«Магия»

мнимое тайное искусство вызывать с помощью сверхъестественных сил, главным образом при содействии духов, явления, идущие вразрез с современными представлениями о законах и силах природы. О происхождении слова см. Волхвы. М. распадается на мантику, или искусство предсказывать будущее (см. Гадание), и оперативную М., или М. в тесном смысле; последняя есть искусство мудреца, подчинившего себе силы, которые обыкновенные люди считают сверхъестественными, и с их помощью вызывающего явления, которые для обыкновенных людей имеют характер чуда (вызывание духов, обращение в невидимку и т. п.). Как совокупность эмпирических приемов М. не поднимается над уровнем колдовства или чародейства, но как искусство, возведенное в систему, философски обоснованное, М. является прикладной частью теософских систем (теургическая М.). См. Теософия. В средние века различали черную и белую М., смотря по тому, прибегал ли чародей к содействию небесных сил, ангелов, или же к помощи дьявола и подчиненных ему адских сил. В века всеобщего невежества чародеями считали лиц, которые несколько более своих современников были знакомы с законами и силами природы. На одних это навлекало преследования (Роджер Бэкон, Арнольд де Вилланова), другие сумели оградить свое правоверие и даже достигнуть высших степеней в церковной иерархии (Альберт Великий). Многие из пап считались также чародеями (Папа Сильвестр II, много занимавшийся так наз. натуральной М., все его преемники до Григория VII, затем Григорий XI, Бенедикт IX, Павел II, Александр VI); у нас чародеем считался Брюс. В настоящее время под натуральной, естественной или белой магией разумеют уменье производить при помощи физических, механических и химических средств такие действия, которые могут привести в недоумение людей несведущих.

(лат. magia, от греч. magéia)

колдовство, чародейство, волшебство, обряды, связанные с верой в способность человека сверхъестественным путём воздействовать на людей, животных, явления природы, а также на воображаемых духов и богов. М., как и другие явления первобытной религии, возникла в древнейшую эпоху, когда человек был бессилен в борьбе с природой. Магические обряды, распространённые у всех народов мира, чрезвычайно разнообразны. Общеизвестны, например, «порча» или «лечение» заговорённым питьем, обрядовое обмывание, помазание священным маслом, ношение талисманов и пр. Широко были распространены магические обряды при начале пахоты, сева, уборки урожая, для вызывания дождя, для обеспечения удачи на охоте, войне и т.д. Нередко магические обряды сочетают в себе несколько видов магических приёмов, в том числе Заклинание (заговор). Происхождение каждого из видов М. тесно связано с конкретными условиями практической деятельности людей. В классовом обществе магические обряды отступают на второй план перед более сложными формами религии, с молитвами и умилостивительным культом высших богов. Однако и здесь М. сохраняется как важная составная часть многих обрядов всякой религии, не исключая и самых сложных — христианства, ислама, буддизма и др. Так, в христианстве важную роль играют магические обряды (миропомазание, соборование, паломничество к «святым» целебным источникам и другие), М. погоды и плодородия (молебны о дожде, благословение урожая и др.).

Существовало деление М. на чёрную (обращение к злым духам) и белую (обращение к чистым духам — ангелам, святым).

Магическое восприятие мира, в частности представление о всеобщем подобии и взаимодействии всех вещей, легло в основу древнейших натурфилософских учений и разнообразных «тайных наук», получивших распространение в позднеантичную и средневековую эпоху (например, алхимия, астрология и др.). Зачатки опытного естествознания в это время развивались ещё, в значительной мере, в тесной связи с М., что находит отражение во многих работах учёных эпохи Возрождения (Дж. Делла Порта, Дж. Кардано, Парацельс и др.). Лишь с дальнейшим развитием науки произошло преодоление в ней элементов М. (см. также Оккультизм).

1. ма́гия;
2. ма́гии;
3. ма́гии;
4. ма́гий;
5. ма́гии;
6. ма́гиям;
7. ма́гию;
8. ма́гии;
9. ма́гией;
10. ма́гиею;
11. ма́гиями;
12. ма́гии;
13. ма́гиях.

жен. знание и употребление на деле тайных сил природы, невещественных, вообще не признанных естественными науками. Предполагая в делах этих связи человека с духовным миром, различают белую и черную магию: последняя есть чернокнижие, чародейство, волховство, колдовство, волшебство; знахарство может относиться и к тому, и к другому виду. Магический, к магии относящийся. Маг или магик муж. обладатель таинств магии, в том или в другом значении.

МА́ГИЯ, -и, жен. Совокупность считающихся чудодейственными обрядов и заклинаний, призванных воздействовать на природу, людей, животных и богов. Белая м. (чародейство, объясняемое влиянием божественных сил). Чёрная м. (чародейство, волшебство, объясняемое участием и помощью сатанинских сил). Любовная м. (различные способы любовной ворожбы). Лечебная м. (заклинания, молитвы, снадобья, предназначенные излечивать от болезней).

| прил. магический, -ая, -ое. Магические приёмы, заклинания.

-и, ж.

1.

Совокупность приемов (действий и слов), имеющих, по суеверным представлениям, чудодейственную, сверхъестественную силу, при помощи которой можно воздействовать на людей и явления природы.

2. перен.; чего.

Необыкновенная сила воздействия на кого-л.

Много говорилось и со временем еще больше будет говориться об особой магии толстовского дарования, о покоряющей увлекательности его рассказа. Федин, Памяти А. Н. Толстого.

Я навек подпала под власть этого особенного чувства — «магии театра». Щепкина-Куперник, Театр в моей жизни.

белая магия

по средневековым суеверным представлениям: колдовство с помощью небесных сил.

[лат. magia]

МА́ГИЯ, магии, мн. нет, жен. (греч. mageia) (книжн.). Наиболее грубая, первобытная форма религии, колдовство, система определенных действий и слов, посредством которых, по представлениям древних и народов с примитивной культурой, можно подчинить себе т.н. сверхъестественные силы и с их помощью вызвать чудесные явления. Черная магия (в средние века - чародейство с помощью адских сил), белая магия (с помощью небесных сил).

|| перен. Волшебство, очарование. Магия слова.

I

1.

Совокупность обрядов, действий, слов, связанных с верой в способность человека - мага, волшебника, колдуна - с помощью чудодейственных сил воздействовать на людей, животных и природу; колдовство, волшебство, чародейство.

2.

Необыкновенная сила воздействия на кого-либо.

II

Притягательная, покоряющая сила; очарование.

МАГИЯ (от греч. mageia) (колдовство - волшебство), обряды, связанные с верой в сверхъестественную способность человека (колдуна, мага) воздействовать на людей и явления природы. Магия возникла в первобытном обществе и стала элементом обрядов.

МАГИЯ (от греческого mageia - колдовство, волшебство), обряды, связанные с верой в сверхъестественную способность человека воздействовать на людей и явления природы. Возникла в первобытном обществе.

(греч.) (колдовство, волшебство), обряды, связанные с верой в сверхъестественные способности колдуна (мага) воздействовать на людей и явления природы. В древности М. широко использовалась в целях ворожбы.

ма́гия Заимств. из нем. Маgiе или лат. magia, едва ли непосредственно из греч. μαγεία (см. маг), вопреки Фасмеру (ИОРЯС 12, 2, 254).

жен. magic черная магия ≈ black art, diabolism, necromancy, witchcraft, diablerie, devilryж. magic;
чёрная ~ black magic;
белая ~ white magic.

ж

Magie f; Zauberei f(волшебство)

магия ж Magie f; Zauberei f (волшебство)

ж.

magie f

черная магия — magie noire

ж.

magia f

бе́лая ма́гия — magia blanca (natural)

черная ма́гия — magia negra (diabólica), nigromancia f, nigromancía f

уче́ние о ма́гии — magismo m

ж.

magia

черная магия — negromanzia

белая магия — magia bianca

МАГИЯ

(лат. magia, от греч. mageia) — различные ритуалы, направленные на использование власти тайных потусторонних, сверхъестественных сил для достижения человеческих целей; древнейшая форма организации коллективной деятельности и коммуникации; форма раннерелигиозных верований; первый тип специализированной творческой деятельности.

Одна из первых теорий предложена Дж. Фрэзером. Он отличает М. от религии (умилостивительного культа богов) и мантики (вопрошания тайных сил) как способ воздействия на область сверхъестественного с помощью природных сил. Психологическая основа М., по Фрэзеру, кроется в ассоциации идей, между которыми не существует реальной причинной связи; апелляция к М. позволяет умному человеку доминировать над остальными, основывать королевские династии и новые гос-ва, получать статус святых и богов после смерти; М. вырабатывает первые санкции, закрепляющие частную собственность и самостоятельность индивида.

По Б. Малиновскому, М. обеспечивает уверенность в ситуациях неопределенности; на ее основе создается церемониальная структура торговли, организуются сложные формы коллективного труда; М. действует с помощью усиления социального давления на индивида и укрепляет неравенство людей в примитивных обществах; М. представляет собой в основном языковой феномен и использует специальный высокопарно-сакральный язык, отличающийся от повседневного языка, применяемого в контексте трудовой деятельности и общения; М. — предельный случай, демонстрирующий силу и активность языка, т.к. всякий язык имеет магическую функцию; миф является схемой магического действия, которое нередко сводится к проговариванию мифа. Этнографические исследования показывают, что М. воплощает в себе фундаментальное и плодотворнейшее противоречие первобытной жизни. Она формирует новые социальные структуры, критикуя повседневную племенную реальность и обыденное сознание. Она культивирует также свободную индивидуальность, сосредоточивая всю креативную силу в «обожествленном еретике» — шамане. М. дает человеку ряд готовых ритуальных актов и стандартных верований, оформленных в определенную практическую и ментальную технику. Функция М. заключается, по Малиновскому, в ритуализации человеческого оптимизма, в поддержании веры в победу надежды над отчаянием.

Антропологи исследуют М. в основном социологическими средствами и предлагают ее объяснение как феномена, удовлетворяющего некоторую социальную потребность (единство племени, успешность деятельности и т.п.). Психологическое объяснение М. К. Леви-Стросом ставит в центр личность первобытного шамана и характер его отношений с племенем. Наиболее значимым примером психомагического действия является магическое лечение. Для объяснения этих феноменов Леви-Строс выстраивает цепочку между психическими способностями шамана, определенным магическим ритуалом и далее — психикой и физиологией человека — объекта М. Важнейшим элементом здесь является группа, во имя которой осуществляется магический акт и которая своей верой убеждает в действенности М. Основой этой теории является гипотеза об «эффективности символов», якобы обеспечивающих коммуникативный резонанс психических и физических структур.

Все объяснения М. строятся или по космологическому, или по социокультурному принципу. Космологический, или натуралистический, способ объяснения М. предлагается обыденным сознанием, а также физикой, биологией и психофизиологией. Он строится по схеме объяснения неизвестного через якобы известное и использует логический прием аналогии. Так, М. рассматривается как реализация объективных возможностей, заложенных в природе и в самом человеке: астрология исходит из психокосмических связей; экстрасенсорика и психокинез — из психической энергии; телепатия, ясновидение, предвидение — из дальнодействия и обратного течения времени. Известные законы природы служат объяснению ряда практических и духовных способностей человека; подобно этому еще не известные, но в принципе познаваемые природные потенции кладутся в основу объяснения М.

Обособленность космологического подхода в том, что он так же неопровержим, как и сама М. Природа неисчерпаема, а научное познание бесконечно, нет сомнений в перспективах науки понять неизвестное. Наука все более сужает возможную область магического мировоззрения и практики; М., становясь понятной, превращается в науку, а большая часть непонятного объявляется суеверием и шарлатанством. Перспективы космологического понимания М. определены свойственным науке делением мира на истину и заблуждение и сводятся к вытеснению М. из культуры или редукции ее к чему-то иному, «рациональному».

Религиоведение, культурология, этнография, социальная психология, лингвистика предлагают социокультурный способ объяснения М. как функции некоторых способов социальной организации («функционализм» Малиновского), функции культуры, функции языкового символизма. Основным принципом этого способа объяснения является рассмотрение М. как реакции на определенные социальные потребности, а также потребности психологического характера (смягчение стресса, чувства вины, страха, неуверенности). В ходе магического действия осуществляется незаметная подмена целей; задача преобразования природы решается путем изменения коллективной психологии, а трансформация психики приводит к решению практической проблемы. Сущность М. обнаруживается в ее принципиальной приграничности с наукой и практикой; там, где практика не достигла уверенной регулярности, а наука не представляет убедительного объяснения, всегда находится место для М.

Междисциплинарное взаимодействие религиоведения, социальной антропологии, психологии, лингвистики, философии в исследовании М. выполняет не только научную, но и общекультурную функцию — раскрывает корни и содержание современного «оккультного возрождения», освобождает массовое сознание от опасных заблуждений, развенчивает псевдонаучные претензии современных оккультистов, а также идеологов, эксплуатирующих магические понятия (харизма, судьба, тайные силы) для создания политических мифологий.

МА́ГИЯ -и; ж. [лат. magia]

1. По суеверным представлениям: совокупность приёмов (действий и слов), имеющих чудодейственную силу, при помощи которой можно воздействовать на людей и явления природы.

2. чего. Необыкновенная сила воздействия на кого-л. М. взгляда. М. музыки. М. таланта писателя. М. очаровательных глаз.

◊ Бе́лая магия. По суеверным представлениям: колдовство с помощью небесных сил. Чёрная магия. По суеверным представлениям: колдовство с помощью адских сил.

* * *

(от греч. magéia) (колдовство, волшебство), обряды, связанные с верой в сверхъестественную способность человека (колдуна, мага) воздействовать на людей и явления природы. Магия возникла в первобытном обществе.

* * *

МА́ГИЯ (от греч. mageia) (колдовство, волшебство), обряды, связанные с верой в сверхъестественную способность человека (колдуна, мага) воздействовать на людей и явления природы. Магия возникла в первобытном обществе и стала элементом обрядов.

(от греч. mageia — волшебство, колдовство) — таинственная, сверхъестественная способность уметь воздействовать на вещи и людей, не прибегая к помощи естественных средств. Магическая картина мировидения возникает там, где на внешний мир воздействуют с помощью оккультизма, заклинаний, молитв, амулетов, талисманов и т. п., т. е. без допущения и видимого проявления причинного ряда действий.

(от греч. mageia) - колдовство, волхвование, волшебство, чародейство, т. е. поверья, обряды, приемы и операции, к-рым (независимо от того, признаются ли они церковью или преследуются ею) суеверное воображение приписывает способность сверхъестественным, иррациональным образом оказывать иногда непосредственно, иногда на расстоянии, но всегда автоматически - реальное воздействие в желательном направлении на те или иные объекты (одушевленные и неодушевленные). Эта специфика М. связана с верой в возможность использования мнимых сверхъестественных свойств тех или иных существ. предметов, снадобий, жестов, слов и даже мыслей для ограждения от опасности, для избавления от всяких напастей, для нанесения вреда врагу, для обеспечения удачи во всех делах, для проникновения в тайны прошлого и будущего. В этнографии и исследованиях по истории религии не раз делались попытки построить классификацию или типологию магич. поверий и приемов, напр., ее делили: на белую, т. е. благонамеренную, "спасительную", публично практикуемую М., и черную, т. е. злокозненную, вредоносную, наводящую исподтишка "порчу" на людей и скот; Дж. Фрейзер делил М. на "гомеопатическую", т. е. осн. на подражании, уподоблении, и "контагиозную", т. е. осн. на контакте, соприкосновении, "заражении"; Е. Г. Кагаров - на протрептическую, т. е. агрессивную, и профилактическую, т. е. оборонительную или предохранительную; нек-рые в основу классификации кладут те сферы быта, в к-рых применяются те или иные приемы, и различают аграрную М., охотничью, лечебную, любовную, военную и т. д.; делят М. также на индивидуальную и групповую. Но все эти попытки классификации условны, а подчас надуманны. В быту все разновидности М. зачастую тесно переплетаются между собой. Так, напр., "вербальная", т. е. словесная М., имеет место во всех др. видах М., и в охотничьих плясках австралийцев, и в аграрных "мистериях" разных народов, и в любовных "приворотах", и в знахарских "заговорах" и т. д. М. целиком (принципиально и исторически) относится к религии и является ее неотъемлемым элементом, поэтому и ее типология связана с типологией религии. М. возникла в глубокой древности на почве того, что Ф. Энгельс называет "отрицательно-экономическим", на почве бессилия первобытного человека в его борьбе с природой. По мере развития религ. представлений и возникновения новых сложных религ. направлений, мировые религии, в к-рых на первый план выступает умилостивительная обрядность, основанная на обращении к личным сверхъестественным существам (напр., молитва, покаяние и пр. в христианстве), отбросили многое из первобытной М., с ее безличной, принудительно-автоматич. обрядностью. Многие отвергнутые христианством, исламом и т. д. примитивные магич. обряды и верования в течение веков существовали и модифицировались независимо от офиц. церквей, подвергаясь жестоким преследованиям со стороны последних (см., напр., Ведовство). Однако в любой совр. религии, и в догматике и в обрядности, М. занимает значит. место (напр., окропление святой водой, культ креста и мощей в христианстве, изгнание бесов). Что касается т. н. бытовой М., к-рая пользуется популярностью у многих народов (вера в дурной глаз, в талисманы и амулеты, в гадание, в мистич. способности шарлатанов, промышляющих всякого рода оккультизмом, хиромантией, астрологией и т. п.), то она по существу ничем не отличается от санкционированной церковью М., хотя и третируется богословами и духовенством, как "суеверие". Поэтому совершенно ненаучно было бы, как это пытаются делать богословы и нек-рые не освободившиеся от клерикальных влияний исследователи истории религии, отделять М. от религии, даже противопоставлять М, религии, как некую особую первобытную науку, как особое "магическое мышление", как нечто, принципиально отличное от религии. Магич. суеверия - это разновидность религ. суеверий. Борьба с ними является составной частью борьбы с религ. суевериями вообще.

Лит.: Леман А., Иллюстрированная история суеверий и волшебства, пер. с нем., М., 1900; Фрэзер Д., Золотая ветвь, (пер. с англ.), М., 1928; Кагаров Е. Г., К вопросу о классификации народных обрядов, "ДАН СССР", 1928, No 11; Францев Ю. П., У истоков религии и свободомыслия, М.-Л., 1959; Токарев С. A., Сущность и происхождение магии, в кн.: Исследования и материалы по вопросам первобытных религиозных верований, М., 1959; Зыбковец В. Ф., О черной и белой магии, М., 1963; Шаревская Б. И., Старые и новые религии Тропической и Южной Африки, М., 1964.

Б. И. Шаревская. Москва.

• Magia, magica ars,

чародейство. M. и религия имеют одну почву; и та и другая прежде всего основываются на той зависимости, в которой находится человек от окружающей его природы, наполненной неосязательными духами. Если человек успокаивается на этой зависимости от объективных сил, не стараясь противодействовать им, то его чувства носят религиозный характер. Напротив того, при помощи чародейства человек старается сделаться господином этих стесняющих его объективных властей и подчинить себе их силы, а именно сверхъестественным образом, не обращая внимания на естественные средства. Отсюда мы различаем два вида М. — дивинаторскую и оперативную или гадательную и действующую, т. е. мантику и собственно М. в тесном смысле. Посредством мантики (см. Divinatio, Дивинация) человек старается сверхъестественным образом узнать будущее, судьбу и т. п., посредством М., не пользуясь естественными средствами, действует на объективный мир, на природу, богов и людей. М., как и религия, существует издревле; мы находим ее, так же как и религию, у всех народов. В Азии считались великими чародеями индийцы, затем персидские маги, халдеи, египтяне; в позднейшее время были очень распространены чародеи. Малая Азия, особенно Фригия — место культа Кибелы, и Колхида являются как земли чародейства. У греков и римлян М. была в большом ходу, и она сначала, вероятно, не была сюда занесена из чужих стран, но возникла на месте. Уже у Гомера есть достаточно указаний на чародейство: волшебное питье Елены (Ноm. Od. 4, 220), заговаривание раны Одиссея сыновьями Автолика (Ноm. Od. 19, 457), обращение спутников Одиссея и других в свиней, львов и т. п. посредством жезла и питья Кирки, их освобождение от чар посредством травы μω̃λυ (Ноm. Od. 10, 212, 233, 287 слл.), некромантия Одиссея (Ноm. Od. 10, 503 слл. 11, 1 слл.). В этих местах, приведенных нами, мы находим также волшебный язык в его главных формах, именно слова: θέλγειν, φάρμακον, ε̉παοιδή. Β более позднее время М. греков еще более расширилась вследствие азиатского и египетского влияния. Азиатская М. явилась в Греции при посредстве азиатских культов природы, которые или продолжали существовать самостоятельно, или же соединились с такими местными культами, которые, не подвергаясь общему ходу развития религиозных представлений в эллинский период, выродившемуся в отдалении олимпийских богов от природы, оставались в тесной связи с темными началами стихийной жизни. Таким образом, мистерии в честь Диониса, служения подземному миру, фригийские и египетские культы служили удобною почвою для развития чародейства, так что тут все богослужение сводилось к колдовским искупительным и очистительным обрядам. При описании чародейства у древних невозможно провести границу между более ранним и поздним, первобытным и производным, между греческою и римскою М. Начиная с самого магического персонала, мы находим, что он состоит из чародеев-богов, героев и людей. Между богами уже у Гомера является могучею волшебницею Афродита, благодаря ее волшебному поясу, и Гермес, благодаря траве μω̃λυ и волшебному жезлу. По преимуществу же богинею-волшебницею считается Геката, подземная, ночная богиня, мистерии которой творились при громе и молнии и разного рода привидениях. Она сообщала силу чарам, почему и призывалась при приготовлении их. Theocr. 2, 15. Verg. Aen. 4, 511. Рядом с нею стоит Артемида, богиня луны, смешиваемая часто с Гекатою; она учит заклинаниям, наводит сумасшествие, производит чародейственные травы. Главным божеством чародейства была фригийская Мать богов, жрецы которой занимались чародейством и приготовляли яд; фригийские обряды и процессии назывались: γοητει̃αι καὶ μαγει̃αι καὶ περιδρομαὶ καὶ τυμπανισμοὶ καὶ καθαρμοί. К чародеям-героям принадлежал Демон Темесский (Strab. 6, 255. Paus. 6, 6. 7), лакедемонский Астрабак. Hdt. 6, 61 слл. 69. У Гомера к подобного рода волшебным существам принадлежат сирены (Ноm. Od. 12, 39 слл.), Агамеда, дочь Авгейя (Il. 11. 740), Елена и Кирка (Цирцея), которые и впоследствии считались волшебницами (Hdt. 6, 61. Ov. met. 14, 346 слл.), Медея, дочь волшебника Эета (Αι̉ήτης) и Гекаты, от которой она научилась этому искусству. В поэтических сказаниях Медея представляется идеалом всякого чародейства; она правит облаками, потрясает горы и леса, вырывает деревья с корнями, сводит луну с неба и т. п. Из мужских чародеев-героев сюда принадлежат: Персей (Πέρσης), отец Гекаты, Эет, Геракл Дактиль (δάκτυλοι Ίδαι̃οι, жрецы Кибелы), италийские демоны Пик и Фавн, далее кабиры, корибанты, куреты, телхины. К подобным же демоническим существам, но второстепенным, принадлежат: керкопы, Эмпуза, ламии, геллуды (Γελλώ), по верованию лесбосцев — преждевременно умершие девицы, — они убивали детей и съедали их печень; далее стриги (Striges, Στρίγες), птицеподобные волшебные демоны (Ov. am. 1, 12, 20. Ov. met. 7, 269. Hor. epod. 5, 20), которые высасывали у детей кровь и пожирали внутренности, а мужчин лишали силы и т. п. Далее сюда надо причислить являющиеся призраками души умерших, ларвы, которые мучили людей. К людям-чародеям принадлежит Орфей, мифический представитель майи; рядом с ним Пифагор, личность которого окружена множеством сказаний, представляющих его великим магом; сюда относятся его баснословные путешествия, посещение подземного мира, его связь с иудеями, браминами, египтянами, магами и т. п. Подобным же чародеем является Эмпедокл, учеником которого в М. был Горгий Леонтийский, а у позднейших греков — перс Осфан, учеником которого слыл Демокрит. С Орфеем и Пифагором сопоставляются Мелампод (Hdt. 2, 49), Епименид, Мусей (Hdt. 7, 6. Plat. Protag. p. 316), Бакид (Hdt. 8, 96), Абарис (Hdt. 4, 36. Plat. Charm. p. 158). Из целых семейств чародеев называют Ямидов в Олимпии и Клитидов в Трое, сюда же принадлежат сивиллы. К низшему разряду чародеев принадлежат толпы орфеотелестов, агиртов, менагиртов, метрагиртов, которые были нищими и занимались колдовством (φαρμακομάντεις, ι̉ατρομάντεις, α̉πομακταί, καθαρταί, βωμολόχοι); Κ ним же принадлежали старые колдуньи (Главкотея, мать Эсхина), Theocr. 2, 92. Ov. am. 1, 8, 5. Ov. fast. 2, 571. Plat. r. p. 2. p. 364. Dem. pro cor. p. 314. Martial. 11, 85. Sen. de brev. vit. 26; далее множество чародеев, которые были распространены по всей Римской империи под именем магов, вавилонян, халдеев, математиков, жрецов Исиды и которые пользовались дурною славою вследствие их бесчестности, порочности и производимых ими обманов. Между землями, известными чародейством, главное место в мифическое время занимала Колхида, родина целой семьи чародеев, детей Эета, далее Фракия, а позже особенно Фессалия (именно город Гипата). У римлян считались чародеями следующие народы: этруски, сабиняне, марсы (Sabella carmina, Marsa naenia. Hor. epod. 5, 76. 17, 28. Horat. Sat. 1, 8. Verg. Aen. 7, 758. Ov. a. a. 2, 102). Впоследствии выводили всякое чародейство от египтян, ассирийцев, вавилонян, персов, сирийцев. Отдельные явления и средства М. О мантике см. Divinatio, Дивинация; и Chaldaei, Халдеи. Средствами оперативной магии были: магические слова и формулы (ε̉πωδαί, carmina, cantamina, incantationes, preces; ε̉παοιδοί, incantatores, arioli и т. п.); особенно действенными считались древние, варварские слова и заклинания (α̉ραί, dirae, deprecationes, detestations, defixiones). Знамениты были эфесские буквы и формулы (Έφέσια γράμματα), которые были вырезаны на подножке, поясе или венце эфесской Артемиды и которыми, по преданию, воспользовался уже Крез, когда был осужден на сожжение на костре; слова эти были следующие: 'άσκιον или 'άσκι, κατάσκιον или κατάσκι, λίξ или α'ίξ, τέτρας или τέτραξ, δαμναμενεύς, α'ίσια — и значили, говорят: тьма, свет, земля, год, солнце, истинный глас; их носили как амулеты. У римлян славились Sabella carmina, Marsae voces. Волшебные травы (φάρμακα, veneficia); сюда принадлежали: polium или tripolium, moly, verbena, scilla, malva, asphodelus и др. Рlin. 20, 32. 39. 21, 7. 25, 4, 9: вырывать их было трудно и сопряжено с большой опасностью. Ноm. Od. 10, 305, Рlin 30, 2. Волшебные камни, аэролиты или же камни, вырытые из священной земли, имели бόльшую силу, чем травы, но вместе с тем имели только целебное свойство. Далее сюда принадлежат талисманы и амулеты (amuleta, τελέσματα, περιάμματα, περίαπτα); на талисманах написаны были известные знаки; кольца (кольцо Гигеса. Plat, r. p. 2, p. 359), волшебные узлы (καταδέσεις, καταδεσμοί. Plat. legg. 11, p. 933. fila magica. Plin. 28, 12), пояса, венки (Verg. Ecl. 7, 27), музыка, магические числа, части тела животных (гиен, лягушек, человеческие кости. Plin. 28, 8. 10, 49. 28, 2). Влиянию чародейства подчиняется, с одной стороны, природа: оно останавливает звезды, производит затмение солнца, сводит луну с неба, раскалывает землю, задерживает течение рек, потрясает горы и леса. Ov. met. 7, 199 слл. Verg. Aen. 4, 487 слл. Plat. Gorg. p. 513. Hor. epod. 5. 45. Посредством волшебных песен и различных церемоний наводятся и прогоняются тучи и бури, производится засуха, неплодородие, дождь, снег и ясная погода, отводится град и т. п. Можно было перевести рожь с поля соседа на свое поле посредством употребления понтийских зелий или верчения веретена, о чем упоминается уже в законах XII таблиц (еxcantare, pellicere fruges. Plin. 30, 1. 28, 2); превращать воду в вино; оживить статуи богов и другие неодушевленные вещи (метлы, носящие воду, Lucian. Philops., с. 55). укрощали диких зверей (Орфей, Медея. Ov. met. 7, 203; как очарователи змей были известны марсы); исцеляли от укуса ядовитых пресмыкающихся посредством камней, амулетов, заговоров; таким же образом вылечивали домашних животных и т. п. Действия волшебства на человека были очень разнообразны. Чародеи, особенно женщины с двойными зрачками, могли сглазить человека (fascinatio, βασκαίνειν, βασκανία) или обратить его волшебною силою в животное, навести на него болезнь, убить его (убийство Германика. Tac. ann. 2, 69). С другой стороны, подобные бедствия можно было устранять также чародейством и вообще споспешестовать благосостоянию, сообщать силу и неуязвимость, возвращать молодость. Психические болезни, наводимые М., были: сумасшествие, потеря памяти и т. п. От пожаров защищали себя формулою: arse verse; греческие заговоры, волшебные ветви боярышника и лавра, повешенные на воротах, считались целительными; мертвые головы и др. держали в мастерских от дурного глаза. Волшебники открывали двери, насылали и прогоняли домовых. Детей охраняли амулетами. Для того чтобы заставить кого-нибудь полюбить, употребляли заговоры, питья (φίλτρα), вертели на колесе птицу вертошейку (iynx), употребляли волшебные узлы и т. п. Theocr. id. 2. Verg. Ecl. 8. 64 слл. Juv. 6, 609. Horat. Sat. 1, 8. Lucan. 6, 46. Tibull. 1, 2, 8. Ov. her. 6. Ov. am. 1, 8. Prop. 3, 5. Plin. 20, 5. 22, 8. 28, 6. 30, 15. 34, 18. Волшебники летают по воздуху, разъезжая, подобно Абариду, на стреле или на копье, полученном от Аполлона, души их оставляют тела и отправляются в путешествия; они появляются в одно время в разных местах (Пифагор, Аполлоний Тианский). Заклинаниями и жертвами целые народы сдерживались в подчинении; посредством черного астробола, благородного камня, завоевывали города и флотa. Plin. 37, 9. Волшебными песнями, музыкой и очищениями прекращали повальные болезни и моровые язвы; так, в Спарте — гортинец Фалет, в Афинах — Эпименид. Ради гадания вызывали умерших из ада; самый древний пример такой некромантии (νεκυία, νεκυομαντεία, ψυχαγωγει̃ν, ψυχαγωγοί) находится у Гомера. Ноm. Od. 11, 23 слл. Касательно церемоний при заклинаниях мертвых см., кроме того, Horat. Sat. 1, 8, 24 слл. Tibull. 1, 2, 45. Этим занимались Аппий, друг Цицерона, Ватиний, Либон Друз, Нерон, Канидия. Cic. tusс. 1, 16. div. 1, 58. Cic. Vat. 6. Tac. ann. 2, 28. Suet. Nero. 34. Horat. Sat. 1, 8. Заклинания эти производились на известных местах (νεκυομαντει̃ον, ψυχοπομπει̃ον), как, напр., при устье Ахеронта в Феспротии (Hdt. 5, 92), в аркадской Фигалейи при Авернском озере в Нижней Италии. Но, кроме того, некроманты и вызыватели душ составляли свободные артели, подобно другим волшебникам. С некромантией находится в связи заклинание демонов. Если демоны получили власть над человеком, то такие бесноватые (δαιμονιζόμενοι, ε̉νεργούμενοι, δαιμονιόληπτοι) освобождаются от своих мучителей посредством эфесских формул, Соломоновых заклинаний, корней, колец, слюны, ногтей, волос и т. п. Демонов заставляли исполнять разные службы; эта служба злых демонов называлась преимущественно гоетейею (γοητεία) в противоположность θεουργία и τελετη̃. Сюда же относится и заклинание богов, которое сначала свойственно было этрускам и римлянам. Сюда же принадлежит вызов (evocatio) чужих богов, практиковавшийся римлянами, призвание Hумою Юпитера Елиция посредством колдовства. У греков это волшебное воздействие на богов является в орфических мистериях (τελεταί, καθαρμοί, καθάρσεις, λύσεις, α̉ποτροπιασμοί и т. п.), которые связаны с именами Орфея, Мелампода, Мусея, Эмпедокла и др. и преимущественно имели отношение к подземным богам (θεοὶ τρόπαιοι, λύσιοι, καθάρσιοι, φύξιοι, α̉γνι̃ται, α̉ποπομπαι̃οι). Заклинатели старались подчинить их своей воле посредством жертв, молитв, формул, обрядов и угроз; при этом употребляли различные волшебные орудия, критские травы, египетских птиц, иберийские кости, лемносскую землю, коловорот (κώπη) на магических нитях, золотой круг с сапфиром и т. п. Цель заклинаний состояла в излечении болезней, причинении неприятелю вреда, устранении гнева волшебных божеств, искуплении собственных проступков и отпущении грехов умершим, особенно же в получении радости и блаженства после смерти. Кающиеся должны были подвергать себя купанию в море, постам; по целым дням должны были сидеть на земле и лежать на спине. На этих основах возникла теургическая магия новоплатоников, самая высшая степень магии, по учению которой душа, представленная эманациею абсолютного, приходит в мистическое единение с богами при посредстве строгого аскетизма, всевозможных церемоний и различных волшебных орудий и подчиняет богов своему произволу. Таким образом, философ сам делается богом и может производить те же действия, как и боги. Но философы никогда не считали эти свои действия волшебством. У греков волшебство само по себе не было запрещено и не преследовалось государством; напротив, государство даже пользовалось им в отдельных случаях, так, напр., для афинян изречения Мусея и Бакида служили государственным оракулом (Hdt. 7, 6) и Эпименид был призван для очищения и искупления города. Точно так же в Спарту были вызваны фессалийские психагоги с целью примирить призрак Павсания. Если в Афинах судили и приговаривали к смерти волшебников и волшебниц, напр., Феориду и Нину (Νίνος), то не чародейство само по себе, а преступное пользование им было тому причиною. В Риме чародейство никогда не было прямо дозволяемо, но и никогда само по себе не было и запрещаемо. Государство выступало против чародейства и иноземных гаданий только тогда, когда они угрожали опасностью государству и религии или жизни и имуществу граждан. Когда же к концу Республики большая распространенность чужеземных гаданий, казалось, стала приносить ущерб национальным гаданиям авгуров и гаруспиков, то были приняты меры против чужеземных фигляров. Август запретил астрологам заниматься своим промыслом и сжег их книги; еще строже поступал Тиберий, прибегая к казням, ссылкам и конфискации имущества. Tac. ann. 2, 32. Suet. Tib. 36. 63. Следующие императоры относились к халдеям то благосклонно, то неприязненно. Веспасиан, Адриан, М. Антонин сами даже пользовались чужеземными гадателями. Христианские императоры уже самою религией были принуждены выступить против языческих чародейств и гаданий. Хотя Константин относился к ним еще милостиво, но уже преемники его старались применением смертной казни положить конец этому вредному и гнусному занятию. О разных видах суеверия см. Divinatio, Дивинация; ср. Superstitio.

(от греч. mageia - чародейство, волшебство) - англ. magic; нем. Magie. Обряды и ритуальные практики, в основе к-рых лежит вера в возможность воздействия на сверхъестественные силы и убежденность в непосредственной связи ритуалов, обрядов с желаемым результатом. Различают М. позитивную, предписывающую определенные действия, и М. негативную, включающую определенные запреты, табу. см. РЕЛИГИЯ, ФЕТИШИЗМ.

(от греч. mageia - чародейство, волшебство) - англ. magic; нем. Magie. Обряды и ритуальные практики, в основе к-рых лежит вера в возможность воздействия на сверхъестественные силы и убежденность в непосредственной связи ритуалов, обрядов с желаемым результатом. Различают М. позитивную, предписывающую определенные действия, и М. негативную, включающую определенные запреты, табу. См. РЕЛИГИЯ, ФЕТИШИЗМ.