«Байрон»

(Byron, Джордж-Ноэль Гордон лорд) — род. в 1788, † в 1824 г. Жизнь Б., одного из величайшях поэтов, описывалась много раз, но редко вполне правдиво. Биографы выставляли в различном свете не только факты его собственной жизни, но и жизни его предков. Несомненно, наследственность играет большую роль в характере человека, а ближайшие предки Б. не могли назваться людьми почтенными. Отец его, капитан Байрон, был женат первый раз на разведенной жене, с которой бежал во Францию, а второй раз женился только из-за денег, чтобы уплатить свои долги, и, растратив состояние жены, бросил ее. Мать Б., Екатерина Гордон, была женщина необузданного характера. Его двоюродный дед, т. е. дядя его отца, после которого Б. наследовал титул лорда, убил под влиянием винных паров своего соседа и родственника Чаварта, судился за это, хотя был оправдан, но, преследуемый общественным мнением и угрызениями совести, заперся в своем замке Ньюстид, который уже стал приходить в ветхость, и вел в уединении такую непозволительную жизнь, что был прозван: "дурным лордом Байроном". Дед Б., адмирал, прозывался "Джеком бурь" (Foulweather Jak) и вел на море такую же беспокойную жизнь, какую внук его, поэт, вел на суше. Более отдаленные предки Б. отличались храбростью в различных войнах Англии.

Бедность, в которой родился Байрон, и от которой не избавил его титул лорда, дала направление его будущей карьере. Когда он родился (в Лондоне в Голь-Стрите, 22-го января 1788 года), отец его уже спустил все свои земли, а мать возвратилась из Европы с небольшими остатками своего состояния. Леди Байрон поселилась в Эбердине, и ее "хромой мальчуган", как она называла сына, был отдан на год в частную школу, затем переведен в классическую гимназию. О детских выходках Б. рассказывается много историй. Сестры Грей, няньчившие маленького Б., находили, что лаской можно делать с ним, что угодно, но его мать всегда выходила из себя от его непослушания и бросала в мальчика чем попало. На вспышки матери он нередко отвечал насмешками, но, однажды, как он сам рассказывает, у него отняли нож, которым он хотел заколоть себя. В гимназии он учился плохо, и Мери Грей, читавшая ему псалмы и Библию, принесла ему более пользы, чем гимназические учителя. В мае 1798 г., сделавшись пэром, десятилетний Б. так сильно влюбился в свою кузину Мери Дёф, что, услыхав о ее помолвке, впал в истерический припадок. В 1799 г. он посступил в школу доктора Глени, где пробыл два года и все время лечил свою больную ногу, после чего настолько поправился, что мог одеть сапоги. В эти два года он учился очень мало, зато прочел всю богатую библиотеку доктора. Перед отъездом в школу в Гарроу Б. снова влюбился — в другую кузину, Маргариту Паркер, и в ожидании свидания с ней не мог ни есть, ни спать. В 1801 г. он уехал в Гарроу; мертвые языки и древность вовсе не привлекали его, но зато он с огромным интересом прочел всех английских классиков и вышел из школы с большими познаниями. В школе он славился рыцарскими отношениями к товарищам и тем, что всегда заступался за младших. Во время каникул 1803 г. он опять влюбился, но на этот раз гораздо серьезнее, чем прежде — в мисс Чаварт — девушку, отца которой убил "дурной лорд Байрон". В грустные минуты своей жизни он нередко жалел, что она отвергла его.

В Кембридже Б. немного увеличил свои научные познания и больше всего отличался искусством плавать, ездить верхом, боксировать, пить, играть в карты и т. п., поэтому он постоянно нуждался в деньгах и делал долги. В Гарроу Б. написал несколько стихотворений, и в 1807 г. появились первый раз в печати его "Hours of idleness" (Часы Досуга). Это собрание стихотворений решило его судьбу, и, выпустя в его в свет, он сделался совсем другим человеком. Беспощадная критика на "Часы досуга" явилась в "Эдинбург. Обозрении" только спустя год, в течение которого Б. написал массу стихов. Явись эта критика тотчас же по выходе книги, Б., может быть, и совершенно бросил бы поэзию. "Я сочинил, — писал он мисс Фэгот, с семейством которой был дружен, — за полгода до появления беспощадной критики 214 страниц романа, поэму в 380 стихов, 660 строк "Босвортского поля" и множество мелких стихотворений. Поэма, приготовленная мной к печати — сатира". Этой сатирой он и ответил "Эдинбургскому Обозрению". Критика страшно огорчила Б., но ответ свой: "Английские барды и шотландские критики" ("Englisch bards und scotch rewiewers") он выпустил только весной 1809 года. Успех сатиры был громадный и мог удовлетворить уязвленного поэта. В июне этого же года Б. отправился путешествовать. Можно было полагать, что молодой поэт, одержав такую блистательную победу над своими литературными врагами, поехал за границу довольный и счастливый, но это было не так. Б. уехал в страшно подавленном состоянии духа, и, побывав в Испании, Албании, Греции, Турции и Малой Азии, вернулся в еще более угнетенном состоянии. Лица, отождествлявшие его с Чайльд-Гарольдом, высказывали предположение, что за границей, подобно своему герою, он вел слишком неумеренную жизнь, но Б. и печатно в устно протестовал против этого, говоря, что Чайльд-Гарольд — плод воображения. Мур говорил в защиту Б., что он был слишком беден, чтобы держать гарем, и кроме того питал в это время романическую страсть к неизвестной девушке, ездившей с ним, переодетой мальчиком. Б., очевидно, тревожили его финансовые недочеты. В это же время он лишился матери, и хотя жил с ней далеко не в ладах, но тем не менее очень жалел о ней. 27-го февр. 1812 г. Б. произнес в верхней палате свою первую речь, имевшую большой успех, а через два дня появились две первые песни Чайльд-Гарольда. Поэма имела баснословный успех и разошлась в один день в 14000 экземпляров, что сразу поставило автора в ряду первых литературных знаменитостей. "Прочитав Чайльд-Гарольда, говорит он, — никто не захочет слушать моей прозы, как не захочу и я сам". Почему Чайльд-Гарольд имел такой успех, Б. сам не знал, и говорил только: "Однажды утром я проснулся и увидал себя знаменитым". В 1812 году, когда Наполеон двинулся на Россию, вся Англия опасалась за свою безопасность. Не было дома, в котором, в случае войны, не боялись бы за кого-нибудь близкого. И что же в это время делали английские поэты? — воспевали подвиги древних героев, предания мифологии, нежную любовь. Но вот явился молодой поэт и начал говорить о том, что интересует всякого. Путешествие Чайльд— Гарольда увлекло не только Англию, но и всю Европу. Поэт затронул всеобщую борьбу того времени, с сочувствием говорит об испанских крестьянах, о героизме женщин, и его горячий крик о свободе разнесся далеко, несмотря на кажущийся циничный тон поэмы. В этот тяжелый момент всеобщего напряжения, он напомнил и о погибшем величии Греции. Сама личность поэта не могла остаться незамеченной. Он был молод, знатен и разочарован — чем? для всех осталось тайной. Слава едва не повлияла пагубно на самого Б. Он познакомился с Муром, и тот ввел его в высшее общество в качестве "льва". До этого времени он никогда не был в большом свете и теперь предался с увлечением вихрю светской жизни. Однажды вечером Даллас застал его в придворном платье, и хотя Б. ко двору не поехал, но один тот факт, что несколько любезных слов регента могли заставить его изменить своему демократизму, доказывает, как характер его был неустойчив, и как обстоятельства могли отвлечь его от литературной деятельности. В продолжение четырехлтней жизни в высшем обществе поэтический талант Б. нисколько не развился. В большом свете хромой Байрон (у него немного было сведено колено) — никогда не чувствовал себя свободно и высокомерием старался прикрывать свою неловкость.

В марте 1813 года он издал без подписи сатиру "Вальс", в мае же напечатал рассказ из турецкой жизни "Гяур", навеянный его путешествием по Леванту. Публика с восторгом приняла этот рассказ о любви и мщении, и еще с большим восторгом встретила поэмы "Абидосская невеста" и "Корсар", вышедшие в том же году. В 1814 г. он издал "Еврейские мелодии", имевшие колоссальный успех, и много раз переведенные на все европейские языки. В ноябре 1813 г. Б. сделал предложение мисс Мильбанк, дочери Ральфа Мильбанка, богатого баронета, внучке и наследнице лорда Уэнтворта. "Блестящая партия, — писал Б. Муру, — хотя предложение я сделал не вследствие этого". Он получил отказ, но мисс Мильбанк выразила желание вступить с ним в переписку. В сентябре 1814 Б. возобновил свое предложение, и оно было принято, а в январе 1815 году они обвенчались. В декабре у Б. родилась дочь по имени Ада, а в следующем месяце леди Байрон оставила мужа в Лондоне и уехала в имение к отцу. С дороги она написала мужу ласковое письмо, начинавшееся словами: "Милый Дик", и подписанное: "Твоя Поппин". Через несколько дней Б. узнал от ее отца, что она решилась никогда более к нему не возвращаться, а вслед за тем сама леди Б. известила его об этом. Через месяц состоялся формальный развод. Б. подозревал, что жена разошлась с ним под влиянием своей матери. Леди Б. приняла всю ответственность на себя. Перед отъездом своим она призывала на консультацию доктора Больи и спрашивала его, не сошел ли ее муж с ума. Больи уверил ее, что это ей только кажется. После этого она заявила своим родным, что желает развода. Причины развода были высказаны матерью леди Б. доктору Лешингтону, и он написал, что причины эти оправдывают развод, но вместе с тем советовал супругам примириться. После этого леди Байрон сама была у доктора Лешингтона и сообщила ему факты, после которых он также не находил уже возможным примирение. Истинные причины развода супругов Б. навсегда остались загадочными, хотя Б. говорил, что "они слишком просты, и потому их не замечают". Несомненно то, что поэт был характера раздражительного и с женой обращался так, как не должен обращаться муж. Во избежание несчастья леди Байрон должна была требовать развода. Не успел Байрон жениться, как кредиторы обступили его, и грозили продажей имущества, так что о спокойной семейной жизни не могло быть и речи. Спокойная, разумная и любящая женщина прощала бы поэту его вспышки и могла бы счастливо прожить с ним, но леди Байрон далеко не была такой женщиной, и жена, которая могла спрашивать у мужа, "скоро ли он оставит свою скверную привычку писать стихи", вряд ли могла нравиться такому мужу, как Б. Ее вечная веселость, обидчивость и мелкая мстительность, вполне уживавшаяся с ангельски кротким выражением лица, доводили Б. до наступления. Холодный, равнодушный муж может быть и свыкся бы с такой особой, но пылкий, раздражительный поэт ужиться с ней не мог.

Публика не хотела объяснить развода той простой причиной, что люди не сошлись характерами. Леди Байрон отказалась сообщить причины развода, и потому причины эти в воображении публики превратились во что-то фантастическое, и все наперерыв старались видеть в разводе преступления, одно ужаснее другого. Издание стихотворения: "Прощание с леди Байрон", выпущенное в свет одним нескромным приятелем поэта, подняло против него целую свору недоброжелателей. Но не все порицали Б. Одна сотрудница "Курьера" заявила печатно, что если бы ей написал муж такое "Прощание", она не замедлила бы броситься к нему в объятия. В апреле 1816 г. Б. окончательно простился с Англией, где общественное мнение, вследствие его развода, было сильно возбуждено против него. Уехав за границу, он распорядился продажей своего имения Ньюстид, и это дало ему возможность жить, не тревожась постоянным безденежьем. Кроме того, он мог предаться уединению, которого так жаждал. За границей он поселился в вилле Диадаш, неподалеку от Женевы. Лето он провел в вилле, сделав две небольшие экскурсии по Швейцарии: одну с Гобгаузом, другую с поэтом Шелли. В третьей песне "Чайльд-Гарольда" (май — июнь 1816 г.) он описывает свою поездку на поля Ватерлоо. Мысль написать "Манфреда" пришла ему, когда он, на обратном пути в Женеву, увидал Юнгфрау. В ноябре 1816 г. Б. переехал в Венецию, где, по утверждению своих недоброжелателей, вел самую развратную жизнь, которая, однако же, не помешала ему написать массу поэтических вещей. В июне 1817 г. он написал четвертую песнь "Чайльд-Гарольда", в октябре 1817 — "Беппо", в июле 1818 г. — "Оду к Венеции", в сентябре 1818 г. — первую песнь "Дон-Жуана", в октябре 1818 г. — "Мазеппу", в декабре 1818 г. — вторую песнь "Дон-Жуана", и в ноябре 1819 г. кончил "Дон-Жуана". В апреле 1819 г. он встретился с графиней Гвиччиоли, и они влюбились друг в друга. Графиня принуждена была уехать с мужем в Равенну, куда за ней поехал и Б. Через два года отец и брат графини — графы Гамба, замешанные в политическое дело, должны были выехать из Равенны вместе с разведенной уже в то время графиней Гвиччиоли. Б. последовал за ними в Пизу, где и жил по-прежнему под одной кровлей с графиней. В это время Б. был страшно огорчен утратой своего друга Шелли, утонувшего в заливе Спецции. В сентябре 1822 г. тосканское правительство приказало графам Гамба выехать из Пизы, и Б. последовал за ними в Геную.

Б. жил с графиней до своего отъезда в Грецию и в это время очень много писал. Следующие произведения появились в этот счастливый период его жизни: "Первая песня Морганте Маджиора" (1820 г.); "Пророчество Данта" (1820 г.) и перев. "Франчески да Римини" (1820 г.), "Марино Фальеро" (1820 г.), пятая песнь "Дон-Жуана" (1820 г.), "Голубые" (1820 г.), "Сарданапал" (1821 г.), "Письма к Баульсу" (1821 г.), "Двое Фоскари" (1821 г.), "Каин" (1821 г.), "Видение страшного суда" (1821 г.), "Небо и земля" (1821 г.), "Вернер" (1821 г.), шестая, седьмая и восьмая песни "Дон-Жуана" (в феврале 1822 г.); девятая, десятая и одинадцатая песни "Дон-Жуана" (в августе 1822 г.); "Бронзовый век" (1823 г.), "Остров" (1823 г.), двенадцатая и тринадцатая песни "Дон-Жуана" (1823 г.).

Спокойная, семейная жизнь не избавила его, однако, от тоски и тревоги. Он слишком жадно пользовался всеми наслаждениями и скоро пресыщался. Упившись славой, он вдруг стал воображать, что в Англии его забыли, и в конце 1821 г. завел переговоры об издании вместе с Шелли английского журнала "Либерал", который, однако, прекратился после трех номеров. Отчасти, впрочем, Б. действительно начал терять свою популярность, но, к счастью для него, в это время вспыхнуло греческое восстание. Б., после предварительных сношений с комитетом, образовавшимся в Англии с целью вспомоществования Греции, решился отправиться в Грецию и со страстным нетерпением стал готовиться к отъезду. Он собрал деньги, купил английский бриг, и, забрав припасы, оружие и людей, 14 июля 1823 г. отплыл в Грецию. Там ничего не было готово, и кроме того предводители движения сильно не ладили друг с другом. Между тем издержки росли, и Б. распорядился о продаже всего своего имущества в Англии, и деньги отдал на дело Греции. Каждый успех греков радовал его. В Миссолонги Б. простудился, но, несмотря на болезнь, продолжал деятельно заниматься делом освобождения Греции. 19 января 1824 г. он писал Ганкопу: "Мы готовимся к экспедиции", а 22 янв., в день своего рождения, он вошел в комнату полковника Стенгопа, где было несколько человек гостей, и весело сказал: "Вы упрекаете меня, что я не пишу стихов, а вот я только что написал стихотворение", и Б. прочел: "Сегодня мне исполнилось 36 лет". Постоянно хворавшего Б. очень тревожила болезнь его дочери Ады, но, получив письмо о ее выздоровлении, он захотел выехать прогуляться. Во время прогулки с графом Гамба пошел страшный дождь, и Б. окончательно захворал. Последними его словами были отрывочные фразы: "Сестра моя! дитя мое!.. бедная Греция!.. я отдал ей время, состояние, здоровье!.. теперь отдаю ей и жизнь!". 19-го апреля 1824 г. поэт скончался. Тело его было отвезено в Англию и погребено в родовом склепе Байронов.

Жена поэта, леди Анна-Иззабелла Б., провела остаток своей долгой жизни в уединении, занимаясь делами благотворительности, — совершенно забытая в большом свете. Только известие о ее смерти, 16 мая 1860 г., пробудило о ней воспоминания. А когда в 1860 г. появилась книга графини Гвиччиоли о лорде Байроне, то в защиту памяти умершей вывыступила мистрисс Бичер-Стоу со своей "Истинной историей жизни леди Б." (пом. в "Macmillans Magazine"), основанной на переданном будто ей по секрету рассказе покойной. Но эти разоблачения и уверения Бичер-Стоу (намеки на то, что Б. был в преступной связи с сестрой) не возбудили к себе доверия и поднятые ею литературные пререкания весьма скоро замолкли. Единственная дочь лорда Б. — Ада, вышла в 1835 г. замуж за графа Уильяма Ловласа и скончалась 27 ноября 1852 г., оставив двух сыновей и дочь. Старший внук лорда Б., Ноель, род. 12 мая 1836 г., недолго служил в английском флоте, и после буйной и беспорядочной жизни † 1 окт. 1862 г. работником в одном из лондонских доков. Второй внук, Ральф-Гордон-Ноель Мейльбэнк, родился 2 июля 1839 г., вступил после смерти брата, наследовавшего незадолго до кончины баронство Уинтворт от бабушки, в права лорда Уинтворта (Wentworth).

Ср. Даллас (Dallas), "Recollections of Lord В." (Лонд., 1824 г.); Гордон, "Life and genius of Lord В., (Лонд., 1824 г.); Брайдж (Brydges), "Letters on the character etc. of Lord B." (Лонд., 1824 г.); Медвин (Tg. Medevin), "Conversations of Lord В." (Лонд., 1824 г.); Маркиз де Сальво, "Lord В. en Italie et en Grèce" (Лонд., 1825 г.); "Lord Byron's private correspondence" (Лонд., 1824 г.); Гамба, "Narrative of Lord Byron's last journey to Greece" (Лонд., 1825 г.); Парри (Parry), "The lost days of Lord B." (1828 г.); Гент, (Leigh Hunt), "Lord B. and some of tus contemporaries" (Лонд., 1828 г.); Милинген, (Millingen), "Memoir on the affairs of Greece" (Лонд., 1831 г.); Мур (Th. Moore), "Leters and Journals of B. with notices ofhis life" (Лонд., нов. изд. 1874); Кеннеди, "Conversations on religion with Lord B." (Лонд., 1830 г.); леди Блессигтон, "Conversations wiht Lord В." (Лонд., 1834 г.); Бичер-Стоу (Beecher Stowe), "Lord B. vindicated" (Лондон); Трелауни (Trelawney), "Recolections of the last days of Lord В." (Лонд., 1858 г.); Графиня Guiccioli, "My Recollections of Lord В." (с италян. 2 ч., Лонд., 1869 г.); Кастеляр "Character of Lord В." (Лонд., 1870 г.), Джефферсон, "Thereal Lord B. review of the poet's life" (Лонд., 1883 г.); Биографии Б. написаны, Лэком (Lake, 1827 г.), Гальтом (John Galt, 1837 г.), Армстронгом (1846 г.), Эберти (Eberty, 1879 г.), Эльце (Elze, 1880 г.; русский перевод, Харьков, 1884 г.), Энгелем (1876 г.), Характеристику Байрона см. Маколей, "Essays" (т. I), Треичке, "Historische und politische Aufsätze" (Лейпциг, 1871 г.), Брандеса, "Hauptströmungen".

Литература о Байроне на русском языке.

I. Биографии и жизнеописания: "Маколей о лорде Б." ("Русский Вест.", 1856, т. V, кн. II); Т. Мур, "Жизнь лорда Байрона" (редак. Н. Тиблена и Думшина, изд. Вольфа, СПб., 1865 г.); "Лорд Б." ("Очерки Англии" изд. Вольфа, СПб., 1869 г.); А. С. Пушкин, "О Байроне" (5 том его "Сочинений", изд. Общ. для пособия нужд. литерат. и ученым, СПб., 1887); "Новые сведения о брачных отношениях Б." ("Отеч. Зап.", 1870, № 1); П. Вейнберг, "Байрон" ("Европейские классики" в русском перев., с примеч. и биографиями, вып. VIII, СПб., 1876); О. Миллер, "Судьба лорда Б." ("Вестн. Евр.", 1878, кн. 2 и 4); И. Шерр, "Лорд Байрон" (биогр. очерк у Гербеля, т. I, 1884 г.); В. Спасович, "Столетний юбилей лорда Б." ("Пантеон литературы", 1888, № 2, с польского); Георг Брандес, "Б. и его произведения" (перев. И. Городецкого, "Пант. литер.", 1888, №№ 3, 4 и 5); В. Спасович, "Байронизм у Пушкина и Лермонтова. Из эпохи романтизма" ("Вестник Европы", 1888, №№ 3 и 4).

II. Переводы Байрона на русский яз. Трудно указать на какой-либо журнал в русской литературе, который не уделил бы места тем или другим произведениям Б. Почти все русские поэты, начиная с 20-х годов, переводили Б.; но эти переводы, разбросанные в журналах и отдельных изданиях наших поэтов, оставались малодоступными для русской читающей публики. Н. В. Гербель пополнил этот пробел. Опытной рукой он собрал все лучшее и издал в 1864—1867 гг. в С.-Петербурге 5 томов под загл.: "Б. в переводе русских поэтов"; 2-ое издание последовало в 1874—1877 гг., 4 т., СПб., а в 1883—1884 гг. вышло 3-е изд., 3 т. с библиографическими перечнями в конце каждой книги и биографией Б., написанной И. Шерром. Здесь собраны поэтические произведения Б. в переводе лучших русских поэтов: Жуковского, Пушкина, Батюшкова, Лермонтова, Майкова, Мейя, Фета, Плещеева, Щербины, Гербеля, П. Вейнберга, Д. Минаева, Огарева и мн. др. Назовем также те переводы, которые не помещены у Гербеля: "Шильонский узник" — В. Жуковского; "Гяур" — М. Каченовского ("Вестник Европы", 1821, №№ 15, 16 и 17, прозаический перевод); Н. Р. (Москва, 1822, в стихах); А. Воейкова ("Новости Литер.", 1826, сент. и октяб., прозаич. перев.); Е. Мишеля (СПб., 1862, проза); В. Петрова (размером подлинника, СПб., 1873); "Морской разбойник" (Корсар) — А. Воейкова ("Нов. лит.", 1825, окт. и нояб.; 1826, январь, проза); В. Олина (СПб., 1827, проза); "Мазепа" — М. Каченовского (проза, "Выбор из соч. лорда Б.", 1821); А. Воейкова ("Новости литературы", 1824, ноябрь, проза); Я. Грота ("Современник", 1838, т. IX); И. Гогниева ("Репертуар и Пантеон", 1844, № 10; перепеч. в "Драматическом сборнике", 1860 г., кн. IV); Д. Михайловского ("Современник", 1858 г., № 5); "Беппо" — В. Любича-Романовича ("Сын Отечества", 1842, № 4, вольный перевод); Д. Минаева ("Современник", 1863 г., № 8); "Абидосская невеста" — М. Каченовского ("Вестник Евр.", 1821, №№ 18, 19 и 20, проза); И. Козлова (СПб., 1826, стихами, перепеч. в его "Стихотворения"); М. Политковский (Москва, 1859, переделка); "Чайльд-Гарольд" — единственный полный перевод сделан Д. Минаевым ("Русское Слово", 1864, №№ 1,3,5 и 10, исправленный и дополненный помещ. у Гербеля); П. А. Козлова ("Русская Мысль", 1890, №№ 1, 2 и 11); "Манфред" — полные переводы: М. Вронченко (СПб., 1828); О. ("Московский Вестник", 1828, № 7); А. Бородина ("Пантеон", 1841, № 2); E. Зарин ("Биб. для Чтения", 1858, № 8); Д. Минаев ("Русское Слово", 1863, № 4); "Каин" — полные переводы: Д. Минаева (у Гербеля); Ефрема Барышева (СПб., 1881 г.); П. А. Каленова (Москва, 1883 г.); "Небо и земля" — полн. перев. Н. В. Гербеля в его "Пол. собр. стихотв. (т. 1); "Двое Фоскари" — Е. Зарина ("Библ. для Чтения", 1861, № 11); "Сарданапал" — E. Зарина ("Б. для Ч.", 1860, № 12); О. Н. Чюминой ("Артист", 1890, кн. 9 и 10); "Вернер" — Неизвестного (СПб., 1829 г.); "Дон-Жуан на острове пирата" — Д. Мина ("Русский Вестн.", 1880; отд. 1881); "Дон-Жуан" — В. Любич-Романовича (песни I — X, вольный перевод, 2 тома, СПб., 1847); Д. Минаева (песни 1 — 10, "Современник", 1865, №№ 1, 2, 3, 4, 5, 7, 8 и 10; его же, песни 11 — 16 у Гербеля, т. II, 1867); П. А. Козлова (т. I и II, СПб., 1889; печатался в 1888 г. в "Русской Мысли"); переводы русских поэтов из Байрона помещены также в книге Н. Гербеля: "Английские поэты в биографиях и образцах" (СПб., 1875).

I

Ба́йрон (Byron)

Джон (8.11.1723, Ноттингемшир, — 10.4.1786, Лондон), английский мореплаватель, коммодор. В 1740— 1744 участвовал в кругосветной экспедиции Дж. Ансона. В 1764 отправился на поиски Соломоновых островов и новых земель в Тихом океане, открыл несколько островов из групп Туамоту, Токелау и Гилберта. Именем Б. назван пролив между о. Новая Ирландия и о. Лавонгай и один из островов Гилберта (о. Байрон или Никунау).

Ба́йрон (Byron)

Джордж Ноэл Гордон (22.1.1788, Лондон, — 19.4.1824, Миссолунги, Греция), английский поэт-романтик, сыгравший выдающуюся роль в общественной жизни Европы как смелый борец против политической и идеологической реакции в годы Священного союза. Принадлежал к знатному роду. Учился в Кембриджском университете. В 1807 опубликовал сборник «Часы досуга», сатирическую поэму «Английские барды и шотландские обозреватели» (изд. 1809), направленную против реакционных романтиков. С марта 1809 Б. член палаты лордов. В 1812 вышли две первые песни поэмы «Паломничество Чайльд Гарольда», где воссозданы этапы путешествия Б. по Бл. Востоку и Юж. Европе. Герой поэмы — яркий образ разочарованного в жизни молодого человека, скорбящего о крахе идеалов и об отсутствии свободы. Речь Б. в палате лордов 27 февраля 1812 была посвящена рабочим-луддитам и прозвучала как грозное обвинение господствующих классов Англии. В «Оде авторам билля» (1812) Б. выступил против закона о казни за разрушение машин.

В обстановке политической реакции 1813— 1816 трагическое мироощущение Б. углубляется, что отражено в его лирике и поэмах т. н. восточного цикла: «Гяур» (1813), «Абидосская невеста» (1813), «Корсар» (1814), «Лара» (1814), «Осада Коринфа» (1816), «Паризина» (1816). Герои этих поэм — люди, порвавшие со своей средой, вставшие на путь непримиримой борьбы, мести, даже преступлений. Покинув Англию в 1816, Б. поселился в Швейцарии на берегу Женевского озера; встретившись здесь с П. Б. Шелли, стал его другом. Настроение Б. этого периода нашло выражение в поэме «Шильонский узник» (1816). Олицетворением бесстрашия и свободолюбия явился образ Прометея (стих. «Прометей»). Герой философско-символической поэмы «Манфред» (1817) презирает власть, успех, порывает с религией; однако индивидуализм сказывается в его характере ещё сильнее, чем у героев восточных поэм.

В 1817—20 Б. жил в Венеции. С глубоким сочувствием отнёсся он к судьбе итальянского народа, страдавшего под игом Австрии. В эти годы написаны поэмы «Жалоба Тассо» (1817), «Мазепа» (1818), 3-я и 4-я песни «Чайльд Гарольда» (1816—17), где сказалась вера Б. в силы народа.

«Песня для луддитов» (опубл. 1830) — отклик на новую волну рабочего движения. В 1818 написана поэма «Беппо», знаменующая возникновение нового вида сатиры в творчестве Б. В стихотворении «Ода к Венеции» (1818) и политической поэме «Пророчество Данте» (1819) Б. призывал итальянцев бороться за объединение Италии, национальную независимость и свободу. В 1820—21 жил в Равенне, где стал деятельным членом организации карбонариев (См. Карбонарии).В трагедиях «Марино Фальеро, дож Венеции» (изд. 1821), «Сарданапал» (1821), «Двое Фоскари» (1821) одной из причин гибели героев является их оторванность от народа. В философско-символической драме «Каин» (1821) герой-бунтарь, усомнившийся во всеблагости бога, возмущён униженностью и страданиями человека. В Пизе Б. создаёт драматическую трилогию на библейский сюжет «Небо и земля» (закончена только 1-я часть), семейно-психологическую драму «Вернер» (1822), поэму «Остров» (1823). Поэма «Видение суда» (1822) — пародия на одноименную поэму Р. Саути, прославлявшую умершего короля Георга III. В сатире «Ирландская аватара» (1821, полн. изд. 1831) Б., описывая торжественную встречу, устроенную Георгу IV в Дублине, клеймит ирландцев за раболепие и забвение национальной чести. Поводом для политической сатиры «Бронзовый век» (1823) послужил конгресс Священного союза в Вероне (1822), принявший решение подавить революционное движения в Европе. В Пизе и Генуе Б. продолжал работать над стихотворным романом, начатым в 1818, — «Дон Жуан» (16 глав или песен; 17-я незаконч.). Рисуя экзотические картины и романтические приключения героя, Б. вместе с тем выступил как обличитель современного общества. Вместо характерной для него прежде проблемы «человек и мир» в «Дон Жуане» возникает проблема «человек и среда», приближающая Б. к реализму.

В июле 1823 Б. отправился в Грецию, чтобы принять участие в освободительной борьбе греческих патриотов против турецкого ига. В декабре 1823 он достиг г. Миссолунги, где заболел лихорадкой и умер. Героической борьбе греков Б. посвятил стихи «Песнь к сулиотам», «Из дневника в Кефалонии», «Последние слова о Греции». Память его была отмечена в Греции народным трауром.

Поэтическая страстность, глубокий лиризм, идейная смелость, выразительность образов сделали Б. одним из любимейших поэтов в Европе 19 в. Влияние, оказанное Б. на всю мировую, в т.ч. русскую, литературу, очень велико.

С именем Б. связано общественное умонастроение в европейской литературе начала 19 в. под названием байронизм. Противоречивостью мировоззрения Б. обусловлено то, что с этим умонастроением ассоциировались индивидуализм, подчёркнутая разочарованность в общественной жизни, особый интерес к диким, экзотическим странам, но также бунтарский дух, свооодолюбие, готовность бороться на стороне угнетённых народов.

Высокую оценку получило творчество Б. у русских писателей и критиков.

Соч.: The works. A new revised and enlarged, ed., v. 1-13, L., 1898-1904; Byron's letters and diaries, ed. by P. Quennell, v. 1—2, [L.], 1950; Selected verse and prose works including letters and extracts from Lord Byron's journals and diaries, L.—Glasgow, 1965; в рус. пер. — Сочинения, т. 1—3, СПБ. 1904—05; Драмы, П.—М., 1922; Лирика и сатира, М., 1935; Избр. произв. в одном томе, [вступ. ст. А. В. Луначарского], Минск, 1939; Поэмы, [вступ. ст. М. Заблудовского], т. 1—2, М., 1940; Избр. произв., [вступ. ст. А. А. Елистратовой], М., 1953; Дон Жуан, пер. Т. Гнедич, [вступ. ст. Н. Дьяконовой], М.—Л., 1959; Пьесы. [Вступ. ст. А. А. Аникста], М., 1959; Дневники.—Письма, М., 1963.

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 2, с. 462—63; Белинский В. Г., Полн. собр. соч., т. 1—13, М., 1953—59 (см. Указатель); Розанов М. Н., Очерк истории английской литературы XIX в., ч. 1 — Эпоха Байрона, М., [1922]; Жирмунский В. М., Байрон и Пушкин, Л., 1924; Елистратова А. А., Байрон, М., 1956; её же. Наследие английского романтизма и современность, М., 1960; Кургинян М., Джордж Байрон, М., 1958; Алексеев М. П., Из истории английской литературы, М.— Л., 1960; Клименко Е. И., Байрон, Язык и стиль, М., 1960; Gray D., The life and work of Lord Byron, Nottingham, 1964; Joseph M. K., Byron the poet, L., 1964; Marchand L. A., Byron's poetry..., Boston, 1965; его же, Byron. A. biography, v. 1—3, N. Y., 1957.

М. С. Кургинян.

Байрон Дж. Г. «Шильонский узник». Фронтиспис И. Иванова. 1822.

Байрон Дж. Г. «Чайльд Гарольд». Илл. У. Уэстолла. 1866.

Байрон Дж. Г. «Небо и земля». Илл. А. Кравченко. 1933.

Байрон Дж. Г. «Дон Жуан». Илл. Г. Ечеистова. 1947.

Дж. Г. Байрон.

Ба́йрон (Byron)

мыс, самая восточная оконечность Австралии (153°39' в. д. и 28°38' ю. ш.).

Байрон

БАЙРОН Джордж Гордон, лорд (George Gordon Byron, 1788–1824) — английский поэт. Р. в Лондоне, происходил из древнего знатного, обедневшего и опустившегося рода, учился в аристократической школе в Гарроу, потом в Кембриджском университете; в 1806 анонимно напечатал книгу легких стихов «Fuggitive pieces», к-рую сжег, по совету знакомого; в 1807 издал под своим именем сборник стихов «Часы досуга» (Hours of Idleness), вызвавший резкую критику со стороны журн. «Edinburgh Review» (автор — будущий либеральный министр Брум). Б. ответил сатирой «Английские барды и шотландские обозреватели» и отправился путешествовать (Испания, Мальта, Албания, Греция, Турция); дорогой вел стихотворный дневник, к-рый по возвращении (1812), издал в переработанном виде под заглавием «Паломничество Чайльд-Гарольда» (Child-Harold’s Pilgrimage, 1 и 2 чч.). Поэма сразу сделала его «знаменитостью». В этом же году выступил в палате лордов с двумя политическими речами, из к-рых одна была посвящена критике закона, направленного против рабочих, виновных в разрушении машин. Литературное творчество и полит. деятельность сочетаются с рассеянным образом жизни светского дэнди (наиболее продолжительная связь — с Каролиной Лам-Ноэль, изобразившей его весьма тенденциозно в своем романе «Glenarvon»). В период от 1812–1815 Б. создает ряд поэм («Гяур» — «The Giaour», «Абидосская невеста» — «The Bride of Abydos», «Корсар» — «The Corsair», «Лара» — «Lara»). В 1815 женился на мисс Мильбэнк, с к-рой в следующем году разошелся; ее тенденциозные данные о Б. послужили для американской писательницы Бичер-Стоу (см.) материалом для ее книги против Б. Завершая цикл поэм «Осадой Коринфа» (The Siege of Corinth) и «Паризиной», Б. покидает навсегда Англию, где его разрыв с женой вызвал негодование лицемерного светского и буржуазного общества. Он поселился (1816) в Швейцарии, где подружился с Шелли (см.) и написал поэмы: «Сон» (The Dream), «Прометей», «Шильонский узник», (The Prisoner of Chillon), «Тьма» (The Darkness), III ч. «Чайльд-Гарольда» и первые акты «Манфреда». В 1818 Б. переехал в Венецию, где создал последний акт «Манфреда», IV ч. «Чайльд-Гарольда», «Жалобу Тассо» (The Lament of Tasso), «Мазепу», «Беппо» и первые песни «Дон-Жуана». В 1819 познакомился с граф. Терезой Гвиччиоли (послужившей оригиналом для Мирры в его трагедии «Сарданапал»), под влиянием к-рой изучал итальянскую историю и поэзию, написал «Пророчество Данте» (Prophecy of Dante) и пьесы: «Марино Фальери» и «Двое Фоскари» (Two Foscari). В 1820 в Равенне примкнул к революционному движению карбонариев; здесь же написаны: мистерия «Каин», сатира против Саути, «Видение суда» (Visie of the Judgement) и «Небо и земля» (Heaven and Earth). В 1821 переехал в Пизу, где вместе с Гент (Leigh Hunt) издавал политический журнал «Либерал» (первоначально «Карбонарий»), продолжая работу над «Дон-Жуаном». В 1822 поселился в Генуе, где написал драму «Вернер», драматическую поэму «Преображенный урод» (The Deformed Transformed) и поэмы: «Бронзовый век» (The Age of Bronze) и «Остров» (The Island). В 1823 отправился в Грецию участвовать в национально-освободительной войне против Турции, заболел и умер 19 апреля 1824. Незадолго до смерти написал стихотворение «Сегодня мне минуло 35 лет», где выражал надежду (не сбывшуюся) умереть на поле битвы. Смерть Б. вызвала на континенте в либеральной части общества чувство печали и была оплакана Гёте (во II ч. «Фауста» в образе юного, погибающего после чудесного взлета, Эвфориона), у нас Пушкиным («К морю»), Рылеевым («На смерть Б.»).

Потомок старой феодальной знати, Б. жил и творил в эпоху, когда в Англии прочно воцарялась буржуазно-городская цивилизация. Он видел, как хозяином жизни становился капиталист: «владениям его не видно края», «ему везут богатые дары из Индии, Цейлона и Китая», «ему подвластны целые миры», «лишь для него повсюду зреет жатва золотая». Подлинными «монархами» становятся «банкиры», «чьи капиталы нам дают законы», «то укрепляют нации они, то ветхие расшатывают троны». Для Б. эти новые хозяева и монархи воплощались в образе еврея («жида») Ротшильда («Дон-Жуан»). Также решительно отталкивался Б. и от урбанического строя жизни. Когда в «Дон-Жуане» ему предстояло изобразить Лондон, он несколькими пренебрежительными словами отмахнулся от этой задачи. Вслед за поэтом Коупер Б. любил повторять: «Бог создал природу, а смертные — города». В поэме о Дон-Жуане городу, где люди, «стесняя себя, теснят друг друга», где живут «тщедушные и хилые поколения», к-рые «ссорятся и дерутся из-за пустяков» (из-за наживы), противопоставлена американская колония в лесах, где «воздух чище», где «простор»; здесь «забот не зная, стройны и сильны», «чуждые злобы» колонисты, «дети природы» — «в стране привольной процветали». Отталкиваясь от современной буржуазно-городской обстановки, Б. уходил в страны, где еще крепок был феодально-натуральный уклад (восточные поэмы) или в средние века («Лара»), в аристократическую Венецию («Фоскари», «Марино Фальери»), в помещичье-рыцарскую Германию («Вернер»), или в «галантный» аристократический XVIII в. накануне Великой французской революции («Дон-Жуан»). Центральный образ поэзии Б. — деклассированный аристократ в окружении буржуазной обстановки. Он или когда-то владел поместьем и, потеряв его, был ввергнут в нужду («Вернер») или в лучшем случае владеет еще замком, к-рый однако не более как намалеванный декоративный фон («Манфред»). Герои Б. — люди бездомные, беспокойные и беспочвенные скитальцы. Они кочуют по белому свету, как Чайльд-Гарольд, или разъезжают по морям, как Конрад, или мечутся по миру, игралище судьбы, как Дон-Жуан. Пережившие свой класс и не слившиеся с каким-нибудь другим, они живут обособленной и одинокой жизнью, отшельниками, как Чайльд-Гарольд («его друзьями были горы, отчизной — гордый океан», «как маг следил он за звездами, их дивным миром наполнял, и шар земной с его бедами пред ним навеки исчезал»), или как Манфред, с проклятьем на устах ушедший от людей в альпийские горы, где живет одиноко, как «лев», следя за бегом звезд, блистаньем молний и падением осенних листьев. Чужие в современности, они любят уходить в созерцание обломков прошлого величия, как Чайльд-Гарольд и Манфред, размышляющие над развалинами Рима о бренности всего земного. Пессимисты, не верящие, как и сам Б., ни в религию, ни в науку, считающие единственным, что неоспоримо и непреложно, — смерть, — они в то же время унаследовали от своих аристократических предков культ «любви-страсти», противоположный буржуазному идеалу супружества и семейственности. Чайльд-Гарольд, проводящий свой досуг среди красавиц и пиров, и Конрад, к-рый был «рожден для нег и мирных наслаждений», превращаются в любимца Б., в Дон-Жуана. Предки его восходят к аристократическому XVII в., к эпохе придворно-абсолютистской культуры, когда из эксплоататоров крепостного труда они переродились в хищников любви, и к «галантному» XVIII в., когда они доигрывали до конца свою эротическую вакханалию. Дон-Жуан Б. — тот же сын «галантного века», такой же эротик, но уже упадочного типа, потерявший агрессивность и активность своих хищных предков, пассивный любитель «мирных наслаждений», к-рый не нападает на женщину, а сам является предметом ее нападения (Дон-Жуан — любовник доньи Юлии и Екатерины II) или же жертвой случайной встречи (Дон-Жуан и Гайде, Дон-Жуан в гареме султана). Тот же эротик, поклонник «неги», в лице Сарданапала восседает на троне и, когда вынужден стать активным (защита государства от врага), предпочитает пассивно уйти из жизни. И под тем же углом характерного для героя Б. культа любви-страсти скомпанованы женские образы Б. Его женщины и девушки живут только для страсти, сознают себя только как любовницы и, если порой выходят за пределы «нег и наслаждений», — обращают свою активность разве только на задачу нравственного перерождения любимого мужчины, как гречанка Мирра, никогда не поднимаясь до роли общественной и революционной деятельницы, как многие женские образы его друга, поэта Шелли. Центральный герой Б. однако не только скиталец, одиночка, пессимист и эротик, но еще и бунтарь. Вытесняемый новым классом с арены жизни, он объявляет войну всему обществу. Бунт его на первых порах стихийный, анархический, бунт мести. Как в феодальном обществе, уже отмершем, он становится разбойником на море, как пират Конрад, и на суше, как сын Вернера, атаман лесной шайки, «черной банды», после того как отца лишили поместья и старик, совершив из нужды кражу, запятнал честь древнего рыцарского герба. Бунтуя против социального порядка, к-рый поставил его вне жизни, разбойник превращается затем в богоборца Каина и объявляет войну уже не людям, а богу. Изгнанный творцом из рая не за свою вину, обиженный богом Каин восстает против него также стихийно-анархично, убивая брата, и руководимый Люцифером, критическим разумом, объявляет весь созданный божеством миропорядок, где царят труд, разрушение и смерть, таким же несправедливо жестоким, каким бунтари Б. объявляли общественный порядок.

Скиталец, одиночка, пессимист, эротик, бунтарь и богоборец — все эти черты образуют однако только одну сторону лика центрального образа Б. Вытесняемый с арены жизни новым буржуазным классом, байроновский аристократ неожиданно становится борцом за интересы и идеалы этого враждебного ему класса. Он становится этим борцом и в области мышления и в области действования. Своим восстанием против бога-творца и верой в мощь критического разума Каин расчищает почву для научного исследования, свободного от религиозно-церковных фетишей и пут, почву для нового позитивного мировоззрения воцарявшейся буржуазии. Так и в сфере общественно-политического действия герой Б. вольно и невольно идет на службу к победителю старой аристократии. Чайльд-Гарольд превращается из светского дэнди в странствующего агитатора, призывая угнетенные чужими и своими поработителями нации к вооруженному самоопределению и самоосвобождению: итальянцев, слишком долго поклонявшихся искусству и слишком мало стремившихся к свободе, возбуждая к борьбе против Австрии, как греков, потомков марафонских бойцов, — к борьбе против Турции. Ненавистник буржуазного общества становится глашатаем идеи национальной свободы и независимости, т. е. господства либеральной национальной буржуазии. В «Бронзовом веке» протест против феодально-помещичьей реакции, объективно задерживавшей развитие буржуазных отношений, облекается в великолепную, грозную и уничтожающую сатиру, (в частности на Александра I: «вот щеголь-властелин, войны и вальсов верный паладин, умом — казак, с калмыцкой красотой, великодушный — только не зимой (1812); в тепле он мягок, полулиберал; он бы не прочь свободу уважать там, где не нужно мир освобождать» и т. д.). Сарказмы по адресу феодально-монархической реакции, по адресу «Священного союза» сочетаются со скорбью по поводу гибели европейских вольных республик, возникших под ветром великой революции, и с верой в мощь и будущее «нового света» — Америки: «есть далекий край, свободный и счастливый», «могучий океан хранит его народ» («Ода к Венеции»). Рассеянные во множестве произведений Б. выпады против феодально-монархического режима концентрируются затем в поэме о Дон-Жуане, где спокойное повествование о любовных приключениях героя то и дело прерывается то гневным развенчанием феодально-самодержавного милитаризма во имя мирного сотрудничества народов (по поводу взятия екатерининскими войсками крепости Измаил), то страстными призывами к революции («Народ, очнись... иди вперед... Борись со злом, свои права любя»), и где в потоке пестрых событий, переносящих читателя из великосветского будуара на поле битвы, из восточного гарема ко двору русской царицы, раздается явственно слышимая песня, «что в мир пришла свобода». И недаром — хотя это не вяжется с образом искателя «нег и мирных наслаждений» — Дон-Жуан должен был по замыслу, не выполненному за смертью его творца, закончить свою карьеру эротика в Париже, сотрясенном революцией, расчищавшей дорогу буржуазному обществу, — и притом в рядах восставшего народа. И однако этот политический либерализм радикального оттенка до конца жизни Б. уживался в нем с враждебным буржуазии сознанием феодала. В своей последней поэме, в своей «лебединой песне» — «Остров» — Б. переносится мысленно на затерянный вдали от городов Англии, в океане, остров, где нет частной собственности на землю, где употребление золота неизвестно, где люди — дети природы — живут как в раю. «Золотой век», не знавший золота — это лишь облеченная в покров руссоизма проекция феодального социализма.

То же противоречие, к-рое раздваивает образно (а порой не образно) выраженную идеологию Б., пронизывает и форму, в к-рой эта идеология выражена. С одной стороны, Б. продолжает и реставрирует поэтические жанры аристократического прошлого. Он начинает свою поэтическую деятельность сожженной книгой легких светских стихов, столь обычных в аристократическом обществе XVIII в., чтобы потом возродить поэму елизаветинской эпохи с ее строфической и стихотворной конструкцией («Чайльд-Гарольд», «Беппо», «Дон-Жуан»), или же он, конкурируя с романами «тайн и ужасов», заимствуя оттуда мотивы и настроения, облекает их в аристократизированный покров «кошмарной» поэмы (восточные поэмы — «Гяур», «Абидосская невеста», в особенности «Осада Коринфа» и «Паризина»). Приверженность Б. к аристократическим формам явно сказалась и в его драматургическом творчестве, в классическом построении и оформлении его драм из итальянской жизни («Фоскари», «Марино Фальери»). Наконец его крупнейшее произведение «Дон-Жуан» представляет собой не что иное, как облеченный в стихотворную форму любовно-авантюрный роман в стиле галантного века, если отбросить лирические отступления философского или политического содержания. А наряду с этими аристократическими и классическими жанрами в его творчестве живут черты, противоположные аристократической и классической эстетике — в виде бурно разлагающего каноническую форму лирического индивидуализма, пейзажной живописи, меланхолических, восходящих к «кладбищенской» поэзии, картин разрушения, восточной экзотики, позднее реалистически-бытовых приемов — черты, вошедшие, хотя и в измененном виде, в светско-классическую поэзию Б. из поэзии развивавшегося уже в XVIII в. романтизма. Наконец по мере развития поэтического творчества Б. его первоначально героизированные, поднятые на пьедестал, окруженные эффектной декорацией («Чайльд-Гарольд», «Корсар», «Манфред» и т. д.) образы заметно снижаются, теряют свою «сверхчеловеческую» необычайность и исключительность и, действуя в будничной обстановке, сами становятся будничными персонажами («Беппо», «Дон-Жуан»), «буржуазными» героями. В дальнейшем развитии английской общественности и литературы герой Б. еще более снижается, превращаясь под пером Бульвера (см.) в Пелгэма, светского дэнди, вынужденного заняться изучением политической экономии, чтобы сделать карьеру, и благополучно кончающего ее на посту министра, а потом под пером Дизраэли-Биконсфильда (см.) — в его светских героев (Контарини Флеминг, Вивиани Грей), превращающихся в создателей новоторийской партии с империалистической программой (Кенигсби, Танкред), чтобы в конце XIX в. пережить еще одну метаморфозу и предстать перед публикой в образе последнего дэнди, эстета, эротика, аморалиста, чуждого всяких общественных и политических устремлений декадента Дориана Грея О. Уайльда (см.). Между тем как Б. на родине не пользовался, как глава «сатанинской» (выражение поэта Саути), т. е. революционной, «школы» поэзии, популярностью ни при жизни, ни даже в настоящее время ею не пользуется, на континенте творчество его нашло значительный отзвук в эпоху так наз. «романтизма». В отдельных странах, в зависимости от их специфического положения и от классовой природы писателей, из общего комплекса творчества Б. культивировались отдельные разрозненные мотивы: иногда скитальчество, одиночество, разочарованность («байронические» поэмы Пушкина, Лермонтова, А. де Виньи, А. де Мюссе) и иногда богоборчество (Ленау), иногда политический либерализм (наши декабристы; монолог Репетилова в «Горе от ума», Рылеев), иногда идея национального освобождения и борьбы (польские романтики — Мицкевич, Словацкий, Красинский; итальянцы первой половины XIX в. — Монти, Фосколо, Никколини). То, что обычно раньше объединялось именем «байронизма» и истолковывалось как влияние Б., представляет на самом деле родственные творчеству Б. местные литературные явления, по сходству приуроченные к его имени, что не исключает знакомства указанных писателей с произведениями Б.Библиография:

I. Лучшее англ. изд. сочин. Б.: Works of Lord B., new, revised and enlarged edition, 13 v., L., 1898–1904 (Prothera G. and Coleridge E.). Русск. изд., 3 т., СПБ., 1904–1905 (Брокгауз-Ефрон, Под редакцией Венгерова С.).

II. Биографии: Веселовский А. Н., Б., М., 1902; Elze K., Lord B., Berlin, 1886; Ackermann, B., Heidelb., 1901. О поэзии Б. Тэн И. Развитие политической и гражданской свободы в Англии в связи о развитием литературы, т. II, СПБ., 1871; Брандес Г., Главные течения в литературе XIX в., М., 1881; Де Ла Барт Ф., Критические статьи по истории романтизма, Киев, 1908; Розанов М. Н., История английской литературы XIX в., М., 1910–1911; Коган, П. С., Очерки по истории зап.-европ. литературы, т. I, М, 1922; Жирмунский В. М., Б. и Пушкин, Л., 1924; Сборник «Б. 1824–1924», Л., 1924; Волгин В. П., Очерки социалистических идей, Гиз, 1928. Вступит. статьи к переводам в изд. Брокгауза и Ефрона. Donner, B.’s Weltanschauung, Helsingfors, 1897; Kraeger, Der B-sche Heldentypus, München, 1898; Eimer, B. und der Kosmos, Heidelberg, 1912. Robertson, Goethe and B., 1925, Brecknock A., B., A study of the Poesy in the Light of new discoveries, 1926. О байронизме: работы Спасовича (сочин., тт. I и II), Веселовского А., («Этюды и характеристики», ст. «Школа Б.» и др.), Котляревского Н. (Мировая скорбь и др.); Zdriehowsi, B. i jego wiek; Weddigen, B.’s Einfluss auf die europäischen Literaturen.

Ба́йрон

(Byron), мыс, самая восточная оконечность Австралии (28º38\'ю. ш. и 153º39\'в. д.).

(Byron), Джордж Ноэл Гордон (22.I.1788 - 19.IV.1824) - англ. поэт, борец против политич. реакции в Англии, участник освободит. движения в Италии и Греции. Вошел в лит-ру как родоначальник и один из виднейших представителей революц. романтизма. Характерной для Б. является идея непримиримой, трагич. борьбы против враждебной действительности. Такие произв. Б., как поэмы "Паломничество Чайльд Гарольда" (1-я и 2-я песни вышли в свет в 1812, 3-я и 4-я - в 1817-18), "Шильонский узник" (1816), филос. драмы "Манфред" (1817) и "Каин" (1821), роман в стихах "Дон Жуан" (1818-24) и др. принесли Б. мировую славу. Род. в Лондоне в обедневшей аристократич. семье. Учился в колледже Харроу, окончил Кембриджский ун-т. В 1798 Б. унаследовал титул лорда, в 1809 занял свое место в палате лордов. 27 февр. 1812 Б. произнес в палате лордов речь, к-рая была направлена против проекта закона, вводившего смертную казнь для луддитов. Резко оппозиционными были и последующие выступления Б. в парламенте в 1812-13. Борьбе луддитов Б. посвятил стихотворения: "Ода авторам билля" (1812), "Песнь для луддитов" (написана в 1816). Политич. выступления Б. и его лит. деятельность восстановили против него англ. реакц. круги, к-рые воспользовались разрывом Б. с женой как поводом для того, чтобы вынудить его покинуть родину. В 1816 Б. уезжает из Англии. С 1817 он живет в Италии. Участвует в работе карбонарской орг-ции (см. Карбонарии) в Равенне. Создает ряд произв., посвященных проблемам нац. освобождения и политич. свободы Италии: поэмы "Жалоба Тассо" (1817), "Пророчество Данте" (1821), стихотворения "Ода к Венеции" (1819), ист. трагедии - "Марино Фальеро, дож Венеции" (1820), "Двое Фоскари" (1821) и др. В 1822-23 Б. вместе с Шелли и Ли Гентом выпускает несколько номеров лит. журн. "The Liberal". В первом номере этого журнала была напечатана сатирич. поэма Б. "Видение суда" (1822), в к-рой Б. рисует картину бедствий и несчастий, связанных с царствованием короля Георга III.

В сатирич. стихотворении "Бронзовый век" (1823) Б. клеймит участников Веронского конгресса Священного союза. К актуальнейшим проблемам современности Б. постоянно обращается и в романе "Дон Жуан". В 1823 Б. покинул Италию и направился в Грецию, где принял участие в нац.-освободит. борьбе греч. народа. Борьбе греч. народа Б. посвятил в 1824 несколько стихов: "Песнь к сулиотам", "Последние слова о Греции" и др. Б. снарядил на свои средства корабль, нанял и обмундировал 500 солдат, командовал отрядом. Тяжело заболев, Б. отказался покинуть лагерь и пал на боевом посту. Память Б. была отмечена в Греции нац. трауром. На родине же Б. его прах не был принят в "Уголок поэтов" Вестминстерского аббатства, в чем ярко проявилось отношение правящих классов Англии к мятежному поэту.

Соч.: (кроме указ. в статье) The Works, v. 1-7, ed. by E. Н. Coleridge, L.-N. Y., 1901-04; The works, letters and journals, ed. by R. E. Prothero, v. 1-6, L.-N. Y., 1898-1901; в рус. пер. - Соч., под ред. С. А. Венгерова, т. 1-3, СПБ, 1904-05; Избр. произв., M., 1953.

Лит.: Елистратова А. А., Байрон, М., 1956; Кургинян М. С., Джордж Байрон, M., 1958; Cline C. L., Byron, Schelley and their Pisan circle, Camb., 1952; Quennell P., Byron in Italy, Harmondsworth, 1955.

M. С. Кургинян. Москва.

Байрон

(Byron)Байрон, Джордж Ноэл Гордон (Byron, George) (1788 - 1824)

Лорд. Английский поэт-романтик.Афоризмы, цитаты -Байрон - биография (Byron)

• Если бы называть все вещи их настоящими именами, сам Цезарь Юлий (Julius Caesar) устыдился бы своей славы.
• В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.
• Если бы Лаура была женой Петрарка Франческо (Petrarca), разве он писал бы ей сонеты всю свою жизнь?
• В колчане дьявола нет лучшей стрелы для сердца, чем мягкий голос.
• Ночь придает блеск звездам и женщинам.
• Из всех тропинок, ведущих к сердцу женщины, жалость - самая короткая.
• В конце концов, что такое ложь? - Замаскированная правда.
• Порой жестокое недомоганье
• Вино и женщины приносят нам,
• За радости нас облагая данью,
• Какое предпочесть - не знаю сам,
• Но я скажу, потомству в назиданье,
• Проблему изучив по всем статьям,
• Что лучше уж с обоими спознаться,
• Чем ни одним из них не наслаждаться!
• Высушить одну слезу - больше доблести, чем пролить целое море крови.
• Открытий много, и тому причина -
• Блестящий гений и пустой карман...
• Мы живем потому что Надежда обращается к Памяти, и обе нам лгут.
• Люблю парламент и люблю я пренья,
• Но не люблю я преть до одуренья.
• Не в силах мы судьбой повелевать,
• Но есть один закон, который вечен:
• Умей следить, рассчитывать и ждать -
• И твой успех на веки обеспечен!
• Скука (ennuie) - слово французское, но это особенность наша, английская.
• Любовь к потомству всех страстей сильней,
• Извечный сей инстинкт непобедим;
• Тигрица, утка, заяц, воробей
• Не подпускают к отпрыскам своим.
• Мы сами за вознею малышей
• То с гордостью, то с нежностью следим,
• Коль результат могуч, всесилен даже, -
• То мощь первопричины какова же?
• Слава давно вызывала улыбку у мудрецов; это нечто, ничто, слово, иллюзия, дым и зависит больше от стиля историка, чем от имени, которое оставляет по себе человек.

«БАЙРОН («Баллада для Байрона»)», Греция-Россия, АКВА-ФИЛЬМ (Россия)/PROFILM (Греция), 1992, цв., 90 (тв) мин. Историко-биографический фильм. Гран-при, приз за лучшую мужскую роль (Манос Вакусис), приз актрисе (Вера Сотникова) призы за звук, музыку, монтаж, костюмы МКФ в Салониках-92.

1824 год. Вместе с друзьями Байрон прибывает в Грецию, готовый вступить в сражение. Ему исполнилось 36 лет, как поэт он уже давно состоялся и теперь рвался к бою. Через несколько месяцев его не станет. Он умрет от лихорадки в освобожденном турками Миссолунги.

В ролях: Манос Вакулис, Вера Сотникова (см. СОТНИКОВА Вера Михайловна), Василис Лагос, Игорь Ясулович (см. ЯСУЛОВИЧ Игорь Николаевич), Манолис Сорманн, Фархад Махмудов (см. МАХМУДОВ Фархад), Александр Курилов, Андрей Астраханцев, Армен Джигарханян (см. ДЖИГАРХАНЯН Армен Борисович), Дмитрий Писаренко (см. ПИСАРЕНКО Дмитрий Валентинович), Виктор Ванин, Сергей Сазонтьев (см. САЗОНТЬЕВ Сергей Владиславович), Владимир Мащенко (см. МАЩЕНКО Владимир Петрович), Елена Бушуева (см. БУШУЕВА Елена Юрьевна).

Режиссер: Никос Кандаурос. Авторы сценария: Фотис Константинидис, Никос Кандаурос. Оператор: Никос Кавукидис. Художник-постановщик: Константин Форостенко (см. ФОРОСТЕНКО Константин). Композитор: Янис Макропулос. Используемая музыка: Василий Калинников. Звукорежиссеры: Танассис Георгиадис, Танассис Арванитис. Монтаж: Такис Яннопулос. Продюсер: Никос Кандаурос.