«ГАНДИ, Мохандас Карамчанд»

(р. 1869) - руководящий деятель индийского национального движения. Гуджератец по национальности, индус по религии; получил юридическое образование в Лондоне. С 1893 по 1914 вёл дела крупного индийского торгового дома в Южной Африке. Здесь Г. в значительной мере сложился как политический деятель и создатель религиозно-философского учения, получившего впоследствии название гандизма. Г. успешно организовал местную индийскую колонию, подвергавшуюся, подобно всем "цветным", угнетению со стороны англичан и буров, и начал кампанию в защиту национальных прав индийцев. Г. старался придать этому движению религиозную окраску, отказывался от контакта с другими угнетёнными национальностями в Южной Африке и решительно исключал насилие как средство борьбы. Защита прав индийцев не помешала Г. сформировать в помощь Англии во время англо-бурской войны добровольческие индийские санитарные отряды. Во время восстания зулусов (1906) Г. вторично оказал англичанам помощь, лично возглавив индийский санитарный отряд.

В 1914-18 Г. снова поддержал империю, призвав индийцев записываться в наёмные англо-индийские войска. Поясняя свою политическую позицию в период первой мировой войны, Г. в 1918 писал: "Ворота нашей свободы расположены на французской почве. Ни одна победа, достойная этого имени, не была достигнута без пролития крови. Если бы мы могли заполнить поле сражений во Франции могучей армией индийцев-патриотов, борющихся за дело союзников, то это было бы хорошо и для нашего (индийского) дела".

Что же касается борьбы Индии за независимость, равно как и борьбы её эксплуатируемых классов против эксплуататоров, то в этой области Г. выступал как принципиальный противник насилия.

Религиозно-философское учение Г. носит эклектический характер. Оно слагалось как под влиянием индусской и даже буддийской традиции, так и под сильнейшим воздействием русской (Толстой) и западноевропейской (Рескин) общественной мысли. Выступая против современной буржуазной цивилизации, Г. отвергает её как материалистическую и "сатанинскую", провозглашает спасение Индии в отказе от современной техники и возврате к феодальной старине.

Роль Г. в развитии индийского национально-освободительного движения была двойственной и противоречивой. С одной стороны, он расширил рамки движения, способствовал вовлечению в него широких масс. С другой стороны, его тактика ненасилия и пассивного сопротивления, его отрицание классовой борьбы и постоянные, возведённые в принцип поиски компромисса с англичанами задерживали развитие этого движения. Ярче всего это сказалось в постоянном стремлении руководителей индийского национального движения избегать революционных методов действия.

Росту влияния Г. много способствовали простота его быта, аскетизм, "верность индийским обрядам и обычаям, религии индуизма. В 1931 он явился на приём к королю в сандалиях на босу ногу, задрапированный в плащ из домотканной хлопчатобумажной материи, абсолютно не считаясь с придворным этикетом.

После смерти Б. Г. Тилака (1920) Г. стал признанным лидером индийского национально-освободительного движения, и во время подъёма антиимпериалистического движения 1919-22 он уже играл руководящую роль. Именно Г. являлся инициатором блока Национального конгресса с индийскими мусульманами в лице их Комитета защиты халифата и содействовал превращению самого Конгресса в массовую антиимпериалистическую организацию. Однако, когда в 1922 массы в ходе борьбы вышли за пределы ненасильственной гандистской программы, Г. сыграл крупнейшую роль в отказе Национального конгресса от продолжения борьбы. Арестованный в 1922 колониальными властями, Г. был осуждён на долголетнее заключение, но в 1924 был досрочно освобождён.

В 1929-33 Г. снова возглавил антиимпериалистическое движение, но и на этот раз искусственное сужение им целей самой борьбы (против английской соляной монополии) и ограничение её ненасильственными методами способствовали поражению индийских патриотов. Прежде чем это в полной мере могло обнаружиться, Г., а вместе с ним и другие лидеры Национального конгресса были в мае 1930 арестованы англичанами. Через год Г. вышел из тюрьмы и подписал в Дели "перемирие" с вице-королём лордом Ирвином (Галифаксом). По этому соглашению англичане отказывались от наиболее жестоких репрессий против патриотов, а Национальный конгресс в свою очередь прекращал массовое антиимпериалистическое движение и соглашался участвовать во второй конференции "круглого стола".

В 1935 англичане навязали Индии конституцию, прозванную рабской. Когда премьер-министр Макдональд в дополнение к выделению мусульман в отдельную избирательную курию захотел внести раскол в ряды самих индусов и объявил о создании особой избирательной курии для "неприкасаемых" каст, Г., снова находившийся в тюрьме, начал голодовку протеста, нашедшего горячий отклик во всей Индии. Макдональду пришлось уступить, и "неприкасаемые" по-прежнему остались в составе единой избирательной курии.

Годы второй мировой войны оказались серьёзным испытанием для Г. и его учения. Национально-прогрессивные силы Индии, настроенные резко антифашистски, требовали вместе с тем участия Индии в этой войне в качестве свободной страны, а не в качестве подневольной колонии. Отклонение англичанами индийских требований (из них важнейшее - передача власти национальному правительству) вынудило Национальный конгресс отказаться от поддержки военных усилий Британской империи. В дальнейшем, однако, обнаружились серьёзные расхождения между руководством Конгресса и Г. Руководители Конгресса высказывались за участие Индии в антифашистской войне (при условии удовлетворения её национальных требований), а Г. считал единственным средством борьбы против агрессоров пресловутое оружие ненасильственного сопротивления. Войну он считал с обеих сторон империалистической, до которой Индии нет никакого дела. Этой позиции Г. упорно придерживался и после нападения Гитлера на СССР.

В августе 1942, вскоре после неудачи миссии Криппса (см.), Конгресс был объявлен вне закона, а его лидеры во главе с Г. посажены в тюрьму. Здесь Г. впервые ознакомился с некоторыми трудами классиков марксизма-ленинизма и проявил серьёзный интерес к СССР. Весной 1943 Г. объявил 21-дневную голодовку, требуя своего безоговорочного освобождения. Все важнейшие политические партии и общественные организации Индии поддержали это требование. Однако англичане продолжали держать Г. в тюрьме до мая 1944, когда он был освобождён под предлогом "слабого здоровья". В сентябре 1944 состоялась встреча Г. с Джинной, председателем Мусульманской лиги. От имени Конгресса Г. пошёл на значительные уступки Лиге, вплоть до выделения мусульманских районов Индии в отдельное государство (Пакистан), но при условии совместной борьбы Конгресса и Лиги за независимость Индии от англичан. Джинна отверг предложения Г. Престарелый Г., ветеран индийского освободительного движения, поборник индусско-мусульманского единства в борьбе за независимость Индии, доныне пользуется в стране огромным авторитетом и влиянием. Но его учение о ненасилии обнаружило свою несостоятельность, и сам Г. признал это, заявив в 1946, что он более не считает Национальный конгресс обязанным применять лишь ненасильственные методы борьбы.

(1869—1948) — выдающийся политич., обществ, деятель, лидер национальноосвободит. движения. Родился в приморском городе Порбандар (Гуджарат), принадлежал к варне вайшьев, однако был исключен из касты за несовершение очистительных обрядов после возвращения из Англии, где провел студенческие годы, изучая юриспруденцию. В 1893 отправился в Южную Африку, где в течение 21 года занимался адвокатской деятельностью и участвовал в борьбе за демократич. права наемных рабочих, гл. обр. выходцев из Индии. В нач. 1915 возвратился в Индию, где первое время, по совету друзей, воздерживался от активной политич. деятельности, но много ездил по Индии и знакомился с ее проблемами. Последующая жизнь Г. тесно сливается с историей индийского национально-освободит. движения, фактическим вождем к-рого он остается до дня своей трагич. гибели. 30 янв. 1948 Г. был убит в Дели Натхурамом Годзе, индусом-фанатиком, связанным с коммуналистской орг-цией Хинду Маха Сабха. Войдя в мировую историю как крупный политик, в Индии Г. воспринимается скорее как духовный Учитель, наставник — недаром там его называют Махатма, т. е. Великая душа. Его жизнь — это постоянная борьба, но отнюдь не только с английскими колонизаторами и за освобождение Индии. Он боролся со всем, что угнетает и порабощает человека, за освобождение внутреннего божественного Я. И поэтому наиб, жестокую и непримиримую борьбу Г. вел с самим собой, со своими страстями, желаниями, с действительными и мнимыми недостатками своего характера. Его отношение к себе воспроизводило в миниатюре (и в более бескомпромиссной форме) стремление Г. реформировать сознание и жизнь человека вообще, распространявшееся, кстаи сказать, не только на всех индийцев, но и на их британских "хозяев", а в перспективе — на весь род человеческий, на весь мир. По сути дела, весь мир, как и душа каждого человека, были для Г. местом столкновения Божеств. Истины и человеч. Неправедности (к к-рой относились и личные пороки, и обществ, несправедливость, и дискриминационные законы гос-ва или обычаи об-ва). Союзником же Г. был внутренний божественный глас в каждом человеке — будь то индус, мусульманин или их английский поработитель. К совести каждого и взывал Г. в своих политич. обращениях и морально-этич. проповедях. Самооценки Г. порой достаточно противоречивы. Он, напр., считал себя реформатором, но вместе с тем и правоверным индусом. Но хотя он, несомненно, придерживался нек-рых традиционных представлений, в целом его ре лиг. воззрения вряд ли могут быть определены как ортодоксальные. К тому же они демонстрируют довольно ощутимое влияние джайнизма и христ-ва, что уводит их еще дальше от ортодоксального индуизма. Важной чертой его религ. доктрины явилась своеобразная детеологизация, т. е. подмена собственно религ. идей расплывчатыми морально-этич. категориями. В учении Г. "религия" означает извечный и универсальный закон, в соответствии с к-рым строится жизнь и деятельность человека. Закон этот включает признание ненасилия, поиски истины, готовность к самопожертвованию, осознание добрых и светлых потенций в себе и, что особенно существенно, в оппоненте, отсутствие злобы, гнева против него, борьбу с несправедливостью, но не с людьми, творящими ее, защиту всего живого, непричинение зла и пр. Терпимость к другим сочетается с беспощадной требовательностью к себе. Религия для Г. — это служение людям. Понятие "бог" у Г. несет прагматич. содержание — иногда это истина, иногда "закон, господствующий во всей жизни", а иногда атеизм атеиста. В любом случае это очень далеко от традиционного индуистского представления. Детеологизация убедит, иллюстрируется тем, что Г., выдвинувший сначала тезис "Бог есть истина", заменил его на "Истина есть бог" и считал это важнейшим из своих открытий. О реформаторском подходе Г. к религии свидетельствует поливариантность толкования им традиционных установок. Мн. положения, заимствованные из ортодоксального индуизма, применяются им в обычном значении, но одновременно получают расширительную интерпретацию. Так, принцип защиты коровы, о чем столь часто говорил и писал Г., расшифровывается и в старом и в новом смысле как нравств. долг человека защищать все живое. Борьба с неприкасаемостью и проповедь ненасилия — наиб, важные стороны его религ. реформаторства. Эта проповедь приобрела в гандизме значение законченной догмы, в результате чего конкретное вероучение в немалой степени подменяется в данной системе "религией ненасилия". Последняя, по мнению ее создателя, с одной стороны, носит всеобщий характер и адресована всему человечеству, с другой — имеет определенную национальную окраску, что якобы обусловлено не объективной генетической связью гандизма с религ.-философской традицией страны, а субъективными факторами. Иными словами, Г. считал, что выдвигаемые им принципы знаменуют не столько фазу развития индийской обществ, мысли (в т. ч. и религ. реформаторства) — это казалось ему второстепенным, — сколько некий универсальный закон, одинаково проявляющий свое действие (хотя в различных формах) в любых историч. условиях.

Р. Рыбаков