пушкинский сборник, Псков, 1968; её же, Ю. Самарин о Гоголе, в кн.: Пушкин и его современники, Псков, 1970; История философии в СССР, т. 2, М.. 1970; Hucke G., J. F. Samarin: seine geistesgeschichtliche Position und politische Bedeutung, Münch., 1970.

М. Т. Палиевский.

САМАРИН Юрий Федорович (1819-76) - российский философ, историк, общественный деятель, публицист. Один из идеологов славянофильства. Автор либерально-дворянского проекта отмены крепостного права, участник подготовки крестьянской реформы 1861, в 1859-60 член редакционной комиссии. Труды о социально-политических и национальных отношениях в Прибалтике.

(1819-1876), русский публицист и философ. Родился 21 апреля 1819 в Петербурге в дворянской семье. Домашнее образование позволило ему уже в 15-летнем возрасте поступить в Московский университет, который он окончил в 1838. Молодой Самарин испытал сильное влияние гегелевской философии. Вскоре после знакомства с К. С. Аксаковым (также переживавшем глубокое увлечение гегельянством) он сближается с ведущими славянофилами - А.С.Хомяковым и братьями Киреевскими. Особенно сильным было воздействие на него идей Хомякова. Однако принял эти идеи Самарин далеко не сразу. Еще в начале 1840-х годов он мечтал о своего рода синтезе православия и гегелевской философии, утверждая, что "вопрос о Церкви зависит от вопроса философского, и участь Церкви тесно, неразрывно связана с участью Гегеля". Общение с Хомяковым сыграло решающую роль в отказе Самарина от подобных проектов и формированию у него системы взглядов, о которых он скажет позже, что суть их "сводится окончательно к православному катехизису". В 1844 Самарин защитил в Московском университете магистерскую диссертацию Стефан Яворский и Феофан Прокопович. В 1846 он стал чиновником особых поручений при министерстве внутренних дел и вскоре в составе ревизионной комиссии выехал в Ригу, где работал в течении двух лет. В Риге он пишет исследование История городских учреждений Риги, а в 1849 распространяются в списках его Письма из Риги. Славянофильские настроения автора, резкая критика им политики правительства в Прибалтике вызвала суровую реакцию властей. Самарин был арестован и заключен в Петропавловскую крепость. После освобождения ему было разрешено продолжить службу. В 1854 Самарин вышел в отставку и до конца жизни отдавал все силы общественной деятельности и литературному труду. Во второй половине 1850-х годов начался процесс подготовки к крестьянской реформе, активным участником которого стал Самарин. В 1853-1856 он пишет записку О крестьянском состоянии и переходе от него к гражданской свободе, где, рассматривая причины поражения в Крымской войне, утверждает, что к таковым следует отнести не столько силу противников России, сколько "наше внутреннее бессилие". Записка, в которой Самарин предложил конкретный план реформ, распространялась в списках и принесла автору общественное признание. Отношение Самарина к крестьянскому вопросу было связано с его общим пониманием своеобразия русской истории. Считая крепостное право "страшной ошибкой", "побочным" итогом развития российской государственности, он был убежден, что крестьянская реформа в конечном счете отвечает интересам всех слоев общества. Для того чтобы реформа действительно обрела национальный характер, она, считал Самарин, должна способствовать сохранению и укреплению крестьянской общины. В 1859 Самарин активно участвовал в работе комиссий, готовивших программу реформ. В дальнейшем он активно участвовал в осуществлении реформ: был одним из организаторов и лидеров земского движения в 1862-1864 годы, в 1864 принимал активное участие в земельной реформе в Польше, с 1866 состоял гласным Московской городской думы и губернского земского собрания. В 1869 Самарин был избран почетным членом Московского университета, а в 1872 - Московской духовной академии. В 1870-е годы Самарин вступил в полемику с представителями дворянского конституционализма (Р.А.Фадеевым и др.), доказывая, что "игра" в парламентаризм в России может привести в конце концов к господству "аристократической" олигархии и еще более жестокой эксплуатации народа. В своей религиозно-философской антропологии Самарин в целом следовал принципам философии "соборности" А.С.Хомякова и учению о цельности знания И.В.Киреевского. Критикуя рационализм, он утверждал, что последнему может противостоять только христианская философия, признающая, что полная и высшая истина дается не одной способности логического умозаключения, но уму, чувству и воле вместе, "т.е. духу в его живой цельности". Умер Самарин в Берлине 19 марта 1876.

ЛИТЕРАТУРА

Самарин Ю.Ф. Сочинения, тт. 1-10. М., 1877-1911 Нольде Б.Э. Юрий Самарин и его время. Париж, 1926 Самарин Ю.Ф. Сочинения. М., 1997

САМАРИН Юрий Федорович

(род. 1819 – ум. 1876)

рус. философ, историк, общественный деятель; называл себя «неисправимым славянофилом». Увлекшись философией Гегеля, стремился примирить ее с учением православной церкви. Воспринял и развил богословские взгляды Хомякова, суть которых сводилась а тому, что восприятие мира внешнего и мира внутреннего – неразложимый и непосредственный факт сознания, который служит основой того и др. Достоверность бытия связана с целым рядом психических процессов, напр. с сознанием личной свободы, на которой покоится нравственный мир. Внешний мир в его сущности непостижим, тем более непостижимо божество, но в сокровенных тайниках личной жизни каждый человек слышит голос этого существа и испытывает его непосредственное действие. Бытие Бога – непреложный факт внутренней жизни. Человек не имеет безусловного знания, но знание о безусловном у него есть. Самарин в полном согласии с Киреевским и Хомяковым утверждает, что «истина полная и высшая дается не одной способности логического умозаключения, но уму, чувству и воле вместе, т.е. и духу в его живой цельности». Особенно важно для характеристики Самарина его письмо к Герцену, в котором он настаивает на свободе человеческой воли и вскрывает внутреннее противоречие в мышлении Герцена. В письме он пишет: «...т. н. свобода воли, или предполагаемая в человеке возможность (а следовательно, и право) самоопределения, есть не что иное, как устарелое суеверие, как «X», условный знак искомого, и заявление нашей неспособности уловить связь причин и явлений. Из этого простой вывод: если нет свободы духовной (в смысле определения), не может быть и речи ни о свободе гражданской, ни о свободе политической, ибо и та и другая предполагают первую: сам человек не в силах выйти из-под гнета вещественной необходимости...» Если мечта о свободе не более как продукт того же гнета, то этим оправдывается «всякое принуждение извне, всякий деспотизм,, всякое торжество сильнейшего над слабейшим». Осн. произв.: «Окраины России», 1868-1876; «Иезуиты и их отношения к России», 1868; «Чем нам быть?», 1875; «Собр. соч.» в 10 тт., 18771896, изданные посмертно его братом.

Сама́рин Юрий Фёдорович

(1819—1876), философ, историк, общественный деятель, публицист. Один из идеологов славянофильства. Автор либерально-дворянского проекта отмены крепостного права, участник подготовки крестьянской реформы 1861, в 1859—60 член редакционных комиссий. Труды о социально-политических и национальных отношениях в Прибалтике.

* * *

САМА́РИН Юрий Федорович (1819—76), российский философ, историк, общественный деятель, публицист. Один из идеологов славянофильства. Автор либерально-дворянского проекта отмены крепостного права, участник подготовки крестьянской реформы 1861, в 1859—60 член редакционной комиссии. Труды о социально-политических и национальных отношениях в Прибалтике.

САМ́́АРИН Юрий Федорович (1819—76), рус. публицист, философ и обществ. деятель; славянофил. Познакомился с Л. в 1-й пол. янв. 1838 у Оболенских; в 1840—1841 Л., приезжая в Москву, часто бывал в доме С., встречался с ним у общих знакомых (в салонах Павловой, Свербеевых, у К. О. Россета и др.). Отношения С. и Л. отличались доверием и дружеской откровенностью. В день отъезда на Кавказ (ок. 23 апр. 1841) Л. отдал С. для «Москвитянина» стих. «Спор», к-рое явилось своеобразным откликом на критич. статьи С.П. Шевырева и нац.-историч. идеи журнала. После смерти поэта С. принял участие в собирании и публикации его наследия; у него находились подаренный Л. автограф «Спора» и копия стихотворения «Валерик».

Ю. Ф. Самарин. Литография с автопортрета. 1842.