«ТУЛМИН»

ТУЛМИН

(Toulmin) Стивен Эделстон (р. 25.3.1922), амер. философ, представитель антипозитивистского течения в англо-амер. философии науки. В нач. 50-х гг. Т. выступил с критикой осн. положений неопозитивизма. В нач. 60-х гг. Т. формулирует взгляд на эпистемо-логию как теорию историч. формирования и функционирования «стандартов рациональности и понимания, лежащих в основе науч. теорий». По Т., учёный считает понятными те события или явления, которые соответствуют принятым им стандартам. То, что не укладывается в «матрицу понимания», считается аномалией, устранение которой (т. е. улучшение понимания) выступает как стимул эволюции науки. Рациональность науч. знания, по Т., есть соответствие принятым стандартам понимания. Стандарты рациональности меняются с изменением науч. теорий — непрерывного процесса отбора концептуальных новшеств. Содержание теорий рассматривается Т. не как логич. система высказываний, а как своеобразная популяция понятий. Согласно Т., осн. черты эволюции науки сходны с дарвиновской схемой биологич. эволюции. Содержание концептуальных популяций (аналог биологич. видов) подвержено изменению, что влечёт за собой изменение методов и целей науч. деятельности; возникновение концептуальных новшеств балансируется процессом критич. отбора (аналог биологич. мутации и селекции); этот двойств. процесс приводит к заметному изменению лишь при определ. условиях (аналог выживания или вымирания видов в борьбе за существование); сохраняются те концептуальные варианты, которые лучше адаптируются к требованиям интеллектуальной среды.

Механизм эволюции концептуальных популяций, согласно Т., состоит в их взаимодействии с совокупностью внутринауч. (интеллектуальных) и вненауч. (социальных, психологич., экономич. и др.) факторов. Решающее условие выживания тех или иных понятий — значительность их вклада в улучшение понимания.

Эволюция теорий зависит от исторически меняющихся стандартов и стратегий рациональности, крые в свою очередь подвергаются обратному воздействию со стороны эволюционирующих дисциплин. В этом смысле внутренняя (рационально реконструируемая) и внешняя (зависящая от вненауч. факторов) истории науки являются дополняющими друг друга сторонами одного и того же процесса адаптации науч. понятий к требованиям «среды их обитания».

Т. о., Т. отрицает объективную целенаправленность развития науки, фактически элиминирует понятие истины из эпистемологии, заменяя его прагматистскими и инструменталистскими аналогами. Выступление Т. против абсолютизации формальной логики в качестве критерия рациональности и требование конкретного историч. подхода к анализу развития науки с привлечением данных социологии, экономики, социальной психологии и политики, справедливые сами по себе, на почве эклектич. философии (сочетающей элементы реализма, аналитич. философии и неокантианства) оборачиваются серьёзными уступками релятивизму и иррационализму. Это особенно очевидно в работах Т. по этике и философии религии, в которых утверждается зависимость обоснованности моральных и религ. суждений от совокупности принятых в данных областях правил и схем понимания и объяснения.

The philosophy of science, L.,1953; An examination of the place of reason in ethics, L.—N. Y.,1958; The ancestry of science, v. 1—3, L., 1961—65; Foresight and understanding, Bloomington,1961; Metaphysical beliefs, L., 1970s (совм. с R. Hepburn, A. Maclntyre); Human understanding, v. 1, Prin-ceton,1972; Wittgenstein's Vienna, N. Y.,1973 (совм. с A. Ja-nik); Knowing and acting, N. Y.— L.,1976; в рус. пер.— Концептуальные революции в науке, в кн.: Структура и развитие науки, М.,1978, с. 170—89.

Хилл Т. И., Совр. теории познания, пер. с англ., М.,1965; Порус В. Н., Черткова Е. Л., Концепция эволюции науки С. Т., «ФН»,1978, № 5, с. 130—39; Co-hen L., Is the progress of science evolutionary?, «British Journal for the Philosophy of Science»,1973, v. 24, Mi 1, p. 41—46; M o t у с k a A., Relatywistyczna wizja nauki. Analiza krytyczna koncepcii T. S. Kuhna i S. E. Toulmina, Wroclaw, 1980.

ТУЛМИН (Toulmin) Стивен Эделстон (р. 1922) - американский философ постпозитивистского направления. Ранние работы (»Философия науки», 1953 и др.) содержат критику неопозитивистской концепции науки. Впоследствии (»Великая Вена», 1973, в соавторстве с А. Яником; «Способы использования аргументации», 1958; «Происхождение науки», тт. 1-3, 1961-1965; «Предвидение и понимание», 1961; «Знание и действие», 1976 и др.) формулирует собственную исследовательскую программу в эпистемологии, основная идея которой - идея исторического формирования и эволюции стандартов рациональности и «коллективного понимания» в науке. Подход Т. конкретизируется в дискуссиях с другими представителями постпозитивизма (Поппер, Кун, Лакатос, Фейерабенд и др.) и оформляется в оригинальную эволюционистскую концепцию науки. В рамках этой концепции Т. был введен ряд эвристичных понятий и представлений: «рациональная инициатива», «концептуальный отбор», «матрица понимания», «интеллектуальная экология» и др., которые задают действительность эволюционнных процессов в науке. Критически оценивая биологизаторскую трактовку «интеллектуальной эволюции», данную Махом, Т. рассматривает популяционную теорию изменчивости и естественного отбора Дарвина лишь как иллюстрацию более общей модели исторического объяснения. Прямые аналогии, по Т., здесь невозможны. В целом эта модель включает четыре основных тезиса: 1) Компромисс между «реалистической» и «номиналистической» установками в вопросе идентификации исторических образований. Соответственно этому, эволюционное объяснение концептуального развития должно объяснить два аспекта: с одной стороны, генеалогическую последовательность и непрерывность, благодаря которым идентифицируются отдельные дисциплины, а с другой - глубокие длительные изменения, приводящие к их трансформации и смене. 2) И преемственность, и изменения объясняются в терминах единого двустороннего процесса, в данном случае процесса концептуальных инноваций и отбора. Непрерывное возникновение интеллектуальных нововведений уравновешивается непрерывным процессом критического отбора концептуальных вариантов. Критический процесс в науке выступает, таким образом, в функции управления отбором. 3) Этот двусторонний процесс может производить заметные концептуальные изменения только при наличии дополнительных условий (»интеллектуальной среды»). Должны существовать подходящие «форумы конкуренции» и «экологические ниши», в которых интеллектуальные нововведения могут выжить в течение достаточно длительного времени, чтобы обнаружить свои достоинства и недостатки. 4) Экологические требования среды определяют локальные требования к эволюционному «успеху». Соответственно объяснение «успеха» тех или иных интеллектуальных инициатив предполагает рассмотрение «экологии» частной культурно-исторической ситуации. В любой проблемной ситуации дисциплинарный отбор «признает» те из конкурирующих инноваций, которые лучше всего адаптируются к «требованиям» местной «интеллектуальной среды». Эти «требования» охватывают как те проблемы, которые каждый концептуальный вариант призван решить, так и другие упрочившиеся понятия, с которыми он должен сосуществовать. Взаимосвязь понятий «экологическое требование» и «ниша», «адаптивность» и «успех» составляют предмет «интеллектуальной экологии». По Т., действительность науки в эволюционном подходе разительно отличается от неопозитивистского представления науки в виде логической системы. Наука рассматривается Т. скорее как совокупность «исторических популяций» логически независимых понятий и теорий, каждая из которых имеет свою собственную, отличную от других историю, структуру и смысл. Как писал сам Т., «интеллектуальное содержание любой рациональной деятельности не образует ни единственной логической системы, ни временной последовательности таких систем. Скорее оно представляет собой интеллектуальную инициативу, рациональность которой заключается в процедурах, управляющих его историческим развитием и эволюцией». Т.обр., научные дисциплины выступают у Т. как исторически развивающиеся рациональные инициативы, в которых понятия находят свое коллективное применение. Рациональная инициатива - это та «жизненная форма», в которой протекает, с одной стороны, процесс трансляции или передачи норм и интеллектуальных средств, а с другой, вышеописанный эволюционный процесс концептуальных изменений и отбора. Наука, по Т., принципиально двойственна: это совокупность интеллектуальных дисциплин и профессиональный институт. Механизм эволюции рациональных инициатив состоит в их взаимодействии с внутринаучными (интеллектуальными) и вне-научными (социальными, политическими) факторами. Дисциплинарный и профессиональный, внутренний и внешний аспекты науки соотносятся друг с другом по принципу дополнительности - это разные проекции одного и того же эволюционного процесса. Дисциплинарный аспект интеллектуальной истории является рациональным, оправдательным и перспективным, а профессиональный - причинным, объяснительным и ретроспективным. Полное объяснение концептуального развития в любой рациональной инициативе на каждой своей стадии должно освещать и формирование (в каузальных терминах и ретроспективной модальности), и оправдание (в терминах рациональных оснований и перспективной модальности) проектов этой инициативы. Эволюционный подход Т. изменяет и видение самого научного мышления и представление о рациональности. В оппозиции неопозитивистским представлениям о научном мышлении как строгом следовании логическим нормам, Т. выдвигает на передний план другой тип организации научного мышления, основанный на понимании. Понимание в науке, по Т., задается, с одной стороны, соответствием «матрицам» (стандартам) понимания, принятым в научном сообществе в данный исторический период, с другой стороны, проблемными ситуациями и прецедентами, выступающими основой «улучшения понимания». Анализируя концептуальные точки зрения, эпистемолог должен обращаться к той ситуации понимания (или проблемной ситуации), с которой сталкивается ученый и относительно которой он решает, какие интеллектуальные средства необходимо ввести и актуализировать в этой ситуации. Т.обр., концептуальное содержание научной дисциплины определяется не только набором теоретических утверждений, подлежащих формализации, но и практическими процедурами применения интеллектуальных средств и теми функциями, которые эти средства выполнили в тех или иных проблемных ситуациях. Сами стандарты понимания изменяются в ходе «концептуального отбора» нововведений. Поэтому научная рациональность не может определяться всеобщими логическими нормами, а скорее должна рассматриваться по аналогии с прецедентным правом в юриспруденции. «Рациональность - это атрибут не логической или концептуальной системы как таковой, а атрибут человеческих действий и инициатив, в которых временно пересекаются отдельные наборы понятий...». Установление рациональности тех или иных инициатив представляет своего рода «судебную процедуру», а не формально-логический анализ. Помимо эпистемологической проблематики, Т. обращался к вопросам этики и философии религии. В этих работах он стремился выявить зависимость авторитета и обоснованности моральных и религиозных суждений от принятых процедур объяснения и схем понимания, реализуемых в языковых практиках.