«Суриков Василий Иванович»

исторический живописец и жанрист, род. в 1848 г., с 1858 по 1861 г. обучался в Красноярском уездн. училище, а потом служил канцеляристом в одном из казенных учреждений, любительски упражняясь в рисовании и живописи. В 1870 г. поступил в ученики Имп. академии художеств. Посещая ее классы до 1873 г., получил за исполненные в них работы все установленные серебряные медали; затем в 1874 г. за написанную по программе картину "Милосердие самарянина" был награжден мал. золот. медалью, а через год после того, за другую программу: "Ап. Павел благовествует перед царем Агриппою и его сестрою Вероникою", удостоен звания классн. художника 1-й степ. В 1876 и 1877 гг. исполнял живописные работы в московском храме Спасителя. В 1881 г. вступил в члены Товарищества передвижных художественных выставок и с того времени постоянно является на них со своими картинами. Главные из этих картин: "Утро стрелецкой казни при Петре Великом", "Меншиков в Березове", "Боярыня Морозова" (все три в Третьяковск. гал. в Москве), "Взятие снежного городка, из сибирского быта", "Ермак" (в Русск. музее имп. Александра III в СПб.) и "Суворов на Сен-Готарде" (там же).

Суриков Василий Иванович [12(24).1. 1848, Красноярск, — 6(19).3.1916, Москва], русский исторический живописец. Родился в казачьей семье. Учился в петербургской АХ (1869—75) у П. П. Чистякова. Действительный член петербургской АХ (1893). Уже в годы учения, обращаясь к исторической живописи, С. стремился преодолеть условность академического искусства, вводя в свои композиции бытовые детали, добиваясь конкретной историчности в изображении архитектуры, убедительности свободной группировки фигур («Княжий суд», 1874, «Апостол Павел объясняет догматы веры в присутствии царя Агриппы», 1875, обе — в Третьяковской галерее). С 1877 жил в Москве, систематически совершал поездки в Сибирь, был на Дону (1893), на Волге (1901—03), в Крыму (1913). Посетил Германию, Францию, Австрию (1883—84), Швейцарию (1897), Италию (1900), Испанию (1910). Член Товарищества передвижных художественных выставок (с 1881; см. Передвижники), Союза русских художников. С. страстно любил русскую старину: обращаясь к сложным переломным эпохам в истории России, он стремился в прошлом народа найти ответ на волнующие вопросы современности. В 1880-е гг. С. создал свои наиболее значительные произведения — монументальные исторические картины: «Утро стрелецкой казни» (1881), «Меншиков в Берёзове» (1883; см. илл.), «Боярыня Морозова» (1887; все — в Третьяковской галерее). С глубиной и объективностью проницательного историка С. раскрыл в них трагические противоречия истории, логику её движения, испытания, закалившие характер народа, борьбу исторических сил в петровское время, в эпоху раскола, в годы народных движений. Главным действующим лицом в его картинах выступает борющаяся, страдающая, торжествующая народная масса, бесконечно разнообразная, богатая яркими типами, объединёнными в картинах в подлинно симфоническое созвучие. С. показывает бурлящие в народе бунтарские силы; его влекут к себе могучие характеры (такие, как исполненный яростной решимости и неукротимого духа сопротивления рыжебородый стрелец в картине «Утро стрелецкой казни», или проникнутая страстью и фанатичной убеждённостью подвижничества боярыня Морозова в одноимённой картине), раскрывающиеся в бурных событиях русской истории. С большим мастерством С. передавал облик площадей и улиц старой Москвы и заполняющие их толпы народа, с глубокой любовью к идеалу прекрасного, созданному народным творчеством, изображал одежды и утварь, вышивки, роспись, резьбу. В своих монументальных по форме картинах С. создал новаторский тип композиции, при которой общее движение людской массы, охваченной сложной гаммой переживаний, выражает глубокий внутренний смысл события; он добился удивительной гармонии полнозвучных чистых красок в пленэрной живописи. В его произведениях общий колорит, ритм цветовых пятен, фактура и направление движения мазка усиливают психологическую характеристику человека, а цвет порой приобретает почти символическое звучание. После смерти в 1888 жены С. впал в острую депрессию, оставил живопись. Преодолев после поездки в Сибирь (1889—90) тяжёлое душевное состояние, С. создал полотно «Взятие снежного городка» (1891, Русский музей, Ленинград), запечатлевшее образ народа, полного удали, здоровья и веселья, В исторических картинах 1890-х гг. С. обращается к иной проблематике, избирая в прошлом русского народа события, в которых он действует как единая, лишённая внутреннего трагического раскола сила, совершающая героические подвиги во славу Родины. В картине «Покорение Сибири Ермаком» (1895, Русский музей; см. илл.) мысль С. «две стихии встречаются» раскрыта в смелой удали казацкого войска, в своеобразной красоте человеческих типов, одежд, украшений сибирских племён. В картине «Переход Суворова через Альпы» (1899, Русский музей) воспето мужество русских воинов. Утверждение духовного здоровья, жизнерадостности, избытка внутренних сил русского народа, характерное для исторической живописи С. 1890-х гг., проявилось и в исполненных им в эти годы портретах («Сибирская красавица». Портрет Е. А. Рачковской, 1891, Третьяковская галерея). В годы реакции С., верный демократическим традициям, работал (1909—10) над картиной «Степан Разин» (начата в 1903; Русский музей). С. также много работал в технике акварели (преимущественно пейзажи). Патриотическое, правдивое творчество С., впервые с такой силой показавшее народ как движущую силу истории, стало новым этапом в мировой истории живописи. Имя С. присвоено Московскому художественному институту, в Красноярске открыт Дом-музей С. и сооружен ему памятник (бронза, гранит, 1954, скульптор Л. Ю. Эйдлин, архитектор В. Д. Кирхоглани).

Лит.: В. И. Суриков. [Альбом. Вступ. ст. Н. Г. Машковцева], М., 1960; В. И. Суриков. [Альбом. Вступ. ст. Д. Сарабьянова], М., 1963; Кеменов В.С., Историческая живопись Сурикова. 1870—1880-е гг., М., 1963.

СУРИКОВ Василий Иванович (1848-1916) - российский живописец. Передвижник. В монументальных полотнах, посвященных переломных моментам, напряженным конфликтам русской истории, главным героем показал народную массу, богатую яркими индивидуальностями, исполненную сильных чувств. Глубокие по пониманию противоречий исторического процесса произведения Сурикова ("Утро стрелецкой казни", 1881; "Меншиков в Березове", 1883; "Боярыня Морозова", 1887; "Покорение Сибири Ермаком", 1895) отличаются широтой и полифоничностью композиции, яркостью и насыщенностью колорита. Портреты, акварели.

Су́риков Василий Иванович

(1848—1916), живописец. Член Товарищества передвижников. В монументальных полотнах, посвященных переломным моментам, напряжённым конфликтам русской истории, главным героем показал народную массу, богатую яркими индивидуальностями, исполненную сильных чувств. Глубокие по пониманию противоречий исторического процесса произведения Сурикова («Утро стрелецкой казни», 1881; «Меншиков в Берёзове», 1883; «Боярыня Морозова», 1887; «Покорение Сибири Ермаком», 1895) отличаются широтой и полифоничностью композиции, яркостью и насыщенностью колорита.

* * *

СУ́РИКОВ Василий Иванович (1848—1916), русский живописец. Передвижник(см. ПЕРЕДВИЖНИКИ). В монументальных полотнах, посвященных переломных моментам, напряженным конфликтам русской истории, главным героем показал народную массу, богатую яркими индивидуальностями, исполненную сильных чувств. Глубокие по пониманию противоречий исторического процесса произведения Сурикова («Утро стрелецкой казни», 1881; «Меншиков в Березове», 1883; «Боярыня Морозова», 1887; «Покорение Сибири Ермаком», 1895) отличаются широтой и полифоничностью композиции, яркостью и насыщенностью колорита. Портреты, акварели.

* * *

СУ́РИКОВ Василий Иванович [12 (24) января 1848, Красноярск — 6 (19) марта 1916, Москва], русский художник. Лучший мастер русской исторической картины, соединивший реализм 19 в. с ярким живописным новаторством.

Родился в семье канцелярского служащего. Семья Сурикова принадлежала к старинному казачьему роду; будущий мастер привык с детства воспринимать окружающий сибирский быт с его живописной архаикой и преданиями старины как живую историю. В 1869—75 учится в петербургской Академии художеств у П. П. Чистякова(см. ЧИСТЯКОВ Павел Петрович). Жил в Петербурге, а с 1877 в Москве. Был членом Товарищества передвижных художественных выставок(см. ТОВАРИЩЕСТВО ПЕРЕДВИЖНЫХ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ВЫСТАВОК) и Союза русских художников(см. СОЮЗ РУССКИХ ХУДОЖНИКОВ).

Постоянно наезжал в Сибирь, бывал на Дону (1893), Волге (1901—03), в Крыму (1913). В 1880—90-е годы посетил Францию, Италию и ряд других стран Европы. Особое впечатление на него произвели живописцы итальянского и испанского Возрождения, прежде всего Д. Веласкес(см. ВЕЛАСКЕС Диего (живописец)) и художники венецианской школы(см. ВЕНЕЦИАНСКАЯ ШКОЛА (в искусстве)), такие, как П. Веронезе(см. ВЕРОНЕЗЕ Паоло). В своих письмах о западноевропейских музеях и выставках выше всего ставит «картины с затрагивающим смыслом» и «моготу форм», — и в его собственном творчестве идейность естественно рождалась из чисто художественного впечатления, из формы, не перерождаясь в сухую тенденциозность, которой порой грешили передвижники.

Итогом учебы в Академии стала картина «Апостол Петр объясняет догматы веры» (1870, Русский музей). Уже в те годы Суриков проявил себя как мастер пейзажа, причем пейзажа историко-ассоциативного («Вид памятника Петру I в Петербурге», 1870, там же). Важной школой для него были работы по декоративному оформлению храма Христа Спасителя(см. ХРИСТА СПАСИТЕЛЯ ХРАМ) в Москве, создание композиций для росписей на тему 4-х Вселенских Соборов(см. ВСЕЛЕНСКИЕ СОБОРЫ) (эскизы 1876—77 — там же).

«Утро стрелецкой казни»

Переезд молодого художника в «первопрестольную», впечатления от старинной московской архитектуры (на памятники которой он, как впоследствии говорил М. А. Волошину(см. ВОЛОШИН Максимилиан Александрович), смотрел «как на живых людей») явились важным стимулом на пути к первому его историческому шедевру — картине «Утро стрелецкой казни». Художник, по словам того же Волошина, «осознавал из форм», писал то, что видел, обладая потрясающей способностью открывать историко-поэтическую ауру внешней видимости. Поэтому, когда он рассказывал, что «Стрельцы» родились из впечатления от «горящей свечи на белой рубахе», а «Боярыня Морозова» — из «вороны на снегу», то это, разумеется, звучит анекдотом, но в то же время затрагивает самый нерв творческого метода мастера.

«Утро стрелецкой казни» — грандиозная картина, завершенная в 1881 (Третьяковская галерея), — производит фурор. И дело даже не столько в ассоциациях с тогдашними политическими брожениями и тревогами, с крепнущим социальным противостоянием монархии — хотя этот момент, конечно, сыграл свою роль. Избрав сюжетом финальный эпизод последнего стрелецкого бунта 1698 года — казнь мятежников на Красной площади под личным присмотром Петра I — Суриков показывает народное противодействие царским реформам сверху. При этом противостояние народа и царя — или же, в еще более масштабном плане, русского средневековья и ранних рубежей русской новой истории — явлено в виде монументальной трагедии, причем трагедии, где ни одна из сторон не остается победителем, взаимно свидетельствуя о неразрешимости конфликта. С невиданной силой Суриков воплощает в своих образах нелинейный, полифонический характер исторического процесса. И этот полифонизм, равноправие противоборствующих сторон составляет главное достоинство его «хоровой картины» (как называет В. В. Стасов многофигурные исторические сцены такого рода). Правда деталей, — тот же стрелец в белой рубахе с молитвенной свечой в руке (если упомянуть лишь одну из множества «нервных клеток» картины) — не как-нибудь поверхностно «осовременивает» образ, но, напротив, укрепляет его «древний дух» (метко подмеченный И. Н. Крамским(см. КРАМСКОЙ Иван Николаевич) в письме Стасову(см. МОРОЗОВА Феодосия Прокопиевна), 1884). И древность эта лишена чрезмерной, благостной идеализации. Поминая старую Москву, Суриков говорит о «черной грязи» и серебристом блеске «чистого железа» тележных колес. Подобные «грязь» и «блеск» составляют в картине органическое единство.

Живописец-историк

Свою репутацию выдающегося живописца-историка Суриков закрепляет в картинах «Меншиков в Березове» (1883) и «Боярыня Морозова» (1887; обе — Третьяковская галерея). Обе композиции — об опале и сибирской ссылке самого могущественного из «птенцов гнезда Петрова», об увозе в острог старообрядческой подвижницы во время церковного раскола — тоже «читаются» как визуальные романы. Тесный, как тюремная камера, интерьер избы в первой картине, ее пластическая статика, и, напротив, широкий пространственный размах второй, где доминирует мотив движения, но движения в неволю, в равной мере знаменуют неодолимость исторических судеб, которые могут быть поняты и понимаются художником лишь в их диалоге или конфликте, но в любом случае в их актуальной, — суровой и красочной — разноречивости. Для художника Россия всегда многолика, в его полотнах всегда минимум две России (даже простая крестьянская изба в «Меншикове...» воспринимается как особый одухотворенный символ старины, в итоге как бы одолевшей некогда всесильного царедворца).

«Утро стрелецкой казни», «Меншиков в Березове» и «Боярыня Морозова» составляют вершину суриковского творчества. Почти адекватно им «Взятие снежного городка» (1891, Русский музей). Художник подчеркивал, что не мыслит «исторических деятелей без народа, без толпы». Нарушив этот принцип в картине «Меншиков в Березове», он в «Снежном городке», вспомнив забавы своего сибирского детства, напротив, изображает безымянную веселую толпу в старинной казацкой игре. Народ, казалось бы, здесь (впервые у Сурикова) представлен как единое, не расколотое целое, но его удаль безудержна как разрушительный и грозный, несмотря на мажорную яркость красок солнечного зимнего дня, вихрь.

Последующие «хоровые» картины художника («Покорение Сибири Ермаком», 1895; «Переход Суворова через Альпы», 1899; «Степан Разин», 1903—07, все — Русский музей), несмотря на все мастерство режиссуры многофигурных сцен, представляют определенного рода спад. В эпических сценах колониальной экспансии России в Сибирь, антифранцузской кампании России в швейцарских Альпах, наконец, разбойничьей вольницы 17 в. отсутствует та драматургическая сложность, которая придает особое пластическое и психологическое богатство трем великим картинам Сурикова (так, противостоящие Ермаку татаро-монголы и сибирские аборигены смотрятся пусть как яркий и характерный, но отнюдь не равноправный исторический фон).

В процессе работы над большими картинами, ревностно подбирая натуру, Суриков пишет массу замечательных портретов, пейзажей, натюрмортных и интерьерных композиций, имеющих и вполне самоценный эстетический смысл. Он создает и целый ряд самостоятельных портретов, обычно близких ему людей, — простых по композиции, но чрезвычайно сильных и целостных по красочной лепке [«П. Ф. Сурикова» (мать художника), 1887, Русский музей]. Его замечательный дар колориста, который не красит, а строит форму цветом, пользуясь открытыми, звучными тонами, с особой непосредственностью проявляется в акварельных этюдах. Этапной в цветовых поисках художника явилась поездка в 1910 в Испанию (вместе с зятем П. П. Кончаловским(см. КОНЧАЛОВСКИЙ Петр Петрович)), откуда он привозит едва ли не лучшие свои акварели. Широта его эстетических взглядов проявляется в одобрительном отзыве о кубизме(см. КУБИЗМ) П. Пикассо(см. ПИКАССО Пабло), а также в дружеском общении с представителем совсем другого поколения, символистом и поэтом-«декадентом» М. Волошиным, создавшим большой очерк о творчестве мастера (впервые опубликован в 1916 в журнале «Аполлон»), который М. В. Нестеров(см. НЕСТЕРОВ Михаил Васильевич) назвал «быть может лучшим, что когда-либо было написано о русских художниках» (в письме А. А. Турыгину, 1927).

Среди поздних картин Сурикова следует в первую очередь отметить «Посещение царевной женского монастыря» (1912, Русский музей) и «Благовещение» (1914, Красноярская художественная галерея), где он стремится к более емкой выразительности форм и цвета. В этот период он также пишет ряд лучших своих портретов, по-прежнему лаконически простых композиционно, темных по тону, полных внутреннего драматизма («Автопортрет», 1913, Третьяковская галерея; «Человек с больной рукой», 1913, Русский музей).

Влияние творчества Сурикова было очень значительным, в равной мере затронувшим и традиционалистов, и мастеров более авангардного толка (например, художников круга «Бубнового валета»(см. БУБНОВЫЙ ВАЛЕТ)).

С́́УРИКОВ Василий Иванович (1848—1916), рус. художник. Получив приглашение участвовать в иллюстрировании Собр. соч. Л. (1891, Кушнерев), С. выбрал «Песню про...купца Калашникова» и выполнил илл. «Палач» (итал. карандаш, уголь; ГРМ); художник отошел от традиц. изображения палача, не наделив его нарочито устрашающей внешностью. Рис. к «Песне...» выходит за рамки книжной иллюстрации и как самостоят. худож. произв. постоянно экспонируется в ГРМ.Лит.: Гольдштейн С. Н., Суриков (1848—1916), М., 1950, с. 34—35; Лебедев Г., Рус. книжная илл. XIX в., М., 1952, с. 61—62; Сидоров, с. 282; Кеменов В., Историч. живопись Сурикова, М., 1963, с. 18.