«ГЕГЕСИЙ»

ГЕГЕСИЙ (ок. 320 - 280 до н. э.) - древнегреческий философ, представитель киренской школы; прозвище "Учитель смерти": в отличие от Аристиппа видел благо не столько в наслаждении, сколько в отсутствии страдания, отсюда взгляд на смерть как на благо.

ГЕГЕСИЙ

ГЕГЕСИЙ (Ήγησίας) (ок. 320-280 до н. э.) - греческий философ, представитель киренской школы. Был известен проповедью самоубийства, за что получил прозвище “учитель смерти” (πεισιθάνατος). Исходил из гедонистического принципа киренаиков о наслаждении как высшем благе, но утверждал, однако, что чистого наслаждения все равно нет и удовольствие всегда сопровождается страданием; в такой жизни нет смысла, последовательный гедонизм невозможен,—поэтому жить не стоит. После лекций Гегесия некоторые его слушатели, осознав несовместимость идеала с действительностью, кончали жизнь самоубийством. При этом Гегесий рекомендовал самоубийство путем голодной смерти, о чем написал книгу Άποκαρτερών (Cic. Tuscc. Disp. I 84, 4, ср. Plut. De amore prolis, 497D5). Выступая против традиционного этического эвдемонизма, Гегесий утверждал, что счастье не просто вторично по отношению к удовольствию, но что его “вообще не может быть” (Diog. L. U 94), и отрицал такие добродетели, как приязнь, благодарность, дружба.

Диоген Лаэртий дает также сводку учения последователей Гегесия: если всё мерить удовольствием как таковым, то безразлично, беден ты или богат, свободен или раб, честный человек или подлец; сама по себе жизнь тоже безразлична, можно выбирать конкретные удовольствия и выгоды жизни, а для достижения максимального количества удовольствий следует стремиться ко всем, не выбирая. (Diog. L. Il 93-96). Лит. см. к ст. Киренская школа.

М. А. Солопова

Геге́сий

(около 320 — 280 до н. э.), древнегреческий философ, представитель киренской школы. Прозвище «учитель смерти»: в отличие от Аристиппа, видел благо не столько в наслаждении, сколько в отсутствии страдания, отсюда взгляд на смерть как на благо.

* * *

ГЕГЕ́СИЙ (ок. 320 — 280 до н. э.), древнегреческий философ, представитель киренской школы; прозвище «Учитель смерти»: в отличие от Аристиппа видел благо не столько в наслаждении, сколько в отсутствии страдания, отсюда взгляд на смерть как на благо.

• Hegesĭas,

Ήγησίας,

1. последователь киренейской философской школы, жил в 3 в. до Р. X. в Александрии. Он признавал удовольствие за цвет и цель жизни; но ввиду многих несчастий, которым подвергается человек, он думал, что следует отказаться от надежды на достижение этой цели, и утверждал, что лучше умереть, нежели переносить такую судьбу. Это учение он представил такими яркими красками в своем сочинении α̉ποκαρτερω̃ν, что несколько из его учеников (Hegesiaci) сами покончили с собою. Он же сам получил прозвище Πεισιθάνατος. Cic. tusс. 1, 34;

2. софист и ритор, родом из Магнесии, на реке Сициле, жил ок. 300 г. до Р. X. Цицерон (Cic. Brut. 83. Cic. or. 67) говорит, что он был последователем Харисия, который в свою очередь, называется подражателем Лисия. Гегесий предпочитал в слоге короткие периоды, но, доводя дело до крайности, сделал свой слог рубленым и несвязным (infregit conciditque numeros. Cic. or. 69). Он считается главным начинателем азианского стиля и сильно порицается беспристрастно судящими авторами. Кажется, он написал и историю Александра, не заслуживавшую, однако, доверия (Gell. 9, 4. Plut. Alex. 3).

ГЕГЕСИЙ (Ἡγησίας) (ок. 320-280 до н. э.), представитель Киренской школы, за пессимистическую проповедь самоубийства получивший прозвище «Учитель Смерти» (Πεισιθάνατος). Известно о единственном сочинении Г. -Ἀποκαρτερῶν (Cic. Tusc. I 84, 4, ср.: Plut. De amor, prol., 497d5), в которой, согласно названию, рекомендовалось самоубийство путем голодной смерти. Вероятно, Г. был главой некоего постоянного кружка слушателей, которые по его имени назывались «гегесианцами» (οἱ Ἡγησιακοί). Диоген Лаэртий дает сводку учения, возникшего в кругу Г. (D. L. II 93-96).

Г. исходил из гедонистического принципа киренаиков о телесном наслаждении (ἡδονή) как цели; соответственно, противоположным состоянием была боль (πόνος). Полагая главным и безусловным благом наслаждение, Г. учил, что бедность и богатство как таковые, жизнь и смерть, свобода и рабство, честь и бесчестие не имеют к наслаждению прямого отношения: наслаждение богача или наслаждение бедняка одинаковы. Наслаждение -это наше субъективное ощущение (πάθος); вне нашего восприятия, по природе приятного нет; как правило, людям тем приятнее вещь, чем она реже встречается, насколько нова она для них, насколько таких вещей много. Эти обстоятельства влияют на испытываемое нами удовольствие, но Г., как и все киренаики, воздерживался от оценки причин, доставляющих состояния удовольствия и страдания, считая их непостижимыми. Для достижения максимального количества удовольствий не следует гнушаться какими-то из них, но стремиться ко всем, не выбирая.

Киренаики считали благом наслаждение, а счастьем - совокупность всех наслаждений в прошлом, настоящем и будущем. Это положение Г. не принимал: выступая против традиционного этического эвдемонизма, он утверждал, что счастье не просто вторично по отношению к наслаждениям (как их простая совокупность), но что его «вообще не может быть» (D. L. II 94): тело всегда испытывает болезненные ощущения (παθήματα), душа разделяет страдания тела и потому «волнуется» (ταράττεσθαι), случай препятствует исполнению надежд, - так что счастье на практике недостижимо. Г. отрицал не только счастье, но и ценность благодарности, дружбы, благодеяний, любви к отечеству: все поступки, с ними связанные, совершаются не ради них самих, а ради выгоды, из них проистекающей, а сами по себе они не представляют интереса. Вывод Г.: поскольку чистого наслаждения все равно нет и последовательный гедонизм невозможен, то такая жизнь бессмысленна и поэтому жить не стоит. Свое умозаключение о выборе смерти Г. адресовал к кругу людей мудрых, σοφοί, понимающих теоретическое основание вывода, ср. цитату из Г. у Epiph. Panar. Ill, 507. 20 Holl: «Дурному полезнее жить, а мудрецу - умереть». После лекций Г. некоторые его слушатели, осознав несовместимость идеала с действительностью, и на самом деле принимали решение уйти из жизни, отказавшись от пищи (ср. Plut. De amor, prol., 497d5).

Фрагм.: GiANNANTONi SSR, II, 1990, p. 113-115 (текст); IV, p. 189-193 (прим.). См. лит. к ст. Киренская школа.

М. А. СОЛОПОВА