«Протагор»

(Protagóras)

из Абдеры (около 480 — около 410 до н. э.), древнегреческий философ, основатель школы софистов (См. Софисты).Разъезжал по Греции с пропагандой своего учения, много раз бывал в Афинах, одно время был близок к Периклу и Еврипиду, во время олигархического переворота в 411 обвинялся в атеизме: его книга о богах была сожжена в Афинах. Особенно поражало современников П. то, что он устраивал публичные диспуты, брал плату за обучение, ввёл в оборот Софизмы.Трактаты П. до нас не дошли. П. прославился своим тезисом: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». Содержащийся здесь субъективизм понимался П. как вывод из учения Гераклита (вернее, его последователей) о всеобщей текучести вещей: если всё меняется каждое мгновение, то всё существует лишь постольку, поскольку может быть схвачено индивидом в тот или иной момент; обо всём можно сказать как что-то одно, так одновременно и нечто иное, ему противоречащее. Этот релятивизм проводился у П. и в религиозной области: «О богах я не могу знать ни того, что они существуют, ни того, что их нет, ни того, каковы они по виду». По-видимому, П. признавал существование и богов, и мира в целом, но в противоположность древней натурфилософии (См. Натурфилософия) отрицал возможность достоверного познания объективного мира и признавал только текучесть чувственных явлений. В этике и политике П., по-видимому, был не склонен к последовательному проведению своего релятивизма: если мы не знаем истины, то можем знать, что полезно, об этом нам говорят естественное право и государственные законы; так, законодательство необходимо, поскольку в нас с самого начала вложены богами «справедливость» и «стыд», — здесь П. являлся сторонником как бы некоторого прагматизма. Имеются сведения о занятиях П. грамматикой, риторикой и художественным воспитанием.

Фрагменты в рус. пер.: Маковельский А., Софисты, в. 1, Баку, 1940, фрагм. 5—21.

Лит.: Ягодинский И. И., Софист Протагор, Каз., 1906; Чернышев Б., Софисты, М., 1929; Löenen U., Protagoras and the Greek community, Arnst., [1941].

Л. Ф. Лосев.

ПРОТАГОР из Абдер (около 480 - 410 до нашей эры), древнегреческий философ, виднейший из софистов. Утверждал субъективную обусловленность знания, выдвинул тезис: "Человек есть мера всех вещей". В Афинах обвинялся в безбожии.

ПРОТАГОР

(480—410 до н.э.) — древнегреческий философ. П. — известнейший из софистов (называл себя ‘софистом и учителем людей’), один из основателей этой школы. Был близок к окружению Перикла. Сочинения П.: ‘Наука спора’, ‘О первоначальном порядке вещей’, ‘О государстве’, ‘О добродетелях’, ‘О сущем’ и др. В 411 до н.э. был обвинен в атеизме и приговорен к смертной казни, книга ‘О богах’ была сожжена. После помилования изгнан из Афин. П. приписывется авторство фразы: ‘О богах невозможно знать ни того, что они есть, ни того, что их нет, каковы они по виду; а причина тому, неясность вопроса и краткость человеческой жизни’. Главное положение философии П.: ‘Человек есть мера всех вещей — сущих в их бытии и несущих в их небытии’. Невозможна всеобщезначимая истина. Всякое мнение, по П., истинно и всякая истина есть чье-то мнение. Для одного и того же человека никогда одно и то же не бывает истинным раз и навсегда, в различное время, ибо ‘тот же’ человек становится другим человеком. В этом смысле, по мнению П., все относительно. Невозможно противопоставлять ‘человеческое’ (основанное на чувственном опыте) знание ‘божественному’ (проникающему в скрытую сущность явлений). Не существует, согласно П., никакой ‘сущности явлений’, кроме собственно явлений. ‘П.’ — название одного из сочинений Платона, в котором речь идет о поучительности добродетели и ее единстве.

(ок. 485-411 до н.э.), греческий философ, уроженец Абдер во Фракии. Обучая людей искусству убеждающего слова, Протагор, один из первых и наиболее прославленных софистов, брал за это громадные по тем временам суммы. Сообщается, что в 444 до н.э. Протагор составил законы для афинской колонии Фурии и что часть жизни он провел на Сицилии, а часть в Афинах, но путешествовал и по другим городам Греции. В соответствии с некоторыми (не самыми достоверными) источниками, в 411 до н.э. афинянин Пифодор, член Совета четырехсот, привлек Протагора к суду за фразу: "Относительно богов невозможно знать ни того, что они существуют, ни того, что они не существуют. Препятствует этому многое, как неясность предмета, так и краткость человеческой жизни". Эти слова содержались в трактате Протагора О богах, и за них он подвергся осуждению и изгнанию из Афин, сочинения же его были сожжены. Протагор погиб по пути на Сицилию в результате кораблекрушения. Сообщается, что он написал несколько сочинений, но ни одно из них не уцелело, и его учение восстанавливается главным образом по сообщениям Платона (у которого имеется названный именем Протагора диалог) и Диогена Лаэртия. Протагор утверждал, что объективной истины не существует, а есть лишь субъективное мнение. Эта концепция выражена в знаменитом приписываемом ему афоризме: "Человек есть мера всех вещей". Протагор полагался не на науку, а скорее на здравый смысл, а практический политический и социальный опыт человечества противопоставлял учениям теоретиков. Протагор был также первым систематизатором грамматики, он внес некоторую ясность в разделение существительных на три рода, а также в вопрос о временах и наклонениях глагола.

ПРОТАГОР

(Protagoras) из Абдеры (ок. 490 — ок. 420 до н.э.) — др.-греч. философ, виднейший софист старшего поколения. Неоднократно посещал Афины, был другом Периоа и написал по его поручению проект государственного устройства общеэллинской колонии Фурии. Согласно антич. биографической традиции, погиб при кораблекрушении, спасаясь бегством от обвинения в нечестии, выдвинутого против него в Афинах. Соч. П. «Истина» начиналось словами: «Мера всех вещей — человек, существующих, что они существуют, а несуществующих, что они не существуют». Под «человеком» здесь подразумевался индивид и тем самым провозглашалась относительность любого знания, любых ценностей, законов и обычаев. Полемизировал с математиками из-за того, что они оперируют абстракциями и вступают в противоречие с чувственным опытом. Писал и против «отстаивающих единство сущего», т.е. против элеатов. В преподавании большое внимание уделял правильности употребления слов. В соч. «О первоначальном состоянии» конструировал схему постепенного формирования цивилизации, повлиявшую на развитие европейской общественной мысли. Черты этой схемы различимы и в платоновском мифе, вложенном им в уста П. Соч. «О богах» начиналось словами: «О богах я не могу знать, есть ли они, нет ли их, потому что слишком многое препятствует такому знанию, — и вопрос темен, и людская жизнь коротка».

ПРОТАГОР (480-410 до н.э.) - древнегреческий философ. П. - известнейший из софистов (называл себя «софистом и учителем людей»), один из основателей этой школы. Был близок к окружению Перикла. Сочинения П.: «Наука спора», «О первоначальном порядке вещей», «О государстве», «О добродетелях», «О сущем» и др. В 411 до н.э. был обвинен в атеизме и приговорен к смертной казни, книга «О богах» была сожжена. После помилования изгнан из Афин. П. при-писывется авторство фразы: «О богах невозможно знать ни того, что они есть, ни того, что их нет, каковы они по виду; а причина тому: неясность вопроса и краткость человеческой жизни». Главное положение философии П.: «Человек есть мера всех вещей - сущих в их бытии и несущих в их небытии». Невозможна всеобщезначимая истина. Всякое мнение, по П., истинно и всякая истина есть чье-то мнение. Для одного и того же человека никогда одно и то же не бывает истинным раз и навсегда, в различное время, ибо «тот же» человек становится другим человеком. В этом смысле, по мнению П., все относительно. Невозможно противопоставлять «человеческое» (основанное на чувственном опыте) знание «божественному» (проникающему в скрытую сущность явлений). Не существует, согласно П., никакой «сущности явлений», кроме собственно явлений. «П.» - название одного из сочинений Платона, в котором речь идет о поучительности добродетели и ее единстве.

Протаго́р

из Абдер (около 480 — 410 до н. э.), древнегреческий философ, виднейший из софистов. 40 лет вёл жизнь странствующего «учителя мудрости», долго жил в Афинах, был близок к кругу Перикла, в 441 изгнан из Афин по обвинению в «нечестии». Утверждал субъективную обусловленность знания и выдвинул тезис: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, а несуществующих, что они не существуют».

* * *

ПРОТАГО́Р из Абдер(см. АБДЕРЫ) (ок. 480 — ок. 410 до н. э.), древнегреческий философ, виднейший из софистов. Утверждал субъективную обусловленность знания и выдвинул тезис: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, а несуществующих, что они не существуют». В Афинах Протагор обвинялся в атеизме.

Протагор

(480—410 гг. до н.э.) философ, основатель научной грамматики, один из первых софистов, из Абдер (Фракия)Человек есть мера всем вещам — существованию существующих и несуществованию несуществующих.О богах я не могу знать, есть ли они, нет ли их, потому что слишком многое препятствует такому знанию, — и вопрос темен, и людская жизнь коротка.О всяком предмете можно сказать двояко и противоположным образом.Теория без практики (упражнения) и практика без теории есть ничто.Однажды он (Протагор) требовал платы со своего ученика Еватла, а тот ответил: «Но я ведь еще не выиграл дела в суде!» Протагор сказал: «Если мы подадим в суд и дело выиграю я, то ты заплатишь, потому что выиграл я; если выиграешь ты, то заплатишь, потому что выиграл ты (как мой ученик).Упражнение дает больше, чем хорошее природное дарование.Нет ни искусства без упражнения, ни упражнения без искусства.

• Protagŏras,

Πρωταγόρας, один из известнейших греческих софистов, родился в Абдере. Его жизнь относится ко времени 480-410 гг. до Р. X., так что он был несколько старше Горгия и Продика. О его образовании и учении сохранились лишь немногие известия. Рассказ, будто учителем его был Демокрит, кажется вымыслом или смешением имен, потому что П. был старше Демокрита на 20 лет. Верно лишь то, что П. изучал и хорошо знал древнейших ионических философов, Гераклита и элейскую школу (элеатиков). Прежде чем он исключительно посвятил себя философии, он занимался грамматикой и риторикой (ο̉ρθοέπεια, Plat. Phaedr. 267 С.); впоследствии его познания охватывали все области человеческого знания, и, таким образом, он был одним из самых ученых софистов. Он сам впервые назвал себя софистом и брал за курс учения 100 мин. При Перикле он пользовался высоким уважением, благодаря которому он в 443 г. вместе с другими афинскими колонистами был послан в Фурии, чтобы посмотреть законы этого города и применить к тогдашним обстоятельствам. Из его учения сохранены Платоном и другими и сделались известными нам многие положения. Т. к. он учил, что все существует, что и как кажется всякому человеку; он брался также научить искусству слабое и дурное делать крепким и лучшим (τòν 'ήττω λόγον κρείττω ποιει̃ν, делать «черное белым»). Сюда же принадлежат введенные им в употребление λόγοι ε̉ριστικοί по его положению δύο λόγους ει̃́ναι περὶ παντός πράγματος α̉ντικειμένουσ α̉λλήλοις, его τέχνη ε̉ριστικω̃ν и θέσεις. В сочинении περὶ θεω̃ν он утверждал, что не знает, есть ли боги или нет, и каковы они. Поэтому он в Афинах считался атеистом и изгнан был из города, а сочинения его публично сожжены. Он бежал на небольшом судне, но на пути, по сказанию, погиб в волнах. О его loci communes ср. Cic. Brut. 12, 45; о продолжениях его учения см. особенно «Протагора» Платона, кроме того, Plat. Theaet., p. 156. 152. 160. Cic. acad. 2, 46, 142, n. d. 1, 2, 12. 29. Исследования Geist'a (1827), Vitring'a (1852) и др.

Протагор, Protagoras, из Абдеры, ок. 490-ок. 420 гг. до н. э., греческий писатель. Один из первых и наиболее выдающихся софистов. Основоположник софистического образа жизни (путешествия с лекциями, преподавание за высокие гонорары, пребывание в домах богатых людей, интересующихся культурой). По преданию, воспитанник персидских магов. Позднее была сложена легенда, согласно которой П. сначала был грузчиком, а затем стал учеником Демокрита. Вероятно, П. несколько раз был в Афинах. Во время первого пребывания он подружился с Периклом, который доверил ему составление устава для панэллинской колонии Фурии в Южной Италии (444-443 гг. до н. э.). Впоследствии он работал на Сицилии (возможно, контактировал с риторической школой Коракса и Тейсия). Повторяемая многими древними авторами история о выдвижении против П. обвинения в безбожии, его изгнании (или бегстве) из Афин и смерти при кораблекрушении не достоверна. — Невозможно установить число работ П., поскольку древние цитировали отдельные положения, не отмечая, были ли они включены в более крупное произведение. Само это произведение могло иметь несколько вариантов названия, ибо в эпоху П. начинает появляться традиция давать длинные названия прозаическим произведениям. Среди подлинных сочинений П. (ни одно не сохранилось) следует назвать Истина, или Опровергающие речи (Aletheia e Kataballontes) — произведение, о котором нам больше всего известно. От него сохранилась различным образом интерпретируемая первая фраза: «Человек есть мера всех вещей, существующих и несуществующих». Суждения разных людей могут быть одинаково справедливы, хотя одно из них по каким-либо причинам является более верным (например, суждение здорового более правильно, чем суждение больного). Контроверсии (Antilogiai), произведение, в котором П. доказывал, что «о каждой вещи существует два противоречащих друг другу суждения», и никакие опровержения вообще невозможны. Верное представление о Контроверсиях дает сохранившееся сочинение Двойные речи (Dissoi logoi) неизвестного софиста конца V в. до н. э., восходящее к произведениям П. (например, болезнь есть зло для больного, но благо для врача). О богах (Peri theon) — первое греческое сочинение с подобным названием. Знаменитое первое предложение, которое ставит под сомнение возможность объективного познания божества: «О богах невозможно сказать ни что они существуют, ни что их не существует; ибо на пути к получению такого знания слишком много препятствий, главные из которых невозможность познания этого предмета посредством разума и краткость человеческой жизни» — выдвигалось в качестве причины вышеупомянутого обвинения в безбожии и сожжения произведения. Вероятно, в последующей части работы П. трактовал богов как объект человеческих верований и утверждал, что религия связана прежде всего с самим существованием людей. Сочинение О бытии (Peri tu ontos) заключало в себе полемику с учением элеатов (см. Парменид). Это произведение, по-видимому, читал неоплатоник Порфирий. Платон в своем диалоге Протагор вкладывает в уста главного героя известный миф о происхождении человека и человеческой культуры. Спорным вопросом является, были ли это подлинные взгляды П. П. провозглашал релятивизм и сенсуализм, а его ученик Ксениад из Коринфа, опираясь на крайние выводы П., сделал заключение о невозможности познания. П. заложил основы научной грамматики через различение видов предложений, родов существительного и прилагательного, времен и наклонений глаголов. Он занимался также проблемами правильной речи. П. пользовался большим авторитетом у потомков. Он оказал влияние на Демокрита, Платона, Антисфена, Еврипида (другом которого был), Геродота и, вероятно, на скептиков. П. является главным героем диалога Платона и одного из произведений Гераклида Понтийского.

«ПРОТАГОР» (Πρωταγόρας ἢ Σοφισταί, подзаголовок «Софисты»), диалог Платона, относящийся к ранней группе. Назван по имени софиста Протагора из Абдер. В беседе с Сократом участвуют также софисты Гиппий из Элиды и Продик Кеосский. Диалог посвящен изобличению утверждения Протагора о том, что он может «учить добродетели» (317Ь; 318а; 328а). Сократ показывает что П. не знает, что такое добродетель, а следовательно, не может ей учить (ср. «Горгий» 465а). Диалог выдержан в форме традиционного софистического приема - «пробы» (греч. πεῖρα), которую испытующий берет с испытуемого. Испытуемый должен продемонстрировать, насколько он искусен в рассуждениях, а испытующий может при этом высказывать любые тезисы, которые вовсе не обязательно совпадают с его точкой зрения на предмет. Последнее определяет характер рассуждений Сократа в диалоге: его аргументы нацелены главным образом на опровержение собеседника и лишь в сильном преломлении отражают то, что можно назвать платонической теорией добродетели.

Диалог состоит из Вступления (309а-315а) и трех сменяющих друг друга «проб»: I. Сократ испытывает Протагора (319а-334с); И. Протагор испытывает Сократа (338с-348е); III. Сократ испытывает Протагора и других софистов (349а-362а).

I. Сократ испытывает Протагора (319а—334с). Первая «проба» показывает, 1) что Протагор придерживается обывательских мнений о добродетели и 2) что эти мнения неверны, ибо Сократ, разбирая их, заставляет П. противоречить самому себе (что в софистической практике служит знаком ложности отстаиваемой теории). Так, П. считает, что различные части добродетели не подобны между собой и что человеку возможно быть причастным одной из них, не будучи причастным другим (329с-ЗЗЗЬ) (согласно платоновскому Сократу, добродетель едина и невозможно обладать лишь одной ее частью, не обладая и всеми другими, - ср. ЗЗОе). В ответ на это Сократ последовательно приводит П. к признанию тождества справедливости и благочестия, с одной стороны, а также мудрости и здравомыслия, с другой. Желая показать, что и справедливость с мудростью не различные вещи, Сократ предлагает рассмотреть (разделяемый Протагором) тезис, что «творящий неправду, поступая так, поступает согласно рассудку» (333с). Опровергая этот тезис, Сократ подводит Протагора к мысли об объективном благе, существование которого как раз и отказывался признавать исторический Протагор, наставая на том, что все в мире относительно и «человек - мера всех вещей». Платон подчеркивает раздражение П., который, избегая нового противоречия с самим собой, прибегает к своему тезису об относительности.

П. Протагор испытывает Сократа (338с-348е). Вызванный Протагором, Сократ демонстрирует свое умение рассуждать о поэзии. Он разрешает смысловую несогласованность в тексте Симонида, показывая свое владение всем антуражем софистических приемов интерпретации текста. Победоносно завершив испытание и язвительно заметив, что рассуждения о поэзии хороши, когда надо скрыть недостаток собственных мыслей, он предлагает вернуться к прерванному разговору о добродетели.

III. Сократ испытывает Протагора и других софистов (349а-362а). Цель третьей «пробы» - показать, 1) что все софисты имеют о добродетели то же представление, что и толпа, и поэтому ничему не могут учить; 2) что их мысль содержит внутреннее противоречие. Сократ демонстрирует, что признавая самой лучшей вещью знание, все софисты на самом деле считают благом удовольствие. Он демонстрирует им абсурдность выводов, к которым приводит эта посылка, но не может заставить их переосмыслить ее (345е-355а; 358а; 360а). В то же время он показывает, что даже «правильный» с точки зрения удовольствия поступок зависит от знания, которым является «искусство мерить удовольствие и страдание» (356-357Ь).

Возвращаясь к начатому в первой части диалога разговору, Сократ доказывает, что мужество тождественно прочим частям добродетели, будучи «мудростью в том, что страшно и не страшно». Это доказательство основано на ряде, в т. ч. некорректных, посылок, опровергнуть которые его собеседники, со своей стороны, не в состоянии (ср. «Лахет» 197е-199е). Т. обр., Сократ достигает сразу двух целей: показывает единство добродетели и неспособность софистов к логическому мышлению.

Рус. пер. В. Н. Карпова (1863), А. Добиаша (1890), Вл. Соловьева (1903).

Текст: Platonis Protagoras, - Piatonis opera. Ed. J. Burnet. Vol. 3. Oxf., 1903 (repr. 1968); переводы и комм.: на англ.: Plato's Protagoras. Tr. by Jowett, rev. M. Ostwald, introd. G. Vlastos, Indnp.; N. Y., 1956; Guthrie W. К. C. (ed.). Plato, Protagoras and Meno. Harmondsworth, 1956; Plato. Protagoras. Tr. and comm. by С. С W. Taylor. Oxf., 1976; на нем.: Platon. Protagoras. Hrsg. u. erklart von W. Nestle, mit Erg. von H. Hofmann. Stuttg., 19788; Piaton. Die grossen Dialoge. Ubertr. von R. Rufener. Einf., Erl. und Literaturhinweise von Th. A. Szlezak. Münch.; Z., 1991; Piaton. Protagoras. Eingel., ubers. und erl. v. B. Manuwald. Gott., 2006; на франц.: Platon. Protagoras. Près, et trad, par F. Ildefonse. P., 1997 (с обширн. библ.); на рус: Платон. Протагор. Пер. Вл. С. Соловьева, комм. А. Ф. Лосева, А. А. Тахо-Годи, - Платон. Собрание соч.: В 4 т. Т. 1. М., 1990, с. 418^76, 781-796.

Лит.: Bodin L. Lire le Protagoras: introduction a la méthode dialectique de Protagoras. P., 1975; Goldberg L. A commentary on Plato's Protagoras. N. Y., 1983; Stokes M. C. Plato's Socratic conversations: drama and dialectic in three dialogues. L., 1986; Plato's Protagoras. Proceedings of the third Symposium Platonicum Pragense. Ed. by A. Havlicek. Prague, 2003; Трубецкой С. «Протагор» Платона в связи с развитием его нравственной мысли, -ВопрФП 58, 1901, с. 207-228; Соловьев Вл. С. «Протагор» Платона в связи с развитием его нравственного учения, - Творения Платона. Т. И. М., 1903, с. 374-395. См. также общ. лит. к ст. Платон.

Е. Д. МАТУСОВА

ПРОТАГОР (Προταγόρας) из Абдер (ок. 485-415 до н. э.), основоположник движения софистов, ритор, философ, политический деятель.

Жизнь. Род. в г. Абдеры во Фракии. Известный в изложении Диогена Лаэртия рассказ о том, что П. в молодости был носильщиком (хвороста или корзин) и затем, придумав хитроумное устройство для переноски грузов, попал, уже немолодым человеком, в ученики и секретари к Демокриту, недостоверен (Heinimann 1976, S. 143; само изобретение П., возможно, исторично, ср. D. L. IX 53 = Arist. fr. 63 Rose) и восходит к Эпикуру (DK68 А 9, DK80 В 3; D. L. IX 53, ср. IX 50), который, по-видимому, таким образом пытался обвинить П. в плагиате у Демокрита. Бесспорно, напротив, что Демокрит писал против П. (68 В 156, 80 А 15).

П., по возрасту старший из софистов, начал свою преподавательскую деятельность в нач. 450-х. Он неоднократно посещал Афины (Plat. Prot. 310e; 80 Al 1). Ему было поручено составление законов для Фурий (D. L. IX 50) - общегреческой колонии, выведенной в Южн. Италию в 443, по инициативе Перикла, что показывает значительный авторитет П. и близость к афинскому правительству (см. также А 10); о его популярности в Афинах позволяет судить начало платоновского «Протагора», действие которого приурочено примерно к 432. П. принадлежит описание мужественного поведения Перикла во время эпидемии 430-429 в Афинах (В 9, единственный сохранившийся образец стиля П.). Нападки на П. содержатся в афинских комедиях, поставленных в 423 и 421 (А 11).

Ок. 415 П. был обвинен в нечестии за утверждение, что он не может ни утверждать, ни отрицать существование богов; согласно одной версии, вряд ли достоверной, он утонул на пути из Афин (возможно, П. сам покинул Афины до начала процесса: D. L. IX 54; А 12; суровость преследования, очевидно, была спровоцирована публичным чтением сочинения «О богах», см. также А 11). Достоверность рассказа о том, что его книги были сожжены по распоряжению властей (D. L. IX 52 = А 1, ср. А 3, 4, 23), невелика - это акция, не имеющая аналогий в Греции классической эпохи (Müller, 1976).

Сочинения. Фрагменты из произведений П. и свидетельства о его учении немногочисленны и лишь в отдельных случаях могут быть отнесены к известным названиям его сочинений (их список см.: D. L. IX 52; с учетом других источников этот список может быть дополнен). Онтологическая и эпистемологическая проблематика трактовалась в соч. «Истина» (другое название - Καταβάλλοντες [sc. λόγοι], «Повергающие наземь доводы»), в начале которого приводилось знаменитое положение «человек - мера вещей». Сочинение «О сущем» было направлено против элеатов (В 2); «Антилогии», судя по враждебной Платону традиции (В 3), согласно которой это сочинение предвосхищало положения платоновского «Государства», было посвящено этико-политическим вопросам (возможно, на то же сочинение П. указывает название «О государстве»); «О борьбе» содержало приемы аргументации против представителей различных искусств (В 8), «О математических науках» — критические высказывания об основоположениях этих областей знания (В 7). Положение о невозможности отрицать или утверждать существование богов стояло в начале сочинения «О богах» (В 4). Содержание сочинений «О добродетелях» и «О первоначальном состоянии», вероятно, отразилось в платоновском «Протагоре».

Источники. Восполнением немногочисленных сохранившихся свидетельств об учении П. служат рассуждения, которые произносит П. как персонаж платоновских диалогов «Протагор» и «Теэтет». В первом из них Сократ демонстрирует П., претендующему на воспитание будущих правителей государства, его беспомощность в определении того, что есть добродетель, которую он намерен преподавать. Во втором релятивистский принцип П. «человек - мера» (лат. homo mensura), сенсуализм и гераклитовское учение рассматриваются как взаимно предполагающие друг друга и опровергаются в качестве наиболее серьезной угрозы для основных принципов платоновской философии. Рассуждения П. в платоновских диалогах, без которых невозможно исследование взглядов исторического П., требуют критического подхода в плане их достоверности. Несомненно, Платон представлял воззрения своего оппонента более последовательными, чем они были на самом деле, а также извлекал из его положений следствия, которые еще не были ясны при жизни П. Достоверность протагоровского «мифа» о происхождении добродетелей (Prot. 320с - 323а = 80 С 1) в целом весьма высока (Müller 1976, S. 312-340; Manuwald 1996, S. 102-131), еще меньше оснований сомневаться в историчности примыкающего к нему рассуждения о роли различных видов обучения в формировании добродетели (Prot. 323а - 328d); в «Теэтете» непосредственное истолкование положения homo mensura (152a-c) несомненно близко к подлинному учению П., напротив, «тайное учение» (Theaet. 152c-e), согласно которому П. оказывается сторонником положения о текучести материи, фиктивно и представляет собой лишь попытку извлечь из взглядов П. их онтологические следствия, важные для Платона (к этому месту Платона восходит и сходное учение, которое приписывает П. Секст Эмпирик: Pyrrh. I, 216-219 = А 14). Достоверность т. н. «защиты» П. (Theaet. 165е - 168с) остается спорной (Burnyeat 1990, р. 22 прим. 30; Kerferd 1981, р. 104).

Аристотель несомненно обращался к произведениями П., чьи воззрения он критикует в ряде случаев. Интерес к П. сохранялся в эпоху эллинизма и Римской империи, но упоминания его философских воззрений (в основном положение «человек - мера» и сомнение в существовании богов) показывают поверхностное знакомство с ними, даже у Секста Эмпирика, хотя, как видно из замечания Порфирия (80 В 2), какие-то из сочинений П. были еще доступны в 3 в. н. э. Рассуждение П. в «Комментарии на Псалмы» Дидима Слепого (4 в. н. э., папирус из Туры в Египте, впервые опубликованный в 1966) восходит к доксографическому компендию скептического направления (Kerferd 1981, 35).

Учение. О характере и целях преподавания П. дает представление его речь в платоновском «Протагоре»: он обещает научить управлению домашними делами и помочь достижению первенства в политической жизни «в речах и делах», противопоставляя его как узкопрофессиональному образованию, так и дисциплинам «квадривия», которые преподавал Гиппий (Plat. Prot. 318е-319а, ср. Resp. 600de). Согласно Платону (Prot. 349а), П. первым стал называть себя «софистом» в качестве преподавателя «добродетели» и общеобразовательных дисциплин и брать деньги за обучение. Хотя его обучение было нацелено на то, что полезно для политической деятельности и организующей осью его служила риторика, круг преподаваемых предметов оказывается весьма широким: словесность (грамматика, толкование поэтических произведений), навыки логической аргументации, сведения о праве и государственных институтах, философские вопросы. Интеллектуальное и нравственное воспитание в известной степени отождествляются: обучение у П. изображается как последний этап воспитания «политической добродетели», начатого с раннего детства самим афинским укладом жизни, школой и государственными институтами (Prot. 324c-328c). Очевидно, что моральные стандарты носителя «политической добродетели» в протагоровском смысле не расходятся с принятыми в обществе и вместе с тем что в своих высших проявлениях она мыслится как интеллектуальное совершенство, достижимое лишь для тех, кто прошел школу софиста. Другие высказывания, подчеркивающие роль природных задатков, необходимость занятий смолоду, роль привычки и упражнения (В 3, ср.: Plat. Prot. 323cd), трудности учения (В 10-12), дополняя платоновское свидетельство, показывают П. как первого теоретика педагогики.

Человек - мера вещей. Философски наиболее значительным является положение П.: «Человек есть мера всех вещей (πάντων χρημάτων μέτρον): существующих - что они есть, несуществующих, что их нет. Каковым мне представляется нечто, таково оно для меня. Каковым оно представляется тебе, таково для тебя» (Plat. Theaet. 152а, ср. более кратко: Crat. 385ef; ср.: А 14). Пояснением служит пример с ветром (Theaet. 152b, вероятно, восходящий к самому П.), из которого следует, что ветер сам по себе не является ни холодным, ни не холодным, но холоден для мерзнущего и не таков для того, кто не мерзнет. Т. обр., согласно П., 1) объект обладает теми или иными свойствами не сам по себе, но всегда только относительно того или иного субъекта; 2) суждения субъекта о предмете, основанные на представлении о нем, не могут быть опровергнуты, они всегда истинны для данного субъ-кта. Под «человеком», чьи представления являются мерилом, т. е. критерием существования, П. понимал не человека как такового (родовое понятие), но индивидуального субъекта (GUTHRIE 1969, р. 188-189, Kerferd 1981, р. 88, ср.: Huss 1996). Компромиссное предположение, что П. ссылается на конфликт отдельных представлений о предмете только для того, чтобы доказать истинность обыденных суждений о мире людей в целом, в противоположность досократикам, противопоставлявшим истинность своих положений заблуждениям обычных людей (Kapp 1936, S. 70-73; см. также: Fritz К. von. 1971, S. 67-71; 1957, S. 908-921), опирается в первую очередь на замечание, что П. мог бы поставить на место человека в своем утверждении свинью или обезьяну (Plat. Theaet. 161с). Оно, однако, лишь подразумевает, что П. игнорирует различия в степени разумности и обоснованности конфликтующих суждений (ср. Plat. Crat. 386с). В целом же, согласно Платону и последующей традиции, П. ставил своей целью доказать отсутствие объективных критериев истинности суждения отдельных субъектов. В то же время П., если верить Платону, распространял свое положение и на коллективных субъектов: законы, принимаемые гражданским коллективом, истинны для этого сообщества, пока не будут отменены (Theaet. 166с).

Как видно из примера в «Теэтете» (152Ь), «вещи» (χρήματα) у П. это свойства предметов, а их «существование» - наличие или отсутствие этих свойств в данный момент, удостоверяемое безошибочными (для самого субъекта) непосредственными представлениями. Вывод о равной истинности подобных суждений П. распространил по аналогии на суждения, не основанные непосредственно на чувственном восприятии, а также на суждения о существовании онтологического порядка. В дальнейшем рассуждении в «Теэтете» принцип «человек - мера» распространяется на знания, которые ученик получает у софиста, и на суждения о справедливом и несправедливом (Theaet. 167ab).

Другие свидетельства показывают, что аргументация П. против положений философского, научного знания и традиционных представлений сводятся к указанию на их противоречие данным непосредственного чувственного опыта. П. полемизировал против элеатов, в частности, выдвигая против парадокса Зенона Элейского доводы, основанные на устранении явлений, находящихся за пределами чувств (DK29 А 29). Сохранился аргумент П. против геометров, из сочинения, в котором приводились образцы доказательств против основных положений различных областей знания (DK80 В 8), состоит в том, что поскольку на практике круг не касается линейки только в одной точке, то не существует таких прямых и окружностей, существование которых предполагает геометрия (В 7). Возможно, П. отрицал истинность и других положений теоретической математики (Лурье 1947, с. 123). В сочинении «О богах» П. писал, что не знает, существуют боги или нет и как они выглядят, ссылаясь на «неочевидность» богов для восприятия и на краткость человеческой жизни (В 4, ср. А 12), снова делая безошибочность чувственного опыта критерием надежности суждения. Личная форма этого утверждения, однако, показывает, что П. готов признать веру других, основанную на надежных для них представлениях. В позднейшей традиции позиция П. нередко истолковывалась как завуалированный атеизм (А 12,23).

Согласно позиции П. в «Теэтете», конфликтующие представления о предмете нескольких субъектов истинны для каждого из них (что соответствует релятивизму в современном понимании: нет критериев для выбора между противоположными суждениями). В послеплатоновских свидетельствах, однако, тезис П. часто передается без оговорки об истинности представлений для самого субъекта, в форме утверждения, что каждое из конфликтующих представлений истинно безусловно. На этом основывается демокритовское и платоновское опровержение релятивизма П. (т. н. περιτροπή 80 А 15). Аристотель (Met. Ill, 4-6) рассматривает положение П. в подобной трактовке как нарушающее закон противоречия (Burnyeat 1976 (1), р. 45-46). Возможно, П. не сознавал различий между двумя этими позициями, которое в действительности трудно провести, когда суждения субъекта выходят за рамки элементарных ощущений и относятся к тому, что касается и других людей. Релятивистская констатация множественности равноправных истин была для П. не самоцелью, но способом ограничения претензий на общезначимость определенных положений теоретического знания (метафизика, математика) и традиционных представлений (вера в существование богов), что придавало его тезису сверхсубъективный характер.

Полагая «истинными» для каждого, т. е. не подлежащими опровержению, любые суждения, в т. ч. вступающие в конфликт с суждениями других, П. вводит практический критерий для различения субъективных представлений - они могут быть лучшими и худшими для самого субъекта, и понятие экспертизы специалиста: если больному еда кажется горькой, а здоровому та же еда - не горькой, врач постарается не переубедить, но вылечить больного, так что его ощущения от еды изменятся и станут «лучшими» (Theaet. 166e-167a). Сходный критерий П. применяет и к более широкому кругу представлений: профессия софиста, в частности, состоит в том, что он изменяет худшее состояние своих воспитанников при помощи своих занятий на лучшие и, соответственно, их представления, а искусный оратор делает так, что гражданскому сообществу представляются справедливыми те законы, которые полезнее для сообщества, при том что принятые законы равно справедливы для данного сообщества, пока они не отменены. Принятие и отмена закона основываются в конечном счете на представлении о его справедливости и несправедливости столь же непосредственном, как ощущения тепла и холода или горечи и сладости. Специалист не располагает неоспоримым, общезначимым знанием о самом предмете, но обладает умением воздействовать на подопечного в более полезном для того, как представляется специалисту, направлении. Трудно сказать, в какой мере это понимание, соответствующее общему взгляду Платона на характер софистического образования, соответствует взглядам исторического П.

Т. обр., П., считая равно произвольными любые положения, не имеющие непосредственной опоры в опыте, признает существование эффективного знания в практической сфере, способного различать полезное и вредное и изменять состояния людей (медицина, юриспруденция, политика и т. п.). П. в изображении Платона исходит из того, что специалист будет руководствоваться благом своих подопечных, однако не обладает точным знанием этого блага, сводя знание к субъективным представлениям.

Философское и научное значение принципа homo mensura состоит в открытии принципа неограниченной релятивности (до этого в греческой философской литературе встречались лишь утверждения об относительном характере тех или иных верований, представлений или о релятивности представлений человека в родовом смысле в противоположность представлениям других живых существ). Хотя непосредственно тезис П. был направлен против учений досократиков, в первую очередь Парменида, исходивших из того, что их истины имеют общезначимый характер, он способствовал пониманию относительности чувственно воспринимаемых свойств предметов в целом и постановке вопроса об их отношении к тому, что существует безусловно и объективно. До Протагора такие свойства, как цвет, запах и т. д., рассматривались или как принадлежащие самим первоначалам (Гераклит, Анаксагор, Эмпедокл), или как нечто представляющее собой лишь обман чувств (Парменид). Демокрит, приняв тезис, впервые сформулированный П., о «конфликте» восприятий одной и той же конкретной вещи от вида к виду, от субъекта к субъкту, у одного и того же субъекта в зависимости от его состояний, пришел к выводу, что все чувственно воспринимаемые свойства не принадлежат самим объектам (DK68 А 112). Однако Демокрит, который детально оспаривал релятивизм П. (68 В 156; 80 А 11), противопоставил релятивистской констатации этой вариативности ее объяснение, основанное на атомистической физике: вариативность в восприятии является следствием изменчивости и объекта, и субъекта, и самой среды (68 В 9), указав, т. обр., на возможность объективного описания лежащих в основе восприятия процессов.

Риторика. Традиция приписывает П. различные новшества в преподавании риторики и приемов ведения спора (эристика), утверждение, что о любой вещи могут быть высказаны два противоположных утверждения, практику упражнений в аргументации против любых выдвинутых положений, технику опровержения путем подведения противника к противоречию при помощи цепочки вопросов, что формально напоминает сократовский метод (80 AI §51; 53). Подобная тренировка для дискуссий - теоретических, судебных и политических, - сама по себе не связанная с релятивизмом и имевшая сугубо формальный характер, была истолкована как выражение беспринципности. Обещание П. научить учеников сделать более слабый довод более сильным изображается в «Облаках» Аристофана как рекомендация превзойти противника в обмане (Nub. 111-114 = DK80 С 2). Аристотель, соглашаясь с порицаниями этого положения П., относит стоящую за ним практику к типичным для софистической риторики попыткам выдать правдоподобное при определенных обстоятельствах за безусловно правдоподобное (А 21).

Теория языка. П. был основоположником систематического изучения греческого языка, впоследствии продолженного другими софистами. Он ввел разделение высказываний на четыре класса: вопрос, ответ, просьба, приказ (80 AI), три рода существительных (мужской, женский и род неодушевленных предметов, А 27), с той и другой классификацией связаны критические замечания по поводу употребления наклонений (неправильности у Гомера, А 28) и соответствия окончания слова его родовой принадлежности (С 3). Усилия П. были направлены на обучение правильному словоупотреблению (Plat. Prot. 339а), но не на реформу языка в целом.

Этико-политические воззрения. В диалоге «Протагор» в ответ на вопрос Сократа, можно ли научиться добродетели, П. дает ответ в форме сказания (мифа): человек является творением Прометея, наделившего свое создание «техническими» способностями, похищенными с Олимпа, благодаря которым человеческий род, родственный в силу этого богам, сумел быстро создать искусства и ремесла, язык и религию. Однако страдая от нападений зверей и испытывая в силу этого потребность в создании сообщества, люди, не получив в дар от Прометея при творении «политической добродетели», не могли ужиться вместе. Зевс, сжалившись над людьми, распределяет между ними это свойство.

Нередко высказывались сомнения в том, что эта притча отражает взгляды исторического П., прежде всего из-за ее кажущегося противоречия религиозному агностицизму П., однако участие богов может подразумевать, что люди гипостазировали в образе богов свои собственные свойства (Müller 1976, S. 313-318), или же быть истолковано в агностическом духе - как признание того, что в цивилизации присутствуют элементы, которые не поддаются рациональному объяснению и которые могут быть поэтому, в согласии с традицией, отнесены на счет участия богов в судьбах человечества. Достижения «технического» характера являются, по П., делом одаренных в том или ином отношении индивидов, тогда как основы социальной жизни покоятся на предрасположенности к ней всех или, по крайней мере, большинства людей (322с). В то же время «политическая добродетель» не врож-дена, но является предметом воспитания, в котором так или иначе участвует все общество (325а-326е). Позднейшее наделение людей способностью к общественной жизни не только демонстрирует необходимость подобных свойств даже при наличии технических навыков, но и указывает, что способность жить в обществе возникла лишь постепенно, на определенной стадии развития (ею не обладают некоторые народы, см. 327d). «Миф» и следующее за ним «рассуждение», следовательно, не взаимозаменяемы, но дополняют друг друга. Первый представляет собой указание на происхождении у людей понятия о социальных свойствах, второе демонстрирует необходимость обучения им и пути достижения этого в обществе, основанном на этих свойствах.

Доказательство в «Протагоре», что обычные граждане обладают, в той или иной степени, «политической добродетелью», т. е. компетенцией в государственных делах, как и признание правомерности законодательных решений большинства (Theaet. 167с), показывают П. как сторонника фундаментальных принципов демократии. Оптимизм речи в «Протагоре», вера в воспитательную силу политических институтов демократии и ее образовательной системы, частью которой П. считает и свое преподавание, по-видимому, историчны. Тот же оптимистический рационализм лежит в основе положения П. о желательности изменения законов, руководствуясь пользой (Theaet. 167с).

П. первым оспорил традиционное традиционное понимание наказания как возмездия и выдвинул в качестве его целей исправление преступника, подавление неисправимых и устрашение других, подчинив его тем самым принципу практической целесообразности, что не предполагает, однако, автоматически требования смягчения наказаний (это положение П. разделял и Платон, Manuwald 1999; об интересе П. к теории наказания говорит и свидетельство об обсуждении им с Периклом проблемы вменяемости преступления, 80 А 10). В совокупности политическое мировоззрение П. является рационализмом, прагматизмом и приверженностью к демократии, которой руководит образованная элита, что ближе всего соответствует Афинам в правление Перикла. Напротив, вера П. в воспитательное воздействие государства на граждан, как и отсутствие у него высказываний, ограничивающих роль государства защитой жизни и имущества граждан (ср. с учениями о договоре), не позволяют отнести его к сторонникам идеологии, напоминающей либерализм, с которым часто связывают имя П.

Фрагм. и свидетельства: DK II, 253-271 (рус. пер. Маковелъский А. О. Софисты. Вып. 1-2. Баку, 1940-1941); I sofisti: Testimonianze е frammenti. Ed. M. Untersteiner. Fase. I. Fir., 19612. Новые фрагменты: Decleva Caizzi F. Protagoras (ЗТ - PTura V 222, 18-29), - CPF I, l***.l, 1999, p. 668-676; Mejer J. The Alleged New Fragment of Protagoras (1972), - Sophistik. Hrsg. von С J. Classen. Darmst, 1976, S. 30Ç-311.

Протагор в платоновских диалогах. Platon. Protagoras. Übersetzung und Komm. ν. В. Manuwald. Gott., 1999; CornfordF. M. Plato's Theory of Knowledge: The «Theaetetus» and the «Sophist» of Plato. L.; N. Y., 1935 (19572); Burnyeat M. The «Theaetetus» of Plato. Tr. by M. J. Levett rev. by M. Burnyeat. Indnp.; Camb., 1990; Sedley D. N. The Midwife of Platonism: Text and Subtext in Plato's «Theaetetus». Oxf, 2004.

Лит.: Изложения в рамках общих трудов: GomperzH. Sophistik und Rhetorik. Lpz.; В., 1912; GUTHRIE, HistGrPhilos III. The Fifth Century Enlightenment. Camb., 1969; KerferdG. B. The Sophistic Movement. Cambr., 1981; KerferdG. B.,FlasharH. Die Sophistik, -GGPh, Antike 2. 1, 1998, S. 1-137 (библ.); Философские воззрения. Kapp Ε. [Rez.:] Langerbeck Η. Doxis Epirhysmie, - Gnomon 12, 1936, S. 65-77, 158-169; Fritz К. von. Nous and Noein in Presocratic Philosophy. Part II, - CPhil 41, 1, 1946, p. 24-34 (repr. Presocratics. Ed. by A. Mourelatos. Princ, 1971, p. 67-71); Idem. Protagoras, - RE, 23, 1957, Sp. 908-921; Vlastos G. Introduction, - Plato. Protagoras. Tr. by В. Jowett, rev. by M. Ostwald. N. Y., 1956, p. VII-LXVI; Heinimann F. Vorplatonische Theorie der τέχνη (1961), - Sophistik. Hrsg. v. С. J. Classen. Darmst., 1976. S. 127-169; Müller С. W. Protagoras über die Götter (1967/1976), -Ibid., S. 312-340; Burnyeat M. F. Protagoras and Self-Refutation in later Greek Philosophy, -PhRev 85, 1976, p. 44-69; Idem. Protagoras and Self-Refutation in Plato's «Theaetetus», -Ibid., p. 172-195; Decleva Caizzi F. La tradizione protagorea ed un frammento di Diogene di Enoanda, - RFIC 104, 1976, p. 435-442; Idem. II frammento 1 DK di Protagora: nota critica, - Acme 31, 1978, p. 11-35; Manuwald В. Platon oder Protagoras? Zur grossen Rede des Protagoras (Plat. Prot. 320c8-328d2), - ΛHNAIKA: Festschrift fur С W Müller. Hrsg. v. Chr. Mueller-Goldingen, К. Sier. Stuttg.; Lpz., 1996, S. 102-131; Huss B. Der homo-mensura Satz des Protagoras. Ein Forschungsbericht, - Gymnasium 103,1996, S. 229-257; Лурье С. Я. Очерки из истории античной науки. М.; Л., 1947.

А. Л. БЕРЛИНСКИЙ