«Феноменология»

учение о феноменах, явлениях ("φαινόμενον" по-греч. значит все являющееся нашим чувствам, явление). Как установившийся философский термин Ф. получает значение со времен Канта, понимавшего под этим термином ту часть метафизики природы, которая определяет движение или покой лишь в отношении к способу представлений, или модальности, стало быть, как явлений внешних чувств ("Met. Auf. d. Naturw.", Vorw. XXI). У Гегеля термин этот получает более специальное значение "учения об образовании науки вообще или знания" (Phänom., 22). Под Ф. духа в более тесном смысле Гегель разумеет "изображение сознания в его поступательном движении от первого непосредственного противоположения между ним и предметом до абсолютного знания" (Log. I, 33, Encykl. 414). У Гербарта Ф. отождествляется с "эйдологией" (от греч. "είδωλα" = образы, явления), под которой он понимает часть метафизики, имеющую дело с явлениями познания (Met. I, s. 71). У В. Гамильтона "Phenomenology" является частью психологии. Наконец, Эд. ф. Гартман разумеет под "Ф. нравственного сознания" "возможно полное описание эмпирически данной области нравственного сознания при критическом освещении этих внутренних данных и их взаимных отношений и с умозрительным развитием их обнимающих принципов" ("Phän. d. sittl. Bew.", Vorw., V).

Э. С.

(греч., буквально – учение о Феноменах)

вначале одна из философских дисциплин, позднее – идеалистическое философское направление, стремившееся освободить философское сознание от натуралистических установок (резко расчленяющих объект и субъект), достигнуть собственно области философского анализа – рефлексии (См. Рефлексия) сознания о своих актах и о данном в них содержании, выявить предельные характеристики, изначальные основы познания, человеческого существования и культуры. Если в классической философии ф. – введение в систему логики и метафизики, то в современной буржуазной философии Ф. выступает как метод анализа чистого сознания и имманентных, априорных структур человеческого существования.

Содержание и цель Ф. различным образом истолковывались в истории философии. И. Г. Ламберт (впервые предложивший термин «Ф.») видит в Ф. учение о явлениях как основе и предпосылке опытного познания, учение о заблуждениях чувственного опыта. К этой позиции близка точка зрения И. Канта в докритический период: он усматривает в Ф. пропедевтическую, вводную дисциплину, предохраняющую метафизику от ограниченности и несовершенства чувственого знания. В критический период идея о возможности критической науки, подвергающей анализу ценность и границы чувственности, перерастает у Канта в критику чистого разума. Противопоставляя мир явлений и «вещей в себе» (См. Вещь в себе), Кант утверждал, что рассудок не может выйти за пределы мира явлений как объектов опытного знания. Эта линия философии Канта в последующем привела к Феноменализму, линия же, связанная с анализом априорных форм созерцания и категориального синтеза, нашла своё развитие в Ф.

Новый этап в развитии Ф. связан с философией Г. Гегеля (См. Гегель), для которого Ф. – это учение о становлении науки, учение об исторических формах сознания, восходящего к абсолютному знанию. Ф., по Гегелю, выявляет различные ступени развития духа, даёт «... подробную историю образования самого сознания до уровня науки» («Феноменология духа», в кн.: Соч., М., 1959, т. 4, с. 44).

Одна из ведущих линий в буржуазной философии конца 19 в. связана с истолкованием описания явлений как единственной функции научного познания, с отказом от введения в науку ненаблюдаемых сущностей. В этом же русле находятся представления о Ф. как описательной психологии, которая противопоставляется объясняющей психологии. В работах Ф. Брентано,К. Штумпфа, А. Мейнонга были предложены методологические средства для описания и классификации психических феноменов [трактовка сознания как потока переживаний, как интенциональности, т. е. направленности на другое (см. Интенция), идея о коррелятивности, соотносительности предмета и различных актов переживаний, утверждение о самоочевидности внутренних переживаний].

Возникновение в начале 20 в. Ф. как определённого идеалистического направления западной философии связано с именем Э. Гуссерля (См. Гуссерль). Ф. возникает в противовес, с одной стороны, психологизму в теории познания (Т. Липпс, Х. Зигварт), для которого познание тождественно чувств, опыту индивида, а с другой стороны – «историцизму» В. Дильтея (См. Дильтей), трактовавшего философию как описание исторических типов мировоззрения. Исходным пунктом Ф. было рассмотрение внеопытных и внеисторических структур сознания, которые обеспечивают его реальное функционирование и совпадают с идеальными значениями, выраженными в языке и психологических переживаниях. Гуссерль рассматривает Ф. как метод уяснения смысловых полей сознания, усмотрения тех инвариантных характеристик, которые делают возможным восприятие объекта и другие формы познания. Ф. основывается на истолковании феномена не как явления чего-то иного (например, сущности), а как того, что само себя обнаруживает, как предмета, непосредственно явленного сознанию. Поэтому Ф. мыслится у Гуссерля как интуитивное усмотрение идеальных сущностей (феноменов), обладающее непосредственной достоверностью. Гуссерль настаивает на самоочевидности переживания истины, на самодостоверности созерцания феноменов, в которых он выделяет различные слои: языковые оболочки; многообразные психические переживания; предмет, мыслимый в сознании; смысл – инвариантную структуру и содержание языковых выражений. Ф. обращается к последним двум слоям, образующим интенциональную структуру сознания. Интенциональность – изначальная характеристика сознания – понимается как слитность последнего с его предметным содержанием. Предметное бытие рассматривается Гуссерлем не как нечто извне данное человеку, а как то, что уже включено в структуру чистого сознания в качестве некоторых изначальных устремлений к предмету – интенций. Предметное бытие, согласно Ф., имманентно, внутренне присуще сознанию; оно обретает свой объективный смысл благодаря отнесённости к сознанию. По Гуссерлю, предметное бытие и сознание коррелятивны (соотносительны) друг другу. Сознание предстаёт в Ф. как двуединство, включающее в себя познавательные акты – ноэзис и предметное содержание – ноэмы, которые по существу совпадают с идеальными значениями.

Ф. понимается Гуссерлем как наука об усмотрении сущности, как философская «археология», ищущая априорные структуры сознания. Задача Ф. – в раскрытии смысла предмета, затемнённого разноречивым мнением, словами и оценками. Обращение Ф. «к самим предметам» связано с её отказом от натуралистической установки, противопоставляющей сознание и бытие. Согласно Гуссерлю, эта установка, присущая обыденному сознанию, науке и прежней философии, привела к трактовке знания как отражения реальности, данной в чувственых восприятиях, к господству позитивистско-натуралистической философии и кризису европ. наук. Критика натуралистического позитивизма, данная Гуссерлем, в определённой мере была созвучна марксистской критике натуралистического фетишизма и метафизического созерцательного материализма, где сознание «... берется вполне натуралистически, просто как нечто данное, заранее противопоставляемое бытию, природе» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20, с. 34). Однако у Гуссерля эта критика проникнута неприязнью к любым формам материализма и историческому пониманию сознания. Отвергая исторический подход к сознанию, Гуссерль неправомерно видит в нём выражение релятивизма и скептицизма.

Ф., по Гуссерлю, имеет дело с организацией сознания как такового, с априорными, надысторическими структурами чистого сознания, которые составляют условия возможности эмпирического и теоретического знания. Предмет Ф. – царство чистых истин, априорных смыслов – как актуальных, так и возможных, как реализовавшихся в языке, так и мыслимых. Ф. определяется Гуссерлем как «первая философия», как наука о чистых принципах сознания и знания, как универсальное учение о методе, выявляющее априорные условия мыслимости предметов и чистые структуры сознания независимо от сфер их приложения. Познание рассматривается как поток сознания, внутренне организованный и целостный, однако относительно независимый от конкретных психических актов, от субъекта познания и его деятельности. Идеальные сущности, по Гуссерлю, не существуют как мир платоновских идей по ту сторону языковых выражений и психических переживаний, а только «значат».

Феноменологическая установка достигается с помощью метода редукции, который включает в себя: 1) эйдетическую редукцию, т. е. отказ от любых утверждений об объективном существовании бытия, о пространственно-временной его организации, воздержание от любых суждений о реальном бытии и сознании (эпохе), и 2) трансцендентальную редукцию, т. е. исключение всех антропологических, психологических трактовок сознания и поворот к анализу сознания как чистого созерцания сущностей. На этом пути достигается понимание субъекта познания не как эмпирического, а как трансцендентального субъекта, как мира общезначимых истин, возвышающегося над эмпирически-психологическим сознанием и наполняющего его смыслом. По Гуссерлю, сущность (Эйдос)–инвариантная структура многообразных языковых суждений и переживаний, тождественность идеального значения, относящаяся не только к значениям актуально мыслимых объектов, но и к классу возможных объектов, к потенциально мыслимым значениям. Способ непосредств, усмотрения типического единства, объективно-идеальной, идентичной сущности языковых выражений (идеация) влечёт за собой понимание Ф. как науки о чистых возможностях, интенционально предначертанных в структуре чистого сознания. Выявление предельных априорных структур чистого сознания, области чистых смыслов и объективно-идеальных законов, коренящихся в них, рассматривается Гуссерлем как способ обоснования науки.

Трактовка Ф. у Гуссерля претерпела ряд изменений. На первом этапе («Логические исследования», т. 1–2, 1900–01) критика психологизма привела к определению Ф. как наукоучения, как строгой науки об универсальных, априорных структурах научного знания. Анализ этих структур приводит его к идее трансцендентальной Ф. («Идеи чистой феноменологии и феноменологическая философия», т. 1, 1913; т. 2–3, опубл. 1950–1952) и к сближению с кантианством. Интерпретация истины как самоочевидности влечёт за собой интерес Гуссерля к картезианской (декартовской) точке зрения («Картезианские медитации» и «Парижские доклады», 1931) и построение варианта учения о чистом «Я» – «эгологии». Если в работах этого периода Гуссерль видит задачу Ф. в анализе структур чистого сознания, то в последний период своего творчества он во многом отказывается от первоначальных сугубо логических представлений о существе интенционального сознания и переходит на позицию, согласно которой теоретическое сознание укоренено в «жизненном мире», в некоем универсальном поле дорефлексивных структур, которые оказываются атмосферой и почвой как теоретической, так и практической деятельности («Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология», опубл. 1954). Именно эта линия получила наибольшее развитие в экзистенциальной Ф. (см. Экзистенциализм), где с помощью метода Ф. выявляются априорные структуры человеческого существования – такие, как страх, забота (М. Хайдеггер, Ж. П. Сартр, К. Ясперс, М. Мерло-Понти). Феноменологическая школа, пытавшаяся применить методы Ф. в этике (М. Шелер), эстетике (Р. Ингарден), праве (Х. Конрад-Мартиус), психиатрии (Л. Бинсвангер), социологии (М. Натансон, А. Шютц, А. Фиркандт), педагогике (Т. Литт), идейно распалась в середине 20 в.; её представители сохранили лишь приверженность к некоторым средствам феноменологического анализа сознания.

К. Маркс считал Ф. духа Гегеля истоком и тайной спекулятивной философии. Выделив рациональное зерно в гегелевской Ф. – проведение принципа деятельности в теории познания, Маркс вместе с тем выявил её существенные недостатки – сведение деятельности к абстрактно-духовной активности, а человека – к самосознанию (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Из ранних произведений, 1956, с. 637). Современную форму Ф. – феноменологическую философию Гуссерля – можно рассматривать как исток и тайну современного Иррационализма–одной из основных тенденций в буржуазной философии 20 в. Выявляя несостоятельность основных принципов и положений Ф. – её субъективизм, разрыв с методологией естественных наук, схоластичность, марксисты отмечают и рациональные моменты феноменологической философии – острую критику Сциентизма и позитивизма, осознание кризиса западноевропейской культуры, разработку сложных проблем анализа сознания. Марксистская оценка Ф. не имеет ничего общего ни с нигилистическим отрицанием познавательной значимости проблем, поставленных Ф., ни с некритической ассимиляцией идей Ф., которую отстаивают некоторые ревизионисты (например, Р. Гароди).

Лит.: Шпет Г., Явление и смысл, М., 1914; Я к овенко Б. В., философия Э. Гуссерля, в кн.: Новые идеи в философии, сб. 3, СПБ, 1913; Блонский П. П., Современная философия, ч. 2, М., 1922; Юренец В,, Эдмунд Гуссерль, «Под знаменем марксизма», 1922, № 11–12; Давыдов Ю. Н., Борьба вокруг «Феноменологии духа» в современной буржуазной философии, «Вопросы философии», 1959, № 2; Какабадзе З. М., Проблема «экзистенциального кризиса» и трансцендентальная феноменология Э. Гуссерля, Тб., 1966; Гайденко П. П., Проблема интенциональности у Гуссерля и экзистенциалистская категория трансценденции, в сборнике: Современный экзистенциализм, М., 1966; Мотрошилова Н. В., Принципы и противоречия феноменологической философии, М., 1968; философия марксизма и экзистенциализм. Сб. ст., М., 1971; Современная буржуазная философия, М., 1972, гл. XII; Ойзерман Т. И., К критике феноменологической концепции философии, «Вопросы философии», 1975, № 12; Merleau-Ponty М., Les sciences de l'homme et la phenomenologie, P., [1958]; Spiegelberg Н., The phenomenological movement. A historical introduction, v. 1–2, The Hague, 1960; Schutz A., Collected papers, [v.] 1–3, The Hague, 1962; Essays in phenomenology, ed. М. Natanson, The Hague, 1966; Farber M., The aims of phenomenology, N. Y., [1966]; его же. The foundation of phenomenology, 3 ed., Albany, 1968; Landgrebe L., Phanomenologie und Geschichte, Gutersloh, [1967].

А. П. Огурцов.

1. феноменоло́гия;
2. феноменоло́гии;
3. феноменоло́гии;
4. феноменоло́гий;
5. феноменоло́гии;
6. феноменоло́гиям;
7. феноменоло́гию;
8. феноменоло́гии;
9. феноменоло́гией;
10. феноменоло́гиею;
11. феноменоло́гиями;
12. феноменоло́гии;
13. феноменоло́гиях.

-и, ж.

В идеалистической философии Гегеля — учение о становлении науки, учение об исторических формах сознания, восходящего к абсолютному знанию.

[От греч. φαινόμενον — являющееся и λόγος — учение]

ФЕНОМЕНОЛО́ГИЯ, феноменологии, мн. нет, жен. (от греч. phainomenon - явление и logos - учение) (филос.). В философии Гегеля - учение о развитии сознания, духа.

ж.

Учение о пути развития человеческого сознания, понимаемого как саморазвитие духа (в философии Гегеля).

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ (греч. - букв. - учение о феноменах),..1) философская дисциплина, по-разному трактуемая в истории философии: как наука, выполняющая функцию критики чувственного познания (И. Г. Ламберт, И. Кант), как учение о становлении философии, историческом исследовании форм сознания ("Феноменология духа" Гегеля), как часть психологии, описывающая психические феномены (Ф. Брентано, А. Мейнонг)

2)] Идеалистическое философское направление, принципы которого в нач. 20 в. сформулировал Э. Гуссерль; задача феноменологии - обнаружение изначального опыта сознания путем феноменологической редукции (эпохе), состоящей в исключении каких-либо утверждений о бытии и достижении последнего неразложимого единства сознания - интенциональности (т. е. направленности на предмет). Феноменология явилась одним из истоков экзистенциализма и др. течений современной философии.

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ (греческое, буквально - учение о феноменах), 1) философская дисциплина, по-разному трактуемая в истории философии: как наука, выполняющая функцию критики чувственного познания (И.Г. Ламберт, И. Кант); как учение о становлении философии, историческое исследование форм сознания ("Феноменология духа" Г.В.Ф. Гегеля); как часть психологии, описывающая психические феномены (Ф. Брентано, А. Мейнонг). 2) философское направление, принципы которого в начале 20 в. сформулировал Э. Гуссерль; задача феноменологии - обнаружение изначального опыта сознания путем феноменологической редукции (эпохе), состоящей в исключении каких-либо утверждений о бытии и достижении последнего неразложимого единства сознания - интенциональности (т.е. направленности на предмет). Феноменология явилась одним из истоков экзистенциализма и других течений современной философии.

Феноменология (от греч. phainomenon - являющееся + logos - учение) - методологическая позиция. Описывает формы психологической структуры без ее разрушения и без экспериментального анализа. Мир существует в форме индивидуального знания. Здесь находит соединение экзистенциальная психология -, с одной стороны, и гештальтпсихология -, с другой. В диагностике личности этот подход реализуется прежде всего при использовании проективных методик, в которых должно быть зафиксировано индивидуальное своеобразие видения мира.

жен.;
филос. phenomenology

ж. филос.

phénoménologie f

ж. филос.

fenomenología f

ж. филос.

fenomenologia

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ

течение западной философии 20 в. Хотя сам термин Ф. использовался еще Кантом и Гегелем, широкое распространение он получил благодаря Гуссерлю, который создал масштабный проект феноменологической философии. Этот проект сыграл важную роль как для немецкой, так и для французской философии первой половины — середины 20 в. Такие философские произведения, как ‘Формализм в этике и материальная этика ценности’ Шелера (1913— 1916), ‘Бытие и время’ Хайдеггера, ‘Бытие и ничто’ Сартра, ‘Феноменология восприятия’ Мерло-Понти являются программными феноменологическими исследованиями. Феноменологические мотивы действенны в рамках не феноменологически ориентированной философии, а также в ряде наук, например, литературоведении, социальных науках (прежде всего психологии и психиатрии). Об этом свидетельствуют феноменологические исследования как современников и учеников Гуссерля, так и ныне живущих философов. К наиболее интересным феноменологам или феноменологически ориентированным философам можно отнести: Хайдеггера, использовавшего феноменологический метод как ‘способ подхода к тому и способ показывающего определения того, что призвано стать темой онтологии’, т.е. человеческому Dasein, для описания и понимания которого Ф. должна обратиться за помощью к герменевтике ‘Бытия и времени’; ‘Геттингенскую школу Ф.’, первоначально ориентированную на феноменологическую онтологию (А.Райнах, Шелер), представители которой, совместно с ‘Мюнхенской школой’ (М.Гайгер, А.Пфендер) и под руководством Гуссерля основали в 1913 ‘Ежегодник по феноменологии и феноменологическому исследованию’, открытый программным произведением Гуссерля ‘Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии’, в котором выходили уже названные произведения Шелера и Хайдеггера; Э.Штайн, Л.Ландгребе и Э.Финка — ассистентов Гуссерля; польского феноменолога эстетики Ингардена, чешского феноменолога, борца за права человека Ж.Паточку; американских социологически ориентированных феноменологов Гурвича и Шюца; русских философов Шпета и Лосева. Ситуация в Германии накануне и во время Второй мировой войны исключила Гуссерля — еврея по национальности — из философских дискуссий вплоть до середины 1950-х. Первыми его читателями оказались монах-францисканец и философ Ван Бреде — основатель первого Архива Гуссерля в Левене (1939), а также Мерло-Понти, Сартр, Рикер, Левинас, Деррида. Перечисленные философы находились под сильным влиянием Ф., и отдельные периоды их творчества могут быть названы феноменологическими. Интерес к Ф. сегодня охватывает не только западную и восточную Европу, но и, например, Латинскую Америку и Японию. Первый всемирный конгресс по Ф. состоялся в Испании в 1988. К наиболее интересным современным феноменологам в Германии можно отнести Вальденфельса и К.Хельда. Ф. в понимании Гуссерля — это описание смысловых структур сознания и предметностей, которое осуществляется в про; цессе ‘вынесения за скобки’ как факта существования или бытия предмета, так и психологической деятельности направленного на него сознания. В результате такого ‘вынесения за скобки’ или осуществления феноменологического ‘эпохе’ предметом исследования феноменолога становится сознание, рассматриваемое с точки зрения его интенциональной природы. Интенциональность сознания проявляется в направленности актов сознания на предмет. Понятие интенциональности, заимствованное Гуссерлем в философии Брентано и переосмысленное в ходе ‘Логических исследований. Часть 2’ является одним из ключевых понятий Ф. В исследовании интенционального сознания акцент перенесен с что или ‘выносимого за скобки’ бытия предмета, на его как или многообразие способов данности предмета. Предмет с точки зрения его как не задан, а явлен или являет себя (erscheint) в сознании. Такого рода явление Гуссерль и называет феноменом (греч. phainomenon — являющее себя). Ф. тогда — это наука о феноменах сознания. Ее лозунгом становится лозунг ‘Назад к самим вещам!’, которые в результате феноменологической работы должны непосредственным образом явить себя сознанию. Интенциональный акт, направленный на предмет, должен быть наполнен (erfiiehllt) бытием этого предмета. Наполнение интенции бытийным содержанием Г. называет истиной, а ее Переживание в суждении — очевидностью. Понятия интенциональности и интенционального сознания связываются в Ф. Гуссерля первоначально с задачей обоснования знания, достижимого в рамках некой новой науки или наукоучения. Постепенно место этой науки занимает Ф. Таким образом, первую модель Ф. можно представить как модель науки, стремящейся поставить под вопрос привычное полагание бытия предметов и мира, обозначаемое Гуссерлем как ‘естественная установка’, и в ходе описания многообразия их данности — в рамках ‘феноменологической установки’ — прийти (или не прийти) к этому бытию. Бытие предмета понимается в Ф. как идентичное в многообразии способов его данности. Понятие интенциональности является тогда условием возможности феноменологической установки. Путями же по ее достижению выступают, наряду с феноменологическим эпохэ, эйдетическая, трансцендентальная и феноменологическая редукции. Первая ведет к исследованию сущностей предметов; вторая, близкая феноменологическому эпохэ, открывает для исследователя область чистого или трансцендентального сознания, т.е. сознания феноменологической установки; третья превращает это сознание в трансцендентальную субъективность и приводит к теории трансцендентального конституирования. Понятие интенциональности сыграло важнейшую роль в исследованиях Хайдеггера, Мерло-Понти, Сартра и Левинаса. Так, в ‘Феноменологии восприятия’ Мерло-Понти это понятие выступает предпосылкой преодоления традиционной для классических философии и психологии пропасти между разумом и телесностью и позволяет говорить об ‘инкарнированном разуме’, как исходном моменте опыта, восприятия и знания. Работа Гуссерля в области описания интенционального сознания приводит его к таким новым понятиям или моделям этого сознания, как внутреннее время-сознание и сознание-горизонт. Внутреннее время-сознание — это предпосылка понимания сознания как потока переживаний. Исходным моментом в этом потоке является точка ‘теперь’ настоящего времени, вокруг которой — в горизонте сознания — собраны только-что-бывшее и возможное будущее. Сознание в точке ‘теперь’ постоянно соотнесено со своим временным горизонтом. Эта соотнесенность позволяет воспринимать, вспоминать и представлять нечто только возможное. Проблема внутреннего времени-сознания вызвала отклик в исследованиях практически всех феноменологов. Так, в ‘Бытии и времени’ Хайдеггер превращает гуссерлевскую временность сознания во временность человеческого существования, исходным моментом в которой является теперь не точка ‘теперь’, а ‘забегание вперед’, будущее, которое ‘проектируется’ Dasein из его возможности быть. В философии Левинаса временность понимается ‘не как факт изолированного и одинокого субъекта, а как отношение субъекта к Другому’. Истоки такого понимания временности легко обнаружить в модели сознания-времени и временного горизонта, в рамках которых Гуссерль пытается выстроить отношение меня к Другому по аналогии с отношением актуального переживания к окружающему его временному горизонту. В рамках сознания или в рамках его ноэматико-ноэтического (см. Ноэзис и Ноэма) единства как единства переживаний с точки зрения их содержания и свершении происходит конституирование предметности, процесс, в результате которого предмет обретает свою бытийную значимость. Понятие конституирования — это еще одно важнейшее понятие Ф. Источником конституирования центров свершений актов сознания является Я. Бытие Я — это единственное бытие, в наличности и значимости которого, согласно Ф., я не могу усомниться. Это бытие совершенно иного рода, нежели бытие предметное. Мотив этот выступает очевидной отсылкой к Декарту, которого Гуссерль считает своим непосредственным предшественником. Другим способом обращения к Я является понимание его как трансцендентальной субъективности, что связывает Ф. Гуссерля с философией Канта. Введение понятия ‘трансцендентальной субъективности’ еще раз показало специфику Ф. как обращенной не к предметам и их бытию, а к конституированию этого бытия в сознании. Обращение Гуссерля к проблеме бытия было подхвачено последующими феноменологами. Первый проект онтологии Хайдеггера — это проект Ф., которая делает самоявляющими (феноменальными) способы и модусы человеческого бытия. Сартр в ‘Бытии и ничто’, активно используя такие понятия Гуссерля, как феномен, интенциональность, временность, соединяет их с категориями Гегеля и фундаментальной онтологией Хайдеггера. Он жестко противопоставляет бытие-для-себя как сознание (ничто) и бытие-в-себе как феномен (бытие), которые образуют дуалистическую онтологическую реальность. Феноменологический метод Сартра призван подчеркнуть, в отличие от метода Гегеля, взаимную несводимость бытия и ничто, реальности и сознания. Подобно Гуссерлю и Хайдеггеру, он обращается к феноменологическому описанию взаимодействия реальности и сознания. Проблема Я как ядра или центра свершений сознания приводит Гуссерля к необходимости описания этого Я. Ф. приобретает черты рефлексивной философии. Гуссерль говорит об особого рода восприятии Я — внутреннем восприятии. Оно, так же, как и восприятие внешних предметов, опредмечивает то, с чем имеет дело. Однако опредмечивание никогда не совершается абсолютно и раз и навсегда, т.к. оно совершается в сознании-горизонте и открывает все новые способы данности предметов в нем. То, что остается в Я после его опредмечивания сознанием, Гуссерль называет ‘чистым Я’. Неопредмеченное ‘чистое Я’ стало в Ф. последователей Гуссерля предпосылкой возможного и незавершенного бытия меня самого. Сознание-горизонт является сознанием моего осуществления, связью отсылок, уходящих в бесконечность. Это бесконечность возможностей полагания предметов, которыми Я все же распоряжаюсь не совершенно произвольно. Последним и необходимым условием такого обращения к предметам в познании является мир. Понятие мира, первоначально в форме ‘естественного понятия мира’, а затем, как ‘жизненный мир’ является отдельной и большой темой Ф. К этой теме обращались Хайдеггер (бытие-в-мире и понятие мирности мира), Мерло-Понти (бытие-к-миру), Гурвич с его проектом мира доксы и эпистемы, Шюц с его проектом феноменологически-социологического исследования построения и устройства социального мира. Понятие ‘жизненного мира’ вошло сегодня в обиход не только феноменологически ориентированной философии, но и философии коммуникативного действия, аналитической философии языка, герменевтики. В Ф. Гуссерля это понятие тесно связано с такими понятиями, как интерсубъективность, телесность, опыт Чуждого и телеология разума. Первоначально мир выступает самым общим коррелятом сознания или самой обширной его предметностью. Это, с одной стороны, мир науки и культуры, с другой — основание всякого научного представления о мире. Мир находится между субъектами этого мира, выступая средой их жизненного опыта и придавая этому жизненному опыту определенные формы. Интерсубъективность есть условие возможности мира, как и условие объективности всякого знания, которое в ‘жизненном мире’ из моего, субъективного, превращается в принадлежащее всем — объективное. Ф. превращается в исследование и описание превращения мнений в знания, субъективного в объективное, моего в общезначимое. Размышления позднего Гуссерля о ‘жизненном мире’ связывают воедино все его проекты Ф. В рамках ‘жизненного мира’ и его генезиса разворачивается тело самого разума, первоначально имеющего форму наукоучения. Ф., описывая двойственный характер ‘жизненного мира’, как основания всякого знания и горизонта всех его возможных модификаций, кладет в его основание двойственность самого сознания, которое всегда исходит из чего-то ему Чуждого и с необходимостью его полагает. В устах такого современного феноменолога, как Вальденфельс, двойственность сознания является констатацией отличий меня от Другого и предпосылкой существования многомерного и неоднородного мира, в котором выстраивание отношения к чуждому моей самости выступает предпосылкой этики. Ф. в форме Ф. этики — это описание многообразных форм соотношения меня и Другого, принадлежащего и чуждого моей самости. Такая Ф. есть одновременно и эстетика, и философия повседневной и политической жизни, в которой эти формы воплощены. (см. такжеВАЛЬДЕНФЕЛЬС,ЖИЗНЕННЫЙ МИР,БРЕНТАНО,ИНТЕНЦИОНАЛЬНОСТЬ,ГУССЕРЛЬ.)

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ

(от греч. phainomenon — являющееся) — одно из главных направлений в философии 20 в. Основатель этого направления — Э. Гуссерль, непосредственные предшественники — Ф. Брентано и К. Штумпф. Исходный пункт Ф. — кн. Гуссерля «Логические исследования» (т. 1—2, 1900—1901), ядро — идея интенциональности. Ф. — не замкнутая филос. школа, но широкое филос. движение, в котором уже в ранний период возникают тенденции, не сводимые к философии Гуссерля — учения М. Шелера и М. Хайдеггера; работы мюнхенской группы феноменологов (И. Дауберт, А. Раинах, А. Пфэндер и др.) — исходный пункт «реалистической Ф.», которая, в свою очередь, обнаруживает как тенденцию, близкую к аналитической философии (Р. Чизом, Дж. Финдлей — переводчик «Логических исследований» Гуссерля на англ. (1970), Г. Кюнг, Д. Мюнх, Б. Смит, Р. Соколовски и др.), так и тенденцию, близкую к традиционной метафизике (Д. фон Гильдебранд, И. Зайферт и др.). Эволюция Ф. сопровождалась применением феноменологического метода в психологии (А. Пфэндер, В. Шапп) и психиатрии (Л. Бинсвангер, В. Франкл), этике (Шелер и Гильдебранд), эстетике (М. Гайгер, Р. Ингарден, М. Дюфрен), праве и социологии (А. Рай-нах, Э. Штайн, А. Шюц), философии религии (Шелер, К. Ставенхаген, Ж. Херинг), онтологии (А. Райнах, X. Конрад-Мартиус, Ингарден, Е. Финк), философии математики и естествознания (О. Беккер), истории и метафизике (Л. Ландгребе). Ф. оказала влияние на экзистенциализм, персонализм, герменевтику и др. филос. течения. В России быстрая рецепция идей Гуссерля в нач. 20 в., обусловленная определенной традицией философии сознания в рус. философии, была прервана в нач. 1920-х гг. С 1960 вновь появляются аналитические работы по Ф. и пер. феноменологических текстов. Архивы Гуссерля находятся в Лувене (Бельгия) (основной архив), Кёльне, Фрайбурге, Париже; исследовательские центры и феноменологические общества — во многих странах мира. Новые центры феноменологической философии возникли в кон. 1990-х гг. в Праге и в Москве — на филос. факультете Российского государственного гуманитарного ун-та.

Исходный пункт и единственная предпосылка Ф. как филос. учения — возможность обнаружения и описания интенциональной жизни сознания (Гуссерль), бытия личности (Шелер) и фундаментальных структур человеческого существования (Хайдеггер), возможность, укорененная в самом сознании и человеческом бытии. Отказ от любых непроясненных предпосылок — существенная черта феноменологического метода. Основная идея Ф. — неразрывность и в то же время взаимная несводимость, нередуцируемость сознания, человеческого бытия, личности и предметного мира, психофизической природы, социума, духовной культуры. Гуссерлевский лозунг «К самим вещам!» ориентирует на отстранение от причинных и функциональных связей между сознанием и предметным миром, а также от их диалектико-мистического взаимопревращения. Тем самым сознание как смыслообразование (интенциональность) отъединяется от основывающихся на этих связях мифологических, научных, идеологических и повседневно-обыденных установок и схем. Движение к предметам — это воссоздание непосредственного смыслового поля, поля значений между сознанием и предметами.

Обнаружение и выявление чистого сознания, или сущности сознания, предусматривает как методологическую, так и собственно феноменологическую работу: критику филос. и психологических учений (натурализм, историзм, психологизм, платонизм), усматривающих сущность сознания в указанных связях; феноменологическую редукцию — рефлексивную работу с сознанием, реально вовлеченным в вышеперечисленные установки и схемы. С т.зр. Гуссерля, любой предмет должен быть схвачен только как коррелят сознания, т.е. коррелят восприятия, памяти, фантазии, суждения, сомнения, предположения и т.д. Предмет при этом не превращается в сознание, но его значение, или смысл (для Гуссерля эти термины тождественны), схватывается именно так, как он усматривается соответственно свойствам определенного модуса сознания. Напр., феноменологическая установка нацелена не на восприятие известных и выявление еще не известных свойств, функций и т.п. предмета, но на сам процесс восприятия как процесс формирования определенного спектра значений, усматриваемых в предмете, его свойствах и функциях. Рефлексия на восприятие, его фазы и его единство может происходить независимо от того, существует ли реально предмет восприятия или же это — иллюзия или мираж. При этом «безразличие» к существованию предмета является условно-методологическим: сознание предстает здесь как «переплетение переживаний в единстве потока», принципиально неопределимого посредством предмета, смысл которого оно устанавливает (конституирует). В то же время сознание не есть «чисто внутреннее» (понятия внутреннего и внешнего не могут быть основными в учении о сознании), в сознании нет ничего, кроме смысловой направленности на реальные, идеальные, воображаемые или иллюзорные предметы. Одна из главных причин заблуждений — смешение модусов сознания (несоответствие модуса предмету). Понятно, как комментировал это Ингарден, что нельзя нюхать содержание теоремы Пифагора или слышать цвета, но тем не менее не всегда легко различить сомнение и предположение, суждение и оценку, напр. в политических, экономических и др. видах информации. Чистое сознание — это не сознание, очищенное от предметов; напротив, сознание выявляет свою сущность как смысловое смыкание с предметом благодаря самоочищению от навязываемых схем, догм, шаблонных ходов мышления, от попыток найти основу сознания в том, что сознанием не является. Феноменологический метод — это выявление и описание поля непосредственной смысловой сопряженности сознания и предмета, поля, горизонты которого не содержат в себе скрытых, непроявленных в качестве значений сущностей.

У Гуссерля взаимная несводимость сознания и мира выражается в различии трех видов связей: между вещами (предметами и процессами внешнего мира), между переживаниями и между значениями. Сознание в своей сущности принципиально непредметно, оно не может быть представлено как объект, причинно определяемый или функционально регулируемый. Сознание обнаруживает себя как направленность на предмет (это и есть значение), как бытие осознанности, но не как осознанная предметность. У Хайдеггера различие непредметного и предметного — это различие бытия и сущего, у Ж.П. Сартра — в-себе-бытия и для-себя-бытия, у М. Мерло-Понти «невидимого» и «видимого». Невозможно, полагает Мерло-Понти, представить себя просто кусочком мира, только объектом биологических, психологических и социологических исследований. Тема непредметности и несводимости сознания и человеческого бытия остается одной из главных для послегуссерлевской Ф., однако приоритет здесь отдан проблеме неразрывности человеческого бытия и мира. У Гуссерля связующей смысловой структурой является интенциональность сознания: открытие непосредственного смыслового поля предполагает рефлексивную работу с сознанием. У Хайдеггера само человеческое бытие как «бытие-в-мире» есть неразрывность мира и человека, поэтому проблема сознания отходит на второй план, речь идет не о многообразии феноменов сознания, но о единственном, фундаментальном феномене — человеческом вот-здесь-бытии (Dasein). У Сартра Ф. нацелена на описание связи иррефлексивного, не обладающего изначальной структурой Я сознания (для-себя-бытия) и абсолютно позитивного в-себе-бытия, к которому сознание устремляется в безуспешной попытке восполнить «нехватку» своей самотождественности; основой этой связи может быть только специфическое отрицание, негация. Для Мерло-Понти источник смысла — в человеческом одушевленном теле и поле восприятия, «между» сознанием и миром.

Сфера соприкосновения и неразрывности сознания, человеческого бытия и предметного мира — это сфера феноменов, «себя-в-себе-самом-показывающе-го» (Хайдеггер). Самораскрытие феномена радикально отличается от отношения явление — сущность, однако явление, как и видимость, имеет основания в феномене: явление как то, что указывает на нечто, не показывающее себя (температура, превышающая 37°С. указывает на нарушения в организме), само должно все же показывать себя. Феномен, напр. самодостаточное и самоценное произведение искусства, не указывает на нечто, скрытое за ним. Тем не менее феномен не лежит на поверхности — произведение искусства доступно не всякому, кто находится рядом с ним. Самораскрытие феномена первичнее, чем отношения субъекта и объекта, оно подобно проявлению уже предоформленного светом изображения на фотопластине: очертания уже есть, но они невидимы, и требуются реактивы, выявляющие то, что скрыто. Средства реактивации сознания, позволяющие многократно воспроизводить горизонты значений, — рефлексия и феноменологическая редукция как ее исходный пункт.

Ф. объединяет традиционно противопоставляемые «истины в себе» (идеальные, вневременные предметы) и абсолютный временной поток сознания, рефлексию и время, время и бытие. Поток сознания и идеальный предмет — два рода непсихологических связей сознания, два полюса феноменологической сферы. Гуссерль отождествляет идеальное и общее; усмотрение общего — не интеллектуальная операция, но особое, «категориальное созерцание». Созерцание общего должно иметь чувственную опору, которая, однако, может быть совершенно произвольной: идеальный предмет не связан необходимым образом с к.-л. определенным видом восприятия, памяти и т.д. Т.о., имеют место два существенно различных уровня интенциональности: усмотрение идей надстраивается над восприятием индивидуальных предметов и процессов и радикально изменяет интенцию (напр., восприятие чертежа — это лишь чувственная опора для усмотрения геометрических соотношений). Решающее в открытии категориального созерцания, по Хайдеггеру, состоит в том, что имеют место акты, в которых проявляются в себе самих идеальные предметности, не являющиеся созданием этих актов, функцией мышления, субъекта. Опора на многообразные акты восприятия, памяти и фантазии есть, во-первых, основа многообразия в «созерцании сущностей»: универсум не задан одной или рядом идей, но принципиально открыт и, во-вторых, основа для радикального различения идеализации и идеации (усмотрения идеи). Первая осуществляется как конструирование понятий и объектов вне реальной сферы восприятия (точка, масса, социальная структура и т.д.), вторая отдает предпочтение миру восприятия — фундаментальной структуре жизненного мира: забвение того, что восприятие и жизненный мир — основа научных понятий, лишает науку гуманистического содержания.

Время рассматривается в Ф. не как объективное время (существование которого не отрицается, так же как объективного пространства), но как временность, темпоральность самого сознания, и прежде всего его первичных модусов — восприятия, памяти, фантазии (Гуссерль), человеческого бытия (Хайдег-гер), человеческой реальности (Сартр), субъективности (Мерло-Понти). Время как «сеть интенциональностей» есть средоточие сознания и человеческого бытия, а также основное средство их описания. При этом в Ф. следует различать две тенденции в понимании времени: а) время как синтез внутренних фаз переживания, как синтетическое единство потока значений — «интенциональная линия», пронизывающая и объединяющая поток феноменов (Гуссерль), определяющая точка которой — настоящее; б) время как чистая экстатичность, «Бременящаяся из будущего». «Временность есть изначальное «вне-себя» в себе самом и для себя самого» (Хайдеггер). Темпоральность раскрывает сознание как одновременно активное и пассивное, как сочетание переднего плана восприятия — предметов, их форм, цветов и т.д. и заднего плана, или фона. Временность — основа единства сознания, а рефлексия так же темпоральна, как и спонтанная субъективность. Абсолютный поток сознания соединяет в себе все характеристики сознания в феноменологическом понимании: непредметность, несводимость (самоявленность потока), отсутствие извне заданного направления, воспроизводимость и уникальность. Время в Ф. — основа совпадения феномена и его описания, посредник между спонтанностью сознания и рефлексией: восприятие раскрывает себя как феномен именно потому, что рефлексия выявляет и воспроизводит присущие ему временные фазы. У Хайдеггера темпоральность человеческого бытия раскрывается как зависимость определенного способа бытия (повседневного или экзистенциального) от выбора временной ориентации: быть при... (настоящее) или быть-впереди-себя (будущее).

Принципиальным для Ф. является разработка онтологического понимания истины. Гуссерль называет истиной, во-первых, как определенность бытия, т.е. единство значений, существующее независимо от того, усматривает ли его кто-то или нет, так и само бытие — «предмет, свершающий истину». Истина — это тождество предмета самому себе, «бытие в смысле истины»: истинный друг, истинное положение дел и т.д. Во-вторых, истина — это структура акта сознания, которая создает возможность усмотрения положения дел именно таким, каким оно является, т.е. возможность тождества (адеквации) мыслимого и созерцаемого; очевидность как критерий истины является не особым чувством, сопровождающим некоторые суждения, а переживанием этого совпадения. Для Хайдеггера истина — это не результат сравнения представлений и не соответствие представления реальной вещи; истина не является и равенством познания и предмета, одного сущего (субъекта) и др. сущего (объекта). Истина как истинное бытие, как открывающее бытие укоренена в способе бытия человека, которое характеризуется как раскрытость. Его модусы: «заброшенность и фактичность» (прошлое); «впадение», потерянность в мире, господство «пересуд», «любопытства», «двусмысленности» (настоящее); проект, истина экзистенции (будущее). Человеческое бытие может быть в истине и не в истине — истина как открытость должна быть вырвана, похищена у сущего. У позднего Хайдеггера истина — несокрытость, алетейя; истина как правильность представления «полностью зависит от истины как несокрытости сущего». Хранительница истины — поэзия, являющаяся сущностью искусства. Истина по существу тождественна бытию; история бытия — это история его забвения, история истины — это история ее гносеологизации.

Интерсубъективность и историчность — внутренне связанные и неизбежные для Ф. темы. «Психическое распределено между монадами» (Гуссерль), излучающими смысл изнутри, но непроницаемыми («без окон») извне. Здесь реализуется один из основных феноменологических принципов: смысл (значение) не может быть передан другому или принят от другого в «готовом виде», как материальный предмет: предметы, знаки, символы — лишь средства трансляции смысла, который конституируется (и интерпретируется) субъективностью. Понимание Другого (Другой) как «вчув-ствование» возможно только на основе аналогии с временным потоком своего собственного опыта. Другой конституируется при этом не только как природно-телесно-психический феномен, но как субъективность, конституирующая свой собственный смысловой мир, и как трансцендентальная субъективность, конституирующая, в свою очередь, субъективность Других. Мир, который мы обнаруживаем в сознании, есть интерсубъективный мир (мир для каждого), т.е. пересечение и переплетение объективированных смыслов. Согласно Гуссерлю, «исторический мир дан, прежде всего, конечно, как общественно-исторический мир. Но он историчен только благодаря внутренней историчности индивидуумов». В основе историчности лежит, во-первых, первичная темпоральность индивидуальных человеческих сознаний, условие возможности временного и смыслового поля любого сообщества монад и, во-вторых, возникшая в Др. Греции «теоретическая установка», связующая людей для совместной работы по созданию мира смысловых структур. В таком понимании европейская культура должна исполнить свое предназначение — осуществление «сверхнациональности» как цивилизации нового типа не столько на пути унификации экономических и политических связей, сколько через «дух свободной критики», который ставит перед человечеством новые, бесконечные задачи и «творит новые, бесконечные идеалы». По Хайдеггеру человеческое бытие исторично не потому, что включено в историю, а потому, что в основе своей темпорально. Историчность присуща не субъекту и не объекту, но бытию-в-мире. Природа также обладает историей, но не в смысле учения Дарвина, а как ландшафт, горная разработка, место религиозного обряда.

Варианты Ф. различаются прежде всего исходной точкой описания фундаментального круга «человек — сознание — бытие». Для Гуссерля это естественная установка, жизненный мир и трансцендентальная субъективность, для Шелера — личность, чувство и ценности, для Хайдеггера — вопрошающее о бытии человеческое бытие-в-мире, для Сартра — эмоция как магическое превращение мира, для П. Рикёра — воля, «реинтеграция сознания в теле и тела в сознании».

Инвариант Ф. — учение о бытии сознания, которое невыводимо из практических последствий и несводимо к ним (прагматизм). Оно также не сводится к иррациональному потоку бытия или образу культуры (философия жизни), к практической деятельности (марксизм), к индивидуальному или коллективному бессознательному (психоанализ), к знаковым системам и структурным связям как каркасу культуры (структурализм), к коммуникативной практике, «следам» и т.п. (постструктурализм, постмодернизм), к интерпретации (герменевтика), к логическому и лингвистическому анализу (аналитическая философия). В то же время Ф. имеет определенные точки соприкосновения практически со всеми течениями современной мысли и некоторыми школами древней и классической философии. Существенная близость обнаруживается там, где на первом плане оказывается проблема значения, смысла, интерпретации, там, где анализ наталкивается на несводимость значения к тому, что не является значением или смыслообразующим актом. В феноменологическом учении о сознании выявляются предельные возможности многообразных способов смыслообразования: от простейшей фиксации пространственно-временного положения объекта до усмотрения идеальных предметов, от первичной рефлексии на восприятие до размышления о смысловых основах культуры.

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ - влиятельное течение западной философии 20 в. Хотя сам термин Ф. использовался еще Кантом и Гегелем, широкое распространение он получил благодаря Гуссерлю, который создал масштабный проект феноменологической философии. Этот проект сыграл важную роль как для немецкой, так и для французской философии первой половины - середины 20 в. Такие философские произведения, как «Формализм в этике и материальная этика ценности» Шелера (1913/1916), «Бытие и время» Хайдегге-ра (1927), «Бытие и ничто» Сартра (1943), «Феноменология восприятия» Мерло-Понти (1945) являются программными феноменологическими исследованиями. Феноменологические мотивы действенны и в рамках не феноменологически ориентированной философии, как и в ряде наук, напр., литературоведении, социальных науках и прежде всего психологии и психиатрии. Об этом свидетельствуют феноменологические исследования как современников и учеников Гуссерля, так и ныне живущих философов. К наиболее интересным феноменологам или феноменологически ориентированным философам можно отнести: Хайдеггера - ученика Гуссерля, использовавшего феноменологический метод как «способ подхода к тому и способ показывающего определения того, что призвано стать темой онтологии», т.е. человеческому Dasein, для описания и понимания которого феноменология должна обратиться за помощью к герменевтике (»Бытия и времени»); «Геттингенскую школу феноменологии», первоначально ориентированную на феноменологическую онтологию (А. Райнах, Шелер), представители которой, совместно с «Мюнхенской школой» (М. Гайгер, А. Пфен-дер) и под руководством Гуссерля основали в 1913 «Ежегодник по феноменологии и феноменологическому исследованию», открытый программным произведением Гуссерля «Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии», в котором выходили уже названные произведения Шелера и Хайдеггера; Э. Штайн, Л. Ландгребе и Э. Финка - ассистентов Гуссерля; а также польского феноменолога эстетики Р. Ин-гардена, чешского феноменолога, борца за права человека Ж. Паточку, американских социологически ориентированных феноменологов Гурвича и Шюца; русских философов Шпета и Лосева. Ситуация Германии накануне и во время Второй мировой войны исключила Гуссерля - еврея по национальности - из философских дискуссий вплоть до середины 1950-х. Первыми его читателями оказались монах-францисканец и философ Ван Бреде - основатель первого Архива Гуссерля в Левене (1939), а также Мерло-Понти, Сартр, Ри-кер, Левинас, Деррида. Перечисленные философы находились под сильным влиянием Ф., и отдельные периоды их творчества могут быть названы феноменологическими. Интерес к Ф. сегодня охватывает не только западную и восточную Европу, но и, например, Латинскую Америку и Японию. Первый всемирный конгресс по Ф. состоялся в Испании в 1988. К наиболее интересным современным феноменологам в Германии можно отнести Вальденфельса и К. Хельда. Ф. в понимании Гуссерля - это описание смысловых структур сознания и предметностей, которое осуществляется в процессе «вынесения за скобки» как факта существования или бытия предмета, так и психологической деятельности направленного на него сознания. В результате такого «вынесения за скобки» или осуществления феноменологического эпохэ предметом исследования феноменолога становится сознание, рассматриваемое с точки зрения его интенциональной природы. Интенциональность сознания проявляется в направленности актов сознания на предмет. Понятие интенциональности, заимствованное Гуссерлем в философии своего учителя Брентано и переосмысленное в ходе «Логических исследований. Часть 2» является одним из ключевых понятий Ф. Гуссерля. В исследовании интенционального сознания акцент перенесен с что, или «выносимого за скобки» бытия предмета, на его как, или многообразие способов данности предмета. Предмет с точки зрения его как не задан, а явлен или являет себя (erscheint) в сознании. Такого рода явление Гуссерль и называет феноменом (греч. phainomenon - являющее себя). Ф. тогда - это наука о феноменах сознания. Ее лозунгом становится лозунг «Назад к самим вещам!», которые в результате феноменологической работы должны непосредственным образом явить себя сознанию. Интенциональ-ный акт, направленный на предмет, должен быть наполнен (erfuehllt) бытием этого предмета. Наполнение интенции бытийным содержанием Г. называет истиной, а ее переживание в суждении - очевидностью. Понятие интенциональности и интенционального сознания связываются в Ф. Гуссерля первоначально с задачей обоснования знания, достижимого в рамках некой новой науки или наукоучения. Постепенно место этой науки занимает Ф. Т. обр. первую модель Ф. можно представить и как модель науки, стремящейся поставить под вопрос привычное полагание бытия предметов и мира, обозначаемое Гуссерлем как «естественная установка», и в ходе описания многообразия их данности - в рамках «феноменологической установки» - прийти (или не прийти) к этому бытию. Бытие предмета понимается как идентичное в многообразии способов его данности. Понятие интенциональности является тогда условием возможности феноменологической установки. Путями же по ее достижению выступают, наряду с феноменологическим эпохэ, эйдетическая, трансцендентальная и феноменологическая редукции. Первая ведет к исследованию сущностей предметов; вторая, близкая феноменологическому эпохэ, открывает для исследователя область чистого или трансцендентальное сознания, т.е. сознания феноменологической установки; третья превращает это сознание в трансцендентальную субъективность и приводит к теории трансцендентального конституирования. Понятие интенциональности сыграло важнейшую роль в исследованиях Хайдеггера, Мерло-Понти, Сартра и Левинаса. Так в «Феноменологии восприятия» Мерло-Понти это понятие выступает предпосылкой преодоления традиционной для классических философии и психологии пропасти между разумом и телесностью и позволяет говорить об «инкарниро-ванном разуме», как исходном моменте опыта, восприятия и знания. Работа Гуссерля в области описания интенционального сознания приводит его к таким новым понятием или моделям этого сознания, как внутреннее время-сознание и сознание-горизонт. Внутреннее время-сознание - это предпосылка понимания сознания как потока переживаний. Исходным моментом в этом потоке является точка «теперь» настоящего времени, вокруг которой - в горизонте сознания - собраны только-что-бывшее и возможное будущее. Сознание в точке «теперь» постоянно соотнесено со своим временным горизонтом. Эта соотнесенность позволяет воспринимать, вспоминать и представлять нечто только возможное. Проблема внутреннего времени-сознания вызвала отклик в исследованиях практически всех феноменологов. Так, в «Бытии и времени» Хайдеггер превращает гуссерлев-скую временность сознания во временность человеческого существования, исходным моментом в которой является теперь не точка «теперь», а «забегание вперед», будущее, которое «проектируется» Dasein из его возможности быть. В философии Левинаса временность понимается «не как факт изолированного и одинокого субъекта, а как отношение субъекта к Другому». Истоки такого понимания временности легко обнаружить в модели сознания-времени и временного горизонта, в рамках которых Гуссерль пытается выстроить отношение меня к Другому по аналогии с отношением актуального переживания к окружающему его временному горизонту. В рамках сознания или в рамках его ноэматико-ноэтического (см. НОЭЗИС и НОЭМА) единства как единства переживаний с точки зрения их содержания и свершении происходит конституирование предметности, процесс, в результате которого предмет обретает свою бытийную значимость. Понятие кон-ституирования - это еще одно важнейшее понятие Ф. Источником конституирования центров свершений актов сознания является Я. Бытие Я - это единственное бытие, в наличности и значимости которого я не могу усомниться. Это бытие совершенно иного рода, нежели бытие предметное. Мотив этот выступает очевидной отсылкой к Декарту, которого Гуссерль считает своим непосредственным предшественником. Другим способом обращения к Я является понимание его как трансцендентальной субъективности, что связывает Ф. Гуссерля с философией Канта. Введение понятия «трансцендентальной субъективности» еще раз показало специфику Ф. как обращенной не к предметам и их бытию, а к конституированию этого бытия в сознании. Обращение Гуссерля к проблеме бытия было подхвачено последующими феноменологами. Первый проект онтологии Хайдеггера - это проект Ф., которая делает самоявляющими (феноменальными) способы и модусы человеческого бытия. Сартр в «Бытии и ничто», активно используя такие понятия Гуссерля, как феномен, интенциональность, временность, соединяет их с категориями Гегеля и фундаментальной онтологией Хайдеггера. Он жестко противопоставляет бытие-для-себя как сознание (ничто) и бытие-в-себе как феномен (бытие), которые образуют дуалистическую онтологическую реальность. Феноменологический метод Сартра призван подчеркнуть, в отличие от метода Гегеля, взаимную несводимость бытия и ничто, реальности и сознания. Подобно Гуссерлю и Хайдег-геру, он обращается к феноменологическому описанию взаимодействия реальности и сознания. Проблема Я как ядра или центра свершений сознания приводит Гуссерля к необходимости описания этого Я. Ф. приобретает черты рефлексивной философии. Гуссерль говорит об особого рода восприятии Я - внутреннем восприятии. Оно, так же, как и восприятие внешних предметов, опредмечивает то, с чем имеет дело. Однако опредмечивание никогда не совершается абсолютно и раз и навсегда, так как оно совершается в сознании-горизонте и открывает все новые способы данности предметов в нем. То, что остается в Я после его опредмечивания сознанием, Гуссерль называет «чистым Я». Неопредмеченное «чистое Я» стало в Ф. последователей Гуссерля предпосылкой возможного и незавершенного бытия меня самого. Сознание-горизонт является сознанием моего осуществления, связью отсылок, уходящих в бесконечность. Это бесконечность возможностей полагания предметов, которыми Я все же распоряжаюсь не совершенно произвольно. Последним и необходимым условием такого обращения к предметам в познании является мир. Понятие мира, первоначально в форме «естественного понятия мира», а затем, как «жизненный мир» \' является отдельной и большой темой Ф. К этой теме обращались Хайдеггер (бытие-в-мире и понятие мирности мира), Мерло-Понти (бытие-к-миру), Гурвич с его проектом мира доксы и эпистемы, Шюц с его проектом феноменологически-социологического исследования построения и устройства социального мира. Понятие «жизненного мира» вошло сегодня в обиход не только феноменологически ориентированной философии, но и философии коммуникативного действия, аналитической философии языка, герменевтики. В Ф. Гуссерля это понятие тесно связано с такими понятиями, как интерсубъективность, телесность, опыт Чуждого и телеология разума. Первоначально мир выступает самым общим коррелятом сознания или самой обширной его предметностью. Это, с одной стороны, мир науки и культуры, с другой - основание всякого научного представления о мире. Мир находится между субъектами этого мира, выступая средой их жизненного опыта и придавая этому жизненному опыту определенные формы. Интерсубъективность есть условие возможности мира, как и условие объективности всякого знания, которое в «жизненном мире» из моего, субъективного, превращается в принадлежащее всем - объективное. Ф. превращается в исследование и описание превращения мнений в знания, субъективного в объективное, моего в общезначимое. Размышления позднего Гуссерля о «жизненном мире» связывают воедино все его проекты Ф. В рамках «жизненного мира» и его генезиса разворачивается тело самого разума, первоначально имеющего форму наукоучения. Ф., описывая двойственный характер «жизненного мира», как основания всякого знания и горизонта всех его возможных модификаций, кладет в его основание двойственность самого сознания, которое всегда исходит из чего-то ему Чуждого и с необходимостью его полагает. В устах такого современного феноменолога, как Валь-денфельс, двойственность сознания является констатацией отличий меня от Другого и предпосылкой существования многомерного и неоднородного мира, в котором выстраивание отношения к чуждому моей самости выступает предпосылкой этики. Ф. в форме Ф. этики - это описание многообразных форм соотношения меня и Другого, принадлежащего и чуждого моей самости. Такая Ф. есть одновременно и эстетика, и философия повседневной и политической жизни, в которой эти формы воплощены.

ФЕНОМЕНОЛО́ГИЯ -и; ж. [от греч. phainomena - явления и logos - учение] В идеалистической философии Гегеля: учение о становлении науки, об исторических формах сознания, восходящего к абсолютному знанию.

◁ Феноменологи́ческий, -ая, -ое. Ф-ая школа права.

* * *

(греч., буквально — учение о феноменах), 1) описание и классификация предметов какой-либо отрасли научного знания.2) Философское учение о явлении, по-разному трактовавшееся в истории философии: у И. Г. Ламберта (1764) — как учение о явлениях, позволяющее отделить истину от видимости; у Г. В. Ф. Гегеля — как «наука об опыте сознания», его поступательном восхождении от чувственной непосредственности к абсолютному знанию («Феноменология духа», 1807); у Ф. Брентано — как часть психологии, описывающая психические феномены.3) Философское направление 1-й половины XX в., основанное Э. Гуссерлем, считавшим задачей феноменологии выявление чистой структуры сознания (его изначальной интенциональности — направленности на предмет) через очищение его от эмпирического содержания и освобождение от каких-либо догматических утверждений, вырастающих на почве обычной, «естественной установки» сознания по отношению к миру. Феноменология мыслится как интуитивное усмотрение идеальных сущностей (феноменов), непосредственно данных сознанию. В этике идеи феноменологии проводил М. Шелер, влияние её сказалось в эстетике (Р. Ингарден), психологии, психиатрии, социологии, философии культуры, она явилась одним из истоков экзистенциализма (М. Хайдеггер и др.).

* * *

ФЕНОМЕНОЛО́ГИЯ (нем. Phaenomenologie, от феномен(см. ФЕНОМЕН) и логос — слово, учение), одно из главных направлений в философии 20 в., основателем которого является Э. Гуссерль(см. ГУССЕРЛЬ Эдмунд), непосредственными предшественниками — Ф. Брентано(см. БРЕНТАНО Франц) и К. Штумпф(см. ШТУМПФ Карл).

Гуссерль и его последователи

Исходный пункт феноменологии — книга Гуссерля «Логические исследования», ее ядро – идея интенциональности. Феноменология не замкнутая философская школа, но широкое философское движение, в котором уже в ранний период возникают тенденции, несводимые к философии Гуссерля – учения М. Шелера(см. ШЕЛЕР Макс) и М. Хайдеггера(см. ХАЙДЕГГЕР Мартин); работы мюнхенской группы феноменологов (И. Дауберт, А. Райнах, А. Пфэндер и др) – отправная точка «реалистической феноменологии», которая обнаруживает как тенденцию, близкую к аналитической философии(см. АНАЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ), так и тенденцию, связанную с традиционной метафизикой(см. МЕТАФИЗИКА). Феноменологический метод нашел свое применение в психологии (Пфэндер, В. Шапп) и психиатрии (Л. Бинсвангер(см. БИНСВАНГЕР Людвиг), В. Франкл), этике (Шелер и Д. ф. Гильдебранд), эстетике (М. Гайгер, Р. Ингарден(см. ИНГАРДЕН Роман), М. Дюфрен), праве и социологии (А. Райнах, Э. Штайн, А. Шюц), философии религии (Шелер, К. Ставенхаген, Ж. Херинг), онтологии(см. ОНТОЛОГИЯ) (А. Райнах, X. Конрад-Мартиус), философии математики и естествознания (О. Беккер), истории и метафизике (Л. Ландгребе). Феноменология оказала влияние на экзистенциализм(см. ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ), персонализм(см. ПЕРСОНАЛИЗМ), герменевтику(см. ГЕРМЕНЕВТИКА), а также другие философские течения и получила широкое распространение после Второй мировой войны не только в Европе и Америке, но и в Австралии, Японии и некоторых других странах Азии. Архивы Гуссерля находятся в Лувене (Левен, Бельгия) (основной архив), а также в Кельне, Фрайбурге, Париже. Исследовательские центры и феноменологические общества были созданы во многих странах мира. В России быстрое освоение идей Гуссерля в начале 20 в., обусловленное определенной традицией философии сознания в русской философии 19 в., было прервано в начале 1920-х гг. Только начиная с 1960, вновь появляются аналитические работы по феноменологии и переводы феноменологических текстов.

Основные идеи и метод

Исходный пункт феноменологии как философского учения —интенциональная жизнь сознания(см. СОЗНАНИЕ) (Гуссерль), бытие личности (Шелер(см. ШЕЛЕР Макс)) и фундаментальные структуры человеческого существования (Хайдеггер(см. ХАЙДЕГГЕР Мартин)), возможность описания которых укоренена в самом сознании и человеческом бытии. Феноменологический метод является принципиально дескриптивным, ему свойственно отстранение от любых предпосылок, которые не поддаются описанию. Основная идея феноменологии — неразрывность и в то же время взаимная несводимость, нередуцируемость сознания, человеческого бытия, личности и предметного мира, психофизической природы, социума, духовной культуры. Гуссерлевский лозунг «к самим вещам!» ориентирует на отстранение от причинных и функциональных связей между сознанием и предметным миром, а также от их диалектико-мистического взаимопревращения. Движение к предметам — это воссоздание непосредственного смыслового поля, поля значений между сознанием и предметами. У Гуссерля взаимная несводимость сознания и мира выражается в различии трех видов связей: между вещами (предметами и процессами внешнего мира), между переживаниями и между значениями. У Хайдеггераразличие непредметного и предметного — это различие бытия и сущего, у Сартра(см. САРТР Жан Поль) — в-себе-бытия и для-себя-бытия, у Мерло-Понти(см. МЕРЛО-ПОНТИ Морис) «невидимого» и «видимого». Невозможно, полагает Мерло-Понти, представить себя просто кусочком мира, только объектом биологических, психологических и социологических исследований. В послегуссерлевской феноменологии приоритет отдан проблеме неразрывности человеческого бытия и мира. У Хайдеггера само человеческое бытие как «бытие-в-мире» есть неразрывность мира и человека, поэтому проблема сознания отходит на второй план, речь идет не о многообразии феноменов сознания, но о единственном, фундаментальном феномене — человеческом вот-здесь-бытии (Dasein). Для Мерло-Понти источник смысла — в человеческом одушевленном теле и поле восприятия, «между» сознанием и миром.

Сфера соприкосновения и неразрывности сознания, человеческого бытия и предметного мира — это сфера феноменов, «себя-в-себе-самом-показывающего» (Хайдеггер). Самораскрытие феномена радикально отличается от отношения явление — сущность, однако явление, как и видимость, имеет основания в феномене. Феномен, например, самодостаточное и самоценное произведение искусства, не указывает на нечто, скрытое за ним. Тем не менее феномен не лежит на поверхности — произведение искусства доступно не всякому, кто находится рядом с ним.

Время, сознание, бытие

Феноменология объединяет традиционно противопоставляемые «истины в себе» (идеальные, вневременные предметы) и абсолютный временной поток сознания, рефлексию и время, время и бытие. Поток сознания(см. ПОТОК СОЗНАНИЯ) и идеальный предмет — два рода непсихологических связей сознания, два полюса феноменологической сферы. Время рассматривается в феноменологии не как объективное время (существование которого не отрицается, так же как объективного пространства), но как временность, темпоральность самого сознания и прежде всего его первичных модусов — восприятия, памяти, фантазии (Гуссерль), человеческого бытия (Хайдеггер), человеческой реальности (Сартр), субъективности (Мерло-Понти). Время как «сеть интенциональностей» есть средоточие сознания и человеческого бытия и основное средство его описания.

Истина и бытие

Принципиальным для феноменологии является разработка онтологического понимания истины. Гуссерль называет истиной, во-первых, как саму определенность бытия, т. е. единство значений, существующее независимо от того, усматривает ли его кто-либо или нет, так и само бытие — «предмет, свершающий истину». Истина — это тождество предмета самому себе: истинный друг, истинное положение дел и т. д.; во-вторых, истина — это структура акта сознания, которая создает возможность усмотрения положения дел именно таким, каково оно есть. Для Хайдеггера истина как истинное бытие укоренена в способе бытия человека, которое характеризуется как раскрытость. Человеческое бытие может быть в истине и не в истине; истина — несокрытость; истина как правильность представления «полностью зависит от истины как несокрытости сущего». Хранительница истины — поэзия, являющаяся сущностью искусства. Истина, по существу, тождественна бытию(см. БЫТИЕ (в философии)); история бытия — это история его забвения, история истины — это история ее гносеологизации.

Интерсубъективность и историчность

В феноменологии эти темы внутренне связаны. «Психическое распределено между монадами» (Гуссерль), излучающими смысл изнутри, но непроницаемыми («без окон») извне. Понимание Другого как «вчувствование» возможно только на основе аналогии с временным потоком своего собственного опыта. Другой конституируется при этом не только как природно-телесно-психический феномен, но как субъективность, конституирующая свой собственный смысловой мир, и как трансцендентальная субъективность, конституирующая, в свою очередь, субъективность Других. Мир, который мы обнаруживаем в сознании, есть интерсубъективный мир (мир для каждого), т. е. пересечение и переплетение объективированных смыслов. В основе историчности европейской культуры лежит возникшая в Древней Греции «теоретическая установка», связующая людей для совместной работы по созданию мира смысловых структур. В таком понимании европейская культура должна исполнить свое предназначение — осуществление «сверхнациональности» как цивилизации нового типа не столько на пути унификации экономических и политических связей, сколько через «дух свободной критики», который ставит перед человечеством новые, бесконечные задачи и «творит новые, бесконечные идеалы». По Хайдеггеру, человеческое бытие исторично не потому, что включено в историю, а потому, что в основе своей темпорально. Историчность присуща не субъекту и не объекту, но бытию-в-мире.

Феноменология по своему смыслу не стремится быть завершенной философской системой, ее цель — анализ смыслообразования (от простейшей фиксации пространственно-временного положения объекта до усмотрения идеальных предметов, от первичной рефлексии на восприятие до размышления о смысловых основах культуры) и фундаментальных структур человеческого существования.

(см. Феномен) — учение о феноменах, описание и классификация предметов какой-либо отрасли научного знания.

(от греч. phainоmenon -являющееся и ...логия), описание и классификация предметов к.-л. отрасли науч. знания.

- англ. phenomenology; нем. Phanomenologie. 1. В истории философии - учение о феноменах опыта; о принципах чувственного сознания (И. Кант); о становлении философии как развитии форм сознания (Г. В. Ф. Гегель). 2. Основанное в начале XX в. Э. Гуссерлем субъективно-идеалистическое направление, целью к-рого является непосредственное восприятие идеальных сущностей (феноменов) при помощи интуиции и описание этих актов сознания.

- учение о формах сознания, у Э. Гуссерля - обнаружение изначального опыта сознания путем феноменологической редукции (эпохе), состоящей в исключении каких-либо утверждений о бытии и достижении последнего неразложимого единства сознания - интенциональности (т. е. направленности на предмет).

- англ. phenomenology; нем. Phanomenologie. 1. В истории философии - учение о феноменах опыта; о принципах чувственного сознания (И. Кант); о становлении философии как развитии форм сознания (Г. В. Ф. Гегель). 2. Основанное в начале XX в. Э. Гуссерлем субъективно-идеалистическое направление, целью к-рого является непосредственное восприятие идеальных сущностей (феноменов) при помощи интуиции и описание этих актов сознания.