«Сербский язык»

(чаще всего отождествляемый с хорватским и потому называемый еще "сербохорватским") вместе с болгарским и словинским языками принадлежит к юго-западной группе славянских наречий, характеризуемой плавными сочетаниями ра, ла, ре, ле из ар, ал, ер, ел (град, брег), смягчением губных при помощи л (земля), исчезновением зубных в сочетаниях дл, тл, дн, тн, смягчением äj в жд, ђ, j, гь и mj в шт, ћ, ч, кь (рожден, рођен, rojen, рогьен; свешта, cвjeћa, sveca, свекьа) и некот. друг. особенностями. Особенностями собственно С. вокализма служат: исчезновение старинных глухих звуков и переход их в ясные, особенно в самый характерный для С. языка звук а, например: дьньсь — данас, сънь — сан; замена старославянских юсов большого — чистым у, как в русском языке, малого — чистым е; различные соответствия старославянскому ять в виде е и je, отождествление звуков ы и и, слогообразующие звуки л и p и переход первого из них в у (влъкъ — вук, сльза — суза); долгота и краткость гласных звуков. Из согласных звуков характерны: p, неспособный смягчаться (цар); л, переходящий часто в о (после гласного звука при заканчивании слога: писао — писал, сокоо или соко — сокол); д и т, смягчающиеся в ђ (дьжь) и ћ (тьчь); х, нередко совсем исчезающий (рам вм. храм); хв, переходящ. в ф (фала); гк, переход. в к (лак вм. лагк из льгкъ) и т. д. Различные способы ударения вместе с долготою гласных тоже составляют одну из особенностей С. речи, сближая ее, напр., с древнегреческим языком; ударение в ней не только разномастное и вольное, как в болгарском, словинском и русском языках, не только разнородное в отношении силы или напряжения голоса, но и музыкальное, основанное на значительных повышениях и понижениях. Издавна уже различают в сербохорватском языке три наречия — штокавщину, чакавщину и кайкавщину, получившие название от различного выговора в каждом из них вопросительного местоимения что, произносимого у одних што, y других ча, у третьих кай. Первое наречие и есть собственно С., второе — хорватское (по Миклошичу; другие исследователи, как Даничич и Ягич, почти отождествляют оба наречия, считая их только, так сказать, различными состояниями языка в разное время его жизни: чакавщина — более древнее состояние, штокавщина — более позднее); наконец, третье является переходным от хорватского к словинскому (Миклошич даже прямо относит это наречие к числу словинских), образовавшимся, как думает Ягич, вследствие давнего смешения хорватов, т. е. западной отрасли сербохорватского народа, со словинцами. Древнейшие и наиболее важные памятники С. языка: договорная грамота Кулина, бана босанского, с князем Крвашем, дубровницким посланником, о праве торговли в Босне (1189), Законник царя Стефана Душана (1349), Полицкий Статут, закон Вербенский, или Керский, Винодольский закон (см.), а также разные деловые грамоты, дарственные записи и т. п., отличающиеся в Босне и Дубровнике большим количеством народных элементов в языке, чем в собственной Сербии (Новакович, "Примери книжевности и jезика старога и сербскословенскога", Белград, 1877). Из указанных 3-х наречий сербского яз. наибольшее значение и распространение имело и имеет более живучее и благозвучное штокавское, получившее с течением времени большую силу и преобладание даже в тех хорватских местностях, где употреблялись сначала другие наречия. Так, знаменитая дубровницкая литература XV—XVI вв., начавшаяся на чакавском наречии, в скором времени уже перешла к штокавщине, впрочем — так называемой "икавской" (т. е. с выговором е как и, по западному говору); на штокавском же наречии писались и те грамоты, которыми сносились в XV—XVI в. с Дубровником, Венгрией и Россией турецкие султаны, венгерские короли и молдавские господари; иногда на этом же языке писались грамоты и австрийскими государями (грамоты Сигизмунда волошским обителям, 1418—29, Фердинанда I Сеньскому капитулу, 1527). В настоящее время штокавщина является общепризнанным книжным языком и орудием высшей образованности у всех разрозненных еще отраслей сербохорватского племени, для которых этот язык служит лучшей и сильнейшей связью; это — язык преподавания, суда и всех других отправлений общественной и государственной жизни сербов и хорватов.

Литература (кроме указан. выше): Т. Флоринский: "Лекции по славянскому языкознанию" (Киев, 1895); Я. Гебауэр, "Славянские наречия" (перев. А. Степовича, Киев, 1882); А. Майков, "История С. языка" (М., 1857); Г. Воскресенский, "Славянская хрестоматия"; С. Новакович, "Грамматика С. языка" (перевод А. Григорьева); Беленький, "С. грамматика" (1875); А. Шахматов, "К истории сербохорватских ударений" (1890); Ф. Ржига, "Сравнительные этимологические таблицы славянских языков" (СПб., 1878); его же, "Синтаксис славянских языков" (М., 1890); Ф. Миклошич, "Сравнительная грамматика славянских языков" (перевод Н. Шлякова), П. Лавровский, "Сербско-русский словарь" (СПб., 1870); его же, "Русско-сербский словарь" (СПб., 1880).

А. Степович.

Serbian

Сербский язык

СЕРБСКИЙ ЯЗЫК — С. яз. принадлежит к южнославянским яз. (см. Славянские языки). Он является сейчас господствующим языком в Югославии, вытесняяя из государственной и культурной жизни страны хорватский (см.) и словенский (см.) яз., что тесно связано с общей политикой сербского великодержавного национализма. Площадь распространения С. яз. примерно равняется площади болгарского яз.; расположена она в западной части Балканского полуострова, между Дунаем и Адриатическим морем. Значительная часть бассейнов рек Савы и Дравы, низовья реки Тисы населены сербами. Многочисленные острова восточной части Адриатического моря населены также ими. Значительные военные сербские поселения в XVIIIв. были на юге России (в быв. Новороссии). Много сербов живет в Италии (в Кампобассо). На востоке, между территорией сербского и болгарского яз., расположена группа македонских говоров, имеющая самостоятельное значение по отношению как к одному, так и к другому из соседящих языков. По вопросу об языковой и этнической принадлежности македонцев ведутся ожесточенные споры между сербскими (Белич) и болгарскими (Цонев) учеными, отражающие притязания сербского и болгарского великодержавного национализма.

Из самых характерных фонетических признаков С. яз. сравнительно с вост.-словенскими можно отметить: переход глухих «ъ», «ь» в «а» (сан, дан|| сон, день); звукосочетания «ра» «ла» в соответствии с «полногласием» (крава, глас); особые среднеязычные звуки «ћ» (чь) и «ђ» (джь) в соответствии с русск. «ч» и «ж» (ноћ, међа); наличие слогообразующих сонантов «л» и «р» и переход «л» в «у» (срб|| серб; вук|| волк). Ударение в С. яз — музыкальное, т.е. с различением восходящей и нисходящей интонации, а также долгот и краткостей гласных. Лексика С. яз. отличается значительным количеством турецких элементов.

С. яз. делится на три основных наречия: штокавщина, чакавщина и кайкавщина (названия эти образованы от произношения вопросительного местоимения «что»). Штокавское наречие является собственно сербским, в то время как чакавщина и кайкавщина являются наречиями хорватского языка.

В обстановке острой политической борьбы происходило оформление литературного языка у хорват. Движению за самостоятельную литературную разработку кайкавского наречия (имевшему среди своих защитников известного слависта Копитара) в начале XIXв. было противопоставлено так наз. «иллирийское» движение, стремившееся к литературному единству с Сербией. Последнее движение возобладало, и в настоящее время хорваты в качестве литературного языка пользуются сербским (штокавским), отличаясь от сербов лишь графикой (латиница). Хорватский язык.

Первые памятники письменности С. яз. относятся к XIIв. Древнейшими памятниками являются Мирославово евангелие и грамота бана Кулина, 1189. Первый памятник является самым древним списком сербской редакции старославянского (древнеболгарского) яз., к-рый в эпоху раннего феодализма выполнял роль лит-го языка у всех православных славян. Более живая струя древнесербской лексики на фоне традиционного (старославянского) языка предоставлена в средневековой рыцарской повести на сербской почве («Александриды», «О Троянской войне» и др.); нарушение старославянской нормы в письменности несла с собою и «еретическая» богомильская литература, распространявшаяся гл. обр. среди социальных низов. Наоборот, реакционно-феодальное равнение на нормы староболгарской письменности проводилось в Сербии сторонниками школы болгарского епископа Енфимия Терновского — представителями официальной церкви (Константин Костенчский с его трактатом «О письменах»). Деловой и административный язык эпохи Неманичей использует уже элементы штокавского диалекта, хотя в целом не изменяет старославянской основы (законник Стефана Душана, 1349). Международный престиж С. яз. подымается дипломатической перепиской Дубровницкой республики; даже Порта в своих сношениях с Дубровником и Москвой, а также, Венгрия, Молдавия, а иногда и Австрия прибегают к деловому языку, выработанному в Дубровнике. В Дубровнике расцветает также и художественная литература (XV—XVIвв.), развивавшаяся под сильным влиянием раннего итальянского возрождения. Эта эпоха имеет большое значение в смысле разработки сербского стиля и стиха (см. Дубровницкая литература). В конце XVIIIв. возникают попытки синтетического построения сербского литературного языка на основе штокавских говоров с использованием элементов чакавщины и старославянского языка (деятельность известного рационалиста, предшественника Караджича — Досифея Обрадовича).

Огромная роль в формирований литературного языка принадлежит Вуку Стефановичу Караджичу (1787—1864). В основу его Караджич положил свой родной южноштокавский говор. Им было создано новое сербское правописание, к-рое под названием вуковицы употребляется до сих пор. Проведение реформы Караджичем многими было встречено неодобрительно, и еще до середины XIXв. были попытки писать старославянским языком.

Из крупных исследователей С. яз. следует указать Ю.Даничича, С.Новаковича, П.Будмани, А.Лескина, М.Решетара и А.Белича.Библиография:

LeskienA., Grammatik der serbo-kroatischen Sprache, Bd. I, Hdlb., 1914; MeilletA. et VaillantA., Grammaire de la langue serbo-croate, P., 1924; Unbegaun, Les debuts de la langue litteraire chez les serbes, P., 1935 (Traveaux publies par l’Institut b’etudes slaves); МайковА., История сербского языка по памятникам, писанным кириллицею, в связи с историей народа, М., 1857; ФлоринскийТ., Лекции по славянскому языкознанию, ч.1, Киев, 1895; БрандтР., Краткая фонетика и морфология сербского яз., М., 1899.