Словарь Брокгауза и Ефрона
"книги имеют свою судьбу". Изречение это приписывали чуть ли не всем известным римским поэтам; на самом деле оно принадлежит малоизвестному грамматику Теренциану Мавру, в его стихотворении: "Carmen heroicum", стих 258.
Латинско-русский и русско-латинский словарь крылатых слов и выражений
Книги имеют свою судьбу.
Теренциан Мавр, "О буквах, слогах и размерах", 1286.
"Тема книги выражена в известном изречении: "Книги имеют свою судьбу" - "Habent sua fata libelli" - что обычно переводится: "Книги имеют свою судьбу смотря по тому, как их принимает читатель". Немногие слышали имя римского грамматика Теренциана Мавра - он жил в III в. [ Ошибка цитирующего автора - I - II в. - авт. ] нашей эры, мало кто читал его сочинение "О буквах, слогах и размерах", труды его забыты, но изречение, брошенное им, продолжает жить, и благодаря этому не кануло в забвение и имя того, кому принадлежит это изречение, словно подтверждая и истинность и парадоксальность его слов". Сергей Львов, Эхо в веках.
□ В парафразах см. Habent sua fata manuscripta и Habent sua fata scriptōres
...чтобы быть вполне беспристрастным, вполне "критическим", я отложил на время "Зиккингена", вернее - одолжил его кое-кому из знакомых (здесь еще есть несколько немцев, более или менее образованных в вопросах литературы). Но "habent sua fata libelli", - когда их одолживаешь, то редко получаешь обратно, - и моего "Зиккингена" мне тоже пришлось отвоевывать силой.(Ф. Энгельс - Фердинанду Лассалю, 18.V 1859.)
В Телемахиде находится много хороших стихов и счастливых оборотов. Радищев написал о них целую статью (см. собрание сочинений А. Радищева). Дельвиг приводил часто следующий стих в пример прекрасного гекзаметра:
Корабль Одиссеев,
Бегом волны деля, из очей ушел и сокрылся
Вообще изучение Тредьяковского приносит более пользы, нежели изучение прочих наших старых писателей. Сумароков и Херасков верно не стоят Тредьяковского, - habent sua fata libelli.(А. С. Пушкин,"Путешествие из Москвы в Петербург".)
Habent sua fata libelli. "Полтава" не имела успеха. Вероятно она и не стоила его; но я был избалован приемом, оказанным моим прежним, гораздо слабейшим произведениям; к тому ж это сочинение совсем оригинальное, а мы из того и бьемся.(Он же, Возражение критикам "Полтавы".)
Я теперь гощу у дочери Тани Сухотиной. И ее муж Михаил Сергеевич и его взрослые сыновья от первой жены очень умные молодые люди. Один из них проходит курс философии в Швейцарском университете. Так вот я нынче хочу почитать им места из вашей книги. [ Ф. А. Страхов, Искания Истины. - авт. ] Habent sua fata libelli. Как моим писаниям приписывается совсем не подобающее им значение, так ваши книги проходят совершенно неизвестными среди людей, которым они, казалось бы, так крайне нужны.(Л. Н. Толстой - Ф. А. Страхову, 16.VIII 1910.)
Habent sua fata libelli; и статьи, конечно, - тоже, и писатели, и литературные партии - тоже. Бывает так, что какая-нибудь статья, какой-нибудь писатель, какая-нибудь группа писателей вдруг становятся модными: о них говорят, спорят, от них проходу нет - и все это часто вовсе не потому, чтобы в них блеснула какая-нибудь совершенно новая мысль или вообще какие-нибудь выходящие из ряда вон достоинства, а по причинам, даже вне их лежащим и почти неуловимым.(Н. К. Михайловский, Записки профана.)
Особняком стоит седьмой и последний экскурс [ Статья под заглавием Vince, sol "Побеждай, солнце", которая существенно отличается остальных по жанровому характеру. - авт. ]: я хотел в нем представить синтез того, что я, как истолкователь древнего мира, имею передать тем, для кого я работаю. Я хотел его первоначально озаглавить "моим друзьям", разумея под последними не одних только моих личных друзей, но и всех тех, кто, подобно мне, признает обязательным для себя "кодекс чести мыслителя" (см. стр. 91). После нескольких метаморфоз он вылился, в силу художественных соображений, в настоящую свою форму. Так-то я лишний раз убедился, что от автора зачастую зависит только решение, писать ли книгу или не писать ее; раз решение принято - она пишется сама и принимает ту форму, которую должна принять по внутренней необходимости. В этом - особый смысл известной поговорки habent sua fata libelli; и, пожалуй, самый глубокий и "роковой" ее смысл.(Ф. Ф. Зелинский, Древний мир и мы.)
Латинская пословица "habent sua fata libelli" - "книжки тоже имеют свою судьбу" - приобретает необычайно широкое значение, когда мы станем говорить не о судьбе книжки (или другого какого-нибудь художественного произведения) во время жизни ее автора и в смысле перемены настроений, мод и вкусов читателей определенной эпохи, а попытаемся определить судьбу такой книжки или произведения искусства, которое оказалось поразительно долговечным: вот тогда мы почти неизбежно наткнемся то на оценки необычайно высокие, то на затмение прослеживаемого нами шедевра.(А. В. Луначарский, О наследстве классиков.)
Латинско-русский и русско-латинский словарь крылатых слов и выражений
и книги имеют свою судьбу