«ГИППИЙ»

ГИППИЙ

(Hippias)

(жил ок. 400 до Р. X.) – древнегреч. философ из Элиды, младший современник Протагора и Сократа, софист. Обладал обширными познаниями во многих науках; различал естественное право и человеческое право (норма); его именем Платон назвал два своих произв.

Ги́ппий

из Элиды, древнегреческий софист V в. до н. э. Вёл жизнь странствующего учителя и часто выполнял посольские миссии родного города. Выведен (в карикатурном виде) собеседником Сократа в диалогах «Гиппий Больший» и «Гиппий Меньший» Платона.

• Hippĭas,

Ίππίας,

1. сын Писистрата, со своим братом Гиппархом (третий брат Фессал редко упоминается) уже при втором изгнании (550 г. до Р. X.) поддерживал отца. Hdt. 1, 61. По смерти Писистрата Г. наследовал тиранию (Hdt. 5, 55. Thuc. 1, 20), но и Гиппарх занимал влиятельное место. Г. показал себя умным и дельным правителем, пользовался властью без суровости, понизил подати, наложенные отцом, с 1/10 на 1/20 и оставил в действии большую часть законов. Thuc. 6, 54. Но рядом с этим упоминаются и жестокие, насильственные меры и случаи вторжения его в имущество и семейную жизнь граждан. Г. высказывал стремление ко внешнему блеску и праздничным торжествам; Гиппарху же приписывается преимущественно забота об умственном развитии и образовании народа. Hdt. 7, 6. (Plat.) Hipparch. 288. 6. С. Круг поэтов, Анакреонт, Симонид и др., собрался в Афинах, и знание гомеровских песен распространилось в народе. Но когда Гиппарх пал жертвой частной мести (514 г.), правление Г. стало суровее; опасаясь государственного переворота, он вошел в сношение с заграничными державами, напр., с Эантидом, властителем лампсакским, который имел влияние на Дария. Thuc. 6, 59. Тогда Алкмеониды, изгнанные из отечества и тщетно пытавшиеся возвратиться собственной силой, великолепно отстроив дельфийский храм по поручению амфиктионов, сумели добиться оракула, приказавшего спартанцам возвратить их в отечество и низвергнуть тиранию. Hdt. 5, 62 cл. Первый подход под начальством Анхимолия был неудачен главным образом вследствие того, что фессальская конница подошла на помощь писистратидам. Но царь Клеомен сам предпринял второе наступление, и Г., когда дети его, высланные из Афин для большей сохранности, попались в плен, был принужден оставить Аттику в 510 г. Hdt. 5, 63 слл. Он отправился в Сигей (Σίγειον) к сводному своему брату Гегесистрату и затем в Лампсак, не отказываясь от надежды на возвращение; даже с лакедемонянами он вступил в сношения. Hdt. 5, 91. Только впоследствии он обратился к Дарию через Артаферна. Hdt. 5, 96. Thuc. 6, 59. Он подстрекал персидского царя к войне против Афин, провел персов в Марафон (Hdt. 6, 107) и, по некоторым известиям, пал в битве (Justin. 2, 9); более вероятно, что он скоро после того умер на острове Лемносе в глубокой старости от болезни;

2. софист из Элиды, современник Сократа, читал лекции и держал речи в греческих городах, в особенности в Афинах, был при этом человек с большим самолюбием, красовался все знающим и все умеющим и не только был готов говорить о всяком предложенном ему вопросе обширной, связной речью, но и хвастался тем, что сам может приготовить все, что требуется для наряда щеголя. Хеn. Socrat. 4, 4. Cic. de or. 3, 32. Его хвастовство хорошо охарактеризовано в названных по его имени диалогах Платона, в которых упоминается и о его замечательной памяти.

Гиппий, Hippias, из Элиды, V в. до н. э., греческий софист. Путешествовал по всей Греции в качестве учителя и оратора, нажив таким образом большое состояние. Принимал деятельное участие в государственных делах, ездил с посольствами в Афины, Спарту и другие города. Он писал труды по математике, астрономии, грамматике, поэзии, музыке, мифологии и истории. Занимался также созданием эпосов, трагедий и дифирамбов. Из обширного творчества Г. мы знаем лишь некоторые названия: Сборник (Synagoge; неизвестно чего); Имена народов (Ethnon onomasiai); Троянская речь (Troikos), вероятно, педагогического характера — сын Ахилла Неоптолем после падения Трои спрашивает старого Нестора, что должен делать молодой человек, чтобы добыть славу; Список олимпийских победителей (Olympionikon anagraphe), по-видимому, первая попытка хронологического подхода в греческой литературе. Ни одно его сочинение не сохранилось. Г. является героем двух диалогов Платона, названных его именем (Гиппий Больший и Гиппий Меньший), выступает он и в платоновском Протагоре, и в Меморабилиях Ксенофонта.

ГИППИЙ (Ἱππίας) из Элиды (470-е - после 399 до н. э.), др.-греч. софист, младший современник Протагора, один из самых эрудированных и разносторонних представителей греческого Просвещения. Сочинения Г. не сохранились, и о его воззрениях мы знаем в основном из двух диалогов Платоновского корпуса («Гиппий Больший» и «Гиппий Меньший») и упоминаний в некоторых других диалогах.

Дориец по происхождению, Г. в отличие от большинства софистов выступал преимущественно в дорийских городах: с успехом читал публичные лекции в Спарте по «археологии», т. е. о генеалогиях героев и местных знатных семей, об основании городов в древности (DK86 А 11, ср. А 2); заработал более 20 мин своими выступлениями в Инике, небольшом сицилийском городке, и совершил успешное турне по городам Сицилии, соревнуясь с одновременно выступавшим здесь же Протагором (A4). Г., подобно Продику и Горгию, неоднократно выполнял обязанности посла своего государства (А 6). К концу 30-х годов, судя по сценической дате «Протагора» и «Гиппия Большего», Г. был весьма известен и в Афинах. В Олимпии Г. произносил торжественные («эпидейктические») речи и демонстрировал искусство ответа на любой заданный вопрос, очевидно в виде импровизированных речей ([Plat.] Hipp. Mi. 363c-d). Он отличался необычайной памятью (Plat. Hipp. Ma. 285e) и преподавал ученикам мнемоническое искусство ([Plat.] Hipp. Mi. 368d = A 12; Xen. Symp. 4, 62).

Г. преподавал, наряду с риторикой, геометрию, арифметику, астрономию и музыку вместе с просодией, учением о краткости и длительности слогов («квадривиум» Боэция, см. А 11-12, Plat. Prot. 318е, Pfeiffer, S. 76-77; однако «Гиппий», которого Прокл (В 20 DK) называет открывателем квад-ратиссы (в математике — кривая второго порядка), не тождествен софисту Г., см. Жмудь, с. 101 с лит.); писал сочинения антикварно-филологического характера («Названия народов» — В 2, возможно, также В 8; список олимпиоников - В 3, см: Pfeiffer, S. 74-75; «Сборник» (Συναγωγή) содержал, вероятно, также сведения антикварного характера, - В 4); составлял речи, посвященные поэтам (Гомеру - [Plat.] Hipp. Mi. 363а, Симониду - Plat. Prot. 347а); «Троянская речь» в форме диалога (беседа Неоптолема с Нестором после взятия Трои) трактовала этико-педагогическую тему, актуальную для софистов - какие занятия делают человека совершенным (А 9, ср. А 2). Он был автором также эпических прозведений, трагедий и дифирамбов (А 12), а также элегий (В 1). В Олимпии Г. демонстрировал свою способность собственноручно обеспечить себя всем необходимым, явившись в обуви, одежде, с кольцом и принадлежностями для омовения, изготовленными им самим (А 12; приписываемое Г. положение, что цель жизни - это самодостаточность, А 1, анахронистично и, скорее всего, основано лишь на том же эпизоде, но верно в том смысле, что Г. считал подобный идеал достигнутым им самим).

В «Гиппии Большем» (301Ь - 302Ь) упоминается парадоксальное положение Г., сводящееся к тому, что каждый класс вещей представляет собой единую, непрерывную субстанцию, так что любой представитель класса не может обладать свойствами, которых нет у других представителей. К Г. восходят сведения о первых шагах греческой философии и математики (В 6, 12, о других свидетельствах подобного характера, возможно восходящих к Гиппию, см.: Snell и далее: Classen, Mansfeld; Patzer). Судя по сохранившемуся началу одного из его сочинений, Г. собирал положения философского характера из поэтических (Орфей, Мусей, Гесиод, Гомер) и прозаических сочинений греков и «варваров», стремясь обнаружить сходные воззрения (В 6). При этом он, видимо, был склонен преуменьшать оригинальность философских учений, находя их предвосхищения в мифологических представлениях: Г., вероятно, имеет в виду Аристотель (Met. A 3, 983Ь28-32), полемизируя с неназванным предшественником, утверждавшим, что учение Фалеса о воде как первоначале подразумевается уже древнейшими «теологами», которые считали бога Океана и морскую богиню Тефию порождением всех вещей (Нош. П. XIV, 201, ср. также орфические стихи, делающие Океана и Тефию прародителями богов, Plat. Crat. 402 be) и заставили богов клясться водой (клятва Стиксом).

Возможно, аутентично высказывание Г. (Plat. Prot. 337cd) о том, что интеллектуалы, собравшиеся в доме Каллия, - сородичи и граждане «по природе», согласно принципу «подобное родственно подобному», хотя и не являются таковыми «по закону», который принуждает ко многому вопреки природе. Это утверждение не обязательно подразумевает идею братства всех людей или всех греков, но интересно как попытка найти «естественное» обоснование солидарности ученого сообщества перед лицом конфликтов, разделяющих остальной мир (ср. стремление Г. установить сходство между греческими и восточными учениями).

Склонность подчеркивать приоритет «природного» заметна также в беседе Г. с Сократом (Xen. Mem. IV 4, 12-18, сомнения в достоверности: Gomperz, S. 77; Heinimann, S. 142): не отрицая необходимости исполнения законов, установленных в отдельном государстве, Г. тем не менее утверждает, что подобные нормы основываются на соглашении граждан (учение об «общественном договоре») и часто меняются по их воле, а потому не тождественны справедливости и уступают ей по значению. Во второй части беседы (IV, 4, 19-25) Г. рассматривает как неписаные законы - обязательные для всех людей и установленные богами - лишь те, что фактически признаются всеми народами (к ним не относится, напр., запрет на плотскую связь родителей и детей). По-видимому, Г. полагал, что справедливость, стоящая выше норм позитивного права, и есть соблюдение этих универсальных норм, которые можно эмпирически вывести благодаря изучению обычаев разных народов. Примечательно, что еще в одном из рассуждений Г. указывал на несовершенство установленных законов, не карающих за клевету, хотя она более несправедлива, чем воровство, ибо похищает дружбу, наивысшее из благ, и чем насилие, ибо действует незаметно (В 17).

Фрагм. и свид.: DK II, 326-330; I sofisti: Testimonianze е frammenti. Fase. III. Ed. M. Untersteiner. Fir., 1954. 19673(pyc пер. Маковелъский А. О. Софисты. Вып. 2. Баку, 1941).

Лит.: Gomperz H. Sophistik und Rhetorik. Lpz.; В., 1912; Nestle W. Vom Mythos zum Logos: Die Selbstentfaltung des griechischen Denkens. Stuttg., 1942. 19752; Snell B. Die Nachrichten über die Lehre des Thaies und die Anfange der griechischen Philosophie und Literaturgeschiche, - Philol 96, 1944, S. 170-182 (repr.: Sophistik. Hrsg. v. С J. Classen. Darmst., 1976, S. 478-490); Heinimann F. Nomos und Physis: Herkunft und Bedeutung einer Antithese im griechischen Denken des 5. Jahrhunderts. Basel, 1945. Darmst., 19652; GUTHRIE, HistGrPhilos III, 1969, p. 118-120,280-285; Classen С. J. Bemerkungen zu zwei griechischen Philosophie-Historikern, - Philol 109, 1965, S. 175-181; Blum H. Die antike Mnemotechnik. Hldh.; N. Y, 1969, S. 48-55; Schütrumpf E. Kosmopolitismus oder Panhellenismus? Zur Interpretation des Ausspruchs Hippias in Plat. Prot. 337d ff, - Hermes 100, 1972, S. 18-22; Johann H T. Hippias von Elis und der Nomos-Physis-Gedanke, - Phronesis 18, 1973, S. 17-19; Pfeiffer R. Geschichte der klassischen Philologie: Von den Anfangen bis zum Ende des Hellenismus. Münch., 1978. 19903; Kerferd G. The Sophistic Movement. Camb., 1981; MansfeldJ. Cratylus 402a-c: Plato or Hippias (1983), - Mansfeld J. Studies in historiography of Greek Philosophy. Assen, 1990, p. 84-96; BrunschwigJ. Hippias d'Élis, philosophe-ambassadeur, - Boudouris К. (ed.). The Sophistic Movement. Ath., 1984, p. 269-276; Patzer A. Der Sophist Hippias als Philosophiehistoriker. Freib./Breis.; Münch., 1986; Hoffmann J. H. Das Recht im Denken der Sophistik. Stuttg.; Lpz., 1997; Жмудь Л. Я. Зарождение истории науки в Античности. СПб., 2002.

А. Л. БЕРЛИНСКИЙ