«Хроники»

наиболее распространённый тип произведений средневековой европейской историографии. X. не имели принципиальных отличий от других типов исторических сочинений — анналов (См. Анналы) и т. н. историй (весьма употребительны были «смешанные» название — «Хроника, или Анналы», «Хроника, или История»). Поэтому в современной исторической литературе название «X.» нередко употребляется в расширительном смысле — применительно ко всем без исключения произведениям средневековой историографии.

Собственно X. назывались обычно исторические сочинения, которые, в отличие от анналов, содержали более подробное и связное изложение событий, но уступали историям в степени авторской систематизации и осмысления материала. Методологическую основу Х., как и др. жанров феодально-церковной историографии и агиографии, вплоть до эпохи Возрождения (а в ряде стран до 18 в.) составляла теологическая концепция истории, выдвинутая в начале 5 в. Августином и истолкованная в 13 в. Фомой Аквинским (См. Фома Аквинский) в чисто феодальном духе. В средневековой Х. отсутствовало развитое понятие причинно-следственных отношений, место которого занимает идея Провиденциализма. Политические события рассматривались как проявление извечной борьбы бога и дьявола, неба и ада, добра и зла. Провиденциализм обусловил и такие характерные черты Х., как отсутствие объективного критерия истины, некритическое отношение к источнику, вера в чудеса и знамения. Нередки в Х. и моменты прямой фальсификации (например, ради обоснования древности тех или иных привилегий, предоставленных монастырю, церкви, епископству). В раннее средневековье особенно популярны были т. н. всемирные, или универсальные, Х. (chronica mundi, chronicon universale). Изложение событий во «всемирных» Х. начиналось, как правило, от «сотворения мира» (причём весь материал, относящийся к событиям до времени жизни хрониста, заимствовался из одной или нескольких более ранних Х.), включало события настоящего и завершалось «повествованием» о будущем человечества, истолкованном в духе христианской эсхатологии (См. Эсхатология). К числу наиболее известных «всемирных» Х. относятся «Большая хроника» Исидора Севильского (См. Исидор Севильский) (7 в.), «Хроника» Оттона Фрейзингенского (См. Оттон Фрейзингенский) (12 в.) и др. До 13 в. центрами хронистики были монастыри. Х. писались, как правило, на латинском языке (исключение составляет «Англо-саксонская хроника», записанная на англо-саксонском языке). По мере образования национальных государств стали возникать, получая всё большее распространение, национальные Х., посвященные истории одной страны и написанные на национальных языках. С 13 в. создаются (на латинском языке) значительные своды Х., отразившие начальный этап становления национальных государств: «Большие французские хроники» (13—15 вв.), хроника Матвея Парижского (См. Матвей Парижский) (13 в.) в Англии, «Всеобщая испанская хроника» (13—14 вв.) и др. В 13—14 вв. наряду с монастырскими получают развитие рыцарские («Хроника» Ж. Фруассара, 14 в., и др.) и городские Х. (хроники Дино Компаньи и Дж. Виллани во Флоренции, 14 в.; любекская хроника Детмара и И. Герца, 14—15 вв.; Х. аугсбургского купца Б. Цинка, 15 в., и др.). Оставаясь в целом на почве феодальной историографии, городские Х. носили, однако, в большей степени светский характер; им свойственны некоторые антифеодальные тенденции — следствие длительной борьбы городов с сеньорами. Как церковно-феодальным, так и городским Х. присущи ярко выраженные классовые черты: первые защищали господство духовных и светских феодалов, вторые — интересы патрициата и богатого купечества.

Являясь памятниками средневековой историографии, многие Х. вместе с тем, несмотря на специфику их методологии и методов работы хрониста, служат важнейшим источником изучения политической истории, а также истории быта, нравов, материальной и духовной культуры (хроники Ордерика Виталия, 12 в.; францисканца Салимбене, 13 в.; французская «Хроника первых четырех Валуа», 14 в., и др.). Городские Х., как правило, превосходят монастырские и рыцарские наличием данных экономического характера, тогда как последние (особенно рыцарские) содержат больше сведений по истории дипломатии и войн. Значительный интерес представляют иллюстрированные Х. Миниатюры средневековых Х. являются не только своеобразным историческим источником, но и памятником искусства (широкую известность получили относящиеся к 15 в. миниатюры «Больших французских хроник»).

С началом эпохи Возрождения происходит постепенный упадок хронистики, что отразило общий идейно-методологический кризис средневековой историографии. Историки-гуманисты отвергли теологическую трактовку истории и выдвинули в качестве важнейшей задачи исторических сочинений установление естественных причин исторических событий. Появление в этот период последних крупных сводов Х. (т. н. «Хроники» Р. Холиншеда в Англии и др.) во многом связано с повышением общественного интереса к истории, вызванным распространением идей Возрождения и Реформации, а сами Х. в той или иной форме отразили влияние этих идей.

Особую обширную группу составляют византийские Х. — «всемирные» и посвященные истории империи (см. в ст. Византия. Византийская культура, Историческая наука). В Древней Руси (и ряде др. славянских стран) исторические произведения, соответствующие Х., носили название летописей (См. Летописи) (летописцев) и хронографов (См. Хронографы).

Название «Х.» закрепилось в европейской науке также за многими произведениями средневековой историографии стран Востока.

Лит.: Косминский Е. А., Историография средних веков, [М.], 1963; Вайнштейн О. Л., Западноевропейская средневековая историография, М. — Л., 1964; Люблинская А, Д., Источниковедение истории средних веков, Л., 1955; Wattenbach W., Das Schriftwesen im Mittelalter, 4 Aufl., Graz, 1958; Lorenz О., Deutschlands Geschichtsquellen im Mittelalter, 3 Aufl., Bd 1—2, В., 1886—87; Brincken A. D. von, Studien zur lateinischen Weltchronistik..., Düss., 1957; Grundmann H., Geschichtsschreibung im Mittelalter, Göttingen, [1965]; Poole R. L., Chronicles and annals, Oxf., 1926.

О. Л. Вайнштейн.

(греч. xronika - летопись, от xronikos - относящийся ко времени, к летоисчислению, xronos - время) - наиболее распространенный тип произведений средневековой историографии. В ср. века в Зап. Европе назв. "X." утвердилось за ист. сочинениями, к-рые в отличие от анналов, представляющих собой краткий перечень событий, объединенных только по хронологич. принципу, содержат более подробное и систематизированное изложение событий. Для многих X. характерно стремление их авторов осмыслить весь ход событий (в свете той или иной религ., политич., этнич. или др. тенденции).

С раннего средневековья большое распространение получили т. н. всемирные, или универсальные, X. (chronica mundi, chronicon universale) - жанр, в сущности не известный античности. Изложение ист. событий в них начиналось, как правило, от "сотворения мира", причем весь материал, относящийся к истории до времени жизни хрониста, заимствовался из одной или неск. предшествующих X. Традиц. периодизация истории во "всемирных" X. следовала либо периодизации, выдвинутой в 4 в. Евсевием Кесарийским и его последователем Иеронимом - по "четырем монархиям" (ассиро-вавилонская, мидо-персидская, греко-македонская и римская, причем ср.-век. "Священная Рим. империя" рассматривалась как прямое продолжение последней), либо периодизации Августина по "шести возрастам мира" (в основе этой периодизации лежал принцип тройного параллелизма: 6 дней "творения"; 6 возрастов человеческой жизни - от младенчества до старости; 6 "исторических эпох" - от сотворения Адама до потопа, от потопа до Авраама, от Авраама до Давида, от Давида до вавилонского пленения, от пленения до рождества Христова, от рождества Христова до "конца света"). И в том, и в др. случае "всемирные" X. повествовали не только о событиях прошлого и настоящего, но и (согласно августиновской эсхатологии) о будущем человечества - вплоть до "страшного суда" и торжества христ. праведников в божьем царстве, на небесах - конечной цели земной истории. Т. о., "всемирные" X., являясь - наряду с анналами, т.н. историями и различными видами агиографич. литературы - ветвью феод.-церк. историографии, проводили историко-богословскую концепцию истории в офиц. церк.-феод. духе. К числу наиболее известных "всемирных" X. относятся "Большая X." Исидора Севильского (7 в.), "Хроника" Оттона Фрейзингенского (12 в.) и др. До 13 в. центрами хронистики были монастыри. X. писались только на лат. яз. (исключение составляет "Англо-саксонская хроника", записанная на англо-сакс. яз.). По мере нац.-политич. консолидации стали возникать, получая все большее распространение, национальные X., посвященные истории одной страны. С 13 в. создаются значит. своды хроник, отразившие начальный этап становления нац. гос-в: "Большие французские хроники" (13-15 вв.) во Франции; хроника Матвея Парижского (13 в.) в Англии; "Всеобщая исп. хроника" (13-14 вв.) и др. Получают распространение X. на нар. языках. С 13 в. авторами X. становятся наряду с монахами светские люди, гл. образом рыцари (один из наиболее известных и ярких примеров рыцарской хронистики - "Хроника" Ж. Фруассара, 14 в.). Появление в этот период гор. хроник отразило рост экономич. и политич. значения городов. Их составителями были представители гор. патрициата, купцы, юристы, офиц. гор. писцы. К X. этого типа относятся хроники Дино Компаньи, и Дж. Виллани во Флоренции (14 в.), дожа А. Дандоло в Венеции (14 в.), любекская хроника Детмара и И. Герца (14-15 вв.), X. аугсбургского купца Б. Цинка (15 в.) и др. Оставаясь в целом на почве феод. историографии, гор. X. носили, однако, в большей степени светский характер; им свойственны нек-рые антифеод. тенденции - следствие длит. борьбы городов с сеньорами.

Как церк.-феод., так и гор. X. присущи ярко выраженные классовые черты: первые защищали социальное и политич. господство духовных и светских феодалов, вторые - интересы патрициата и богатого купечества. Классовый характер X. выражается также в единстве мировоззрения и методологии, в основе к-рых с первых шагов ср.-век. хронистики вплоть до эпохи Возрождения (а в ряде стран - до 18 в.) лежала философия истории Августина, к-рая в 13 в. была истолкована Фомой Аквинским в чисто феод. духе. В ср.-век. хронистике отсутствует четкое понятие причинно-следственных связей, характерное для антич. историографии; его место заняли провиденциализм и связанная с ним мистика чисел и символика знамений. Политич. события, как и судьбы отд. лиц, рассматривались в X. как проявление извечной борьбы бога и дьявола, добра и зла, неба и ада. Войны, бедствия нар. масс, неурожай и мор, стихийные бедствия объяснялись "божьей волей", "карой за грехи", а также кознями "дьявола" - "врага рода человеческого" и происками людей "подлых профессий", а в X. раннего средневековья - также приближением "конца света". Характерные черты X. - вера в чудеса, некритич. отношение к источнику, отсутствие критерия истины. Нередки в X. и моменты прямой фальсификации (напр., ради обоснования древности тех или иных привилегий, предоставленных монастырю, церкви, епископству). В силу этого X. нередко представляют больший интерес как памятники ср.-век. историографии, нежели как ист. источники. В то же время многие X. служат важнейшим источником для изучения политич. истории, а также истории быта, нравов, материальной и духовной культуры. К числу первоклассных источников относятся X. монаха из Нормандии Ордерика Виталия (12 в.), францисканца Салимбене (13 в.), франц. Хроника первых четырех Валуа (14 в.) и др. Гор. X., как правило, превосходят монастырские и рыцарские наличием данных экономич. характера, тогда как последние (особенно рыцарские) важнее для истории дипломатии и войн.

Значит. интерес представляют иллюстрированные X. Миниатюры ср.-век. X. являются не только своеобразным ист. источником, но и памятниками искусства (особую известность получили относящиеся к 15 в. миниатюры "Больших франц. хроник").

X. как тип ист. сочинения получили в ср. века распространение во всех странах Зап. и Центр. Европы. Особую обширную группу составляют византийские X. (см. в ст. Византийская культура) - всемирные и посвященные истории империи. Визант. X. оказали значит. влияние на летописание в странах Вост. и Юго-Вост. Европы.

С началом эпохи Возрождения происходит постепенный упадок хронистики, что отразило общий идейно-методологич. кризис ср.-век. историографии. Историки-гуманисты отвергли теологич. трактовку истории и выдвинули в качестве важнейшей задачи ист. сочинений установление естеств. причин ист. событий.

Назв. "X." закрепилось в европ. ист. науке также за многими произведениями ср.-век. историографии стран Востока. В Др. Руси (и в ряде других слав. стран) произведения, соответствующие X., носили название летописей (летописцев) и хронографов.

В новое и новейшее время термин "X." употребляется в качестве названия обзоров событий за к.-л. период (напр., X. политическая, культурная, спортивная). Термин "X." входит в наименование нек-рых художеств. произведений (П. Мериме, "Хроника двора Карла IX", 1829; С. Т. Аксаков, "Семейная хроника и Воспоминания", 1856).

Лит.: Косминский Е. А., Историография средних веков, (М.), 1963; Вайнштейн О. Л., Западноевропейская средневековая историография, М.-Л., 1964; Люблинская А. Д., Источниковедение истории средних веков, Л., 1955; Мелик-Гайказова (Гюрджан) Н. Н., Французские хронисты XIV в. как историки своего времени, М., 1970; Wattenbach W., Das Schriftwesen im Mittelalter, 4 Aufl., Graz, 1958; Lorenz O., Deutschlands Geschichtsquellen im Mittelalter..., 3 Aufl., Bd 1-2, В., 1886; Brincken A. D. von, Studien zur lateinischen Weltchronik, Düss., 1957; Grundmann H., Geschichtsschreibung im Mittelalter, Göttingen, (1965); Poole R. L., Chronicles and annals, Oxf., 1926; Krumbacher K., Geschichte der byzantinischen Literatur, 2 Aufl., Münch., 1897.

О. Л. Вайнштейн. Ленинград.