«Рылеев Кондратий Федорович»

Рылеев Кондратий Федорович [18(29).9.1795, с. Батово, ныне Гатчинский район Ленинградской области, ‒ 13(25).7.1826, Петербург], русский поэт-декабрист. Из мелкопоместной дворянской семьи. Учился в Петербургском 1-м кадетском корпусе (1801‒1814). Участник заграничных походов русской армии (1814, 1815). В 1818 вышел в отставку, служил заседателем Петербургской уголовной палаты (с 1821), правителем канцелярии Российско-американской компании (с 1824). В 1823 стал членом Северного общества декабристов, возглавив затем наиболее радикальную и демократическую его часть. В своих политических взглядах Р. эволюционировал от умеренных конституционно-монархических к республиканским. Сыграл ведущую роль в организации восстания 14 декабря 1825. Казнён в Петропавловской крепости в числе пяти руководителей восстания.

Литературную известность принесла Р. сатира «К временщику» (1820) ‒ гневное обличение аракчеевских порядков. Дальнейшее формирование творческих принципов Р. связано с Вольным обществом любителей российской словесности, членом которого он стал в 1821. В 1823‒25 Р. совместно с А. А. Бестужевым выпускал ежегодный альманах «Полярная звезда». В 1821‒23 Р. создал цикл исторических песен «Думы» (отдельное изд. 1825): «Олег Вещий», «Мстислав Удалый», «Смерть Ермака», «Иван Сусанин», «Петр Великий в Острогожске», «Державин» и др. Обращаясь к героическому прошлому России, поэт переосмысляет его в духе собственных гражданских идеалов.

Декабристским вольнолюбием и предощущением грядущей судьбы этого движения проникнуто центральное произведение Р. ‒ поэма «Войнаровский» (отдельное издание 1825). Мысли о высоком гражданском служении отчизне Р. вкладывает в исповедь главного героя поэмы, сосланного в Сибирь за участие в мятеже против Петра I, поднятом Мазепой. Противоречивость историзма Р. сказалась в романтической идеализации Мазепы и Войнаровского, в отступлении от исторической правды во имя пропаганды декабристских идей. Хотя А. С. Пушкин ценил поэму Р. выше его «Дум», в «Полтаве» он спорит с концепцией истории, выраженной в «Войнаровском». В незаконченной поэме «Наливайко» (отрывки опубликованы в 1825) Р. обращается к теме национально-освободительной борьбы украинского казачества 16 в. против шляхетского засилья. Наиболее полным выражением гражданского пафоса в лирике Р. явилось стихотворение «Я ль буду в роковое время...» («Гражданин»). В агитационно-сатирических песнях («Ах, где те острова...», «Царь наш, немец русский...», «Уж как шёл кузнец...», «Ах, тошно мне и в родной стороне...» и др.), написанных совместно с А. А. Бестужевым, звучали ненависть к самодержавно-крепостническому строю и прямые призывы к его свержению.

Соч.: Полное собрание соч. [Ред., вступ. ст. и коммент. А. Г. Цейтлина], М. ‒ Л., 1934; Стихотворения. Статьи. Очерки. Докладные записки. Письма. [Вступ. ст. В. Г. Базанова], М., 1956: Дело К. Ф. Рылеева, в сборнике: Восстание декабристов, т. 1, М. ‒ Л., 1925.

Лит.: Базанов В. Г., Поэты-декабристы, М. ‒ Л., 1950; Оксман Ю. Г., Агитационные песни Рылеева, в кн.: Литературное наследство, т. 59, М., 1954; Цейтли и А. Г., Творчество Рылеева. М., 1955; Нечкина М. В., Движение декабристов, т. 1‒2, М., 1955; Фризман Л. Г., Поэзия декабристов, М., 1974; История русской литературы XIX в. Библиографич. указатель, М. ‒ Л., 1962.

С. М. Александров.

РЫЛЕЕВ Кондратий Федорович (1795-1826) - русский поэт, декабрист. Член Северного общества, один из руководителей восстания 14 декабря 1825. Создатель альманаха "Полярная звезда". Лирика, исторические "Думы", поэмы "Войнаровский", "Наливайко" и др. насыщены политическими ассоциациями, характерными для русского гражданского романтизма. Казнен.

Рыле́ев Кондратий Фёдорович

(1795—1826), поэт, декабрист, член Северного общества, один из руководителей восстания 14 декабря 1825. Создатель альманаха «Полярная звезда» (совместно с А. А. Бестужевым-Марлинским). Лирика, исторические «Думы», поэмы «Войнаровский», «Наливайко» (все три — 1825) и другие произведения насыщены политическими ассоциациями, характерными для русского гражданского романтизма. Казнён.

* * *

РЫЛЕ́ЕВ Кондратий Федорович (1795—1826), русский поэт, декабрист. Член Северного общества, один из руководителей восстания 14 декабря 1825. Создатель альманаха «Полярная звезда». Лирика, исторические «Думы», поэмы «Войнаровский», «Наливайко» и др. насыщены политическими ассоциациями, характерными для русского гражданского романтизма. Казнен.

* * *

РЫЛЕ́ЕВ Кондратий Федорович [18 (29) сентября 1795, с. Батово Софийского уезда Петербургской губ. — 13 (25) июля 1826, казнен в Петербурге], русский поэт, декабрист.

Сын небогатого дворянина, отец имел небольшое имение в Санкт-Петербургской губернии. Рылеев получил образование в 1 Кадетском корпусе в Петербурге. Из корпуса был выпущен в январе 1814 артиллерийским офицером, участвовал в заграничных походах русской армии 1814—15. Существует предание, что в Париже Рылеев посетил знаменитую гадалку, которая предсказала ему смерть через повешение. После войны он квартировал вместе с ротой в Виленской, затем Воронежской губерниях. Вышел в отставку в 1818 в чине подпоручика. В 1819 женился по страстной любви на дочери воронежского помещика Н. М. Тевяшевой и поселился в Петербурге, где поступил на службу в палату уголовного суда. Как и некоторые другие либерально настроенные современники, Рылеев старался «облагородить» непопулярную среди дворянства гражданскую службу и использовать ее для совершения гуманных поступков и борьбы за справедливость. Служа в суде, Рылеев совершил немало добрых дел, помогал обездоленным и притесняемым. С весны 1824 Рылеев перешел правителем дел в канцелярию Российско-Американской компании и поселился в казенном доме на набережной Мойки.

Литературная деятельность

Определяющими чертами личности Рылеева были его пламенный патриотизм, стремление к свободе отечества и романтически-возвышенное понимание гражданственности. Его политические взгляды носили налет романтического утопизма. По воспоминанию сослуживца, Рылеев был помешан на «равенстве и свободомыслии». Это было основным мотивом и его поэтического творчества. Рылеев воспевал гражданские добродетели, был чужд чисто эстетического отношения к поэзии («Я не поэт, я гражданин»), его герои — борцы за свободу. С 1819 он начал сотрудничать в различных литературных журналах, прославился в 1820 публикацией стихотворения «К временщику», явно обличавшего А. А. Аракчеева(см. АРАКЧЕЕВ Алексей Андреевич). Автор сборника «Думы» (оригинальные по форме стихотворные повествования о славных событиях русской истории, одна из дум, «Ермак», стала народной песней), поэм «Войнаровский», «Наливайко». Рылеев состоял членом Вольного общества любителей российской словесности(см. ВОЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО ЛЮБИТЕЛЕЙ РОССИЙСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ), Общества соревнователей просвещения и благотворения. В 1823—25 вместе с другом, литератором и декабристом А. А. Бестужевым(см. БЕСТУЖЕВ Александр Александрович) издавал имевший успех литературный альманах «Полярная Звезда»(см. ПОЛЯРНАЯ ЗВЕЗДА (1855—1868)), в котором печатались произведения А. С. Пушкина, П. А. Вяземского(см. ВЯЗЕМСКИЙ Петр Андреевич), А. А. Дельвига(см. ДЕЛЬВИГ Антон Антонович) и др.

Осенью 1823 Рылеев был принят И. И. Пущиным(см. ПУЩИН Иван Иванович) в Северное общество(см. СЕВЕРНОЕ ОБЩЕСТВО), быстро стал одним из активнейших его членов. В конце 1824 вошел в директорию Северного общества и фактически возглавил его. По взглядам Рылеев больше тяготел к идее республики, чем конституционной монархии, но не придавал большого значения спорам декабристов на этот счет. Он считал, что вопрос о форме правления в России должно решать не тайное общество, а избранное народом Учредительное собрание, и основная задача тайного общества — добиться его созыва. Рылееву же принадлежала и идея компромиссного решения вопроса о судьбе царской фамилии: заручившись поддержкой флотских офицеров, вывезти ее на корабле в «чужие края». Рылеев даже пытался основать управу Северного общества в Кронштадте, но потерпел неудачу.

В феврале 1824 Рылеев был ранен на дуэли с князем К. Я. Шаховским (причиной дуэли послужила задетая честь сестры Рылеева). В сентябре 1825 Рылеев был секундантом на нашумевшем поединке его кузена и члена тайного общества К. П. Чернова с В. Д. Новосильцевым, который закончился гибелью обоих участников.

Известие о смерти Александра I(см. АЛЕКСАНДР I Павлович) застало врасплох членов Северного общества, которые, чтобы избежать обсуждения вопроса о цареубийстве, решили приурочить революционное выступление к моменту смерти монарха. Рылеев сделался одним из инициаторов и руководителей подготовки восстания 14 декабря 1825 на Сенатской площади. В дни междуцарствия он был болен ангиной, и его дом стал центром совещаний заговорщиков, приходивших будто бы проведать больного. Рылеев, воодушевляя товарищей, сам не мог эффективно участвовать в восстании, поскольку был штатским. Утром 14 декабря он пришел на Сенатскую площадь, затем покинул ее и большую часть дня провел в разъездах по городу, стараясь выяснить ситуацию в разных полках и найти подмогу. Арестован был у себя дома вечером того же дня. Приговорен к смертной казни и повешен 13 июля 1826. У Рылеева были дочь и сын, умерший в младенчестве.

РЫЛ́́ЕЕВ Кондратий Федорович (1795—1826), рус. поэт, декабрист. У Л. были особые причины интересоваться его личностью и творчеством: Р. был близок с братом бабушки Л., Аркадием Алексеевичем Столыпиным (см. Столыпины), сочувствовавшим декабристам. Его вдове Р. посвятил стих. «В. Н. Столыпиной», в к-ром напутствовал ее сыновей в духе гражд. доблести. С одним из них, А. А. Столыпиным (Монго), Л. был связан не только родственно, но и дружески. Отзвуки поэзии Р. наблюдаются в самых ранних произв. Л.: в поэме «Кавказский пленник» (ср. с отрывком из незаконч. поэмы Р. «Палей»), стих. «К Д[урно]ву» (ср. посвящение к поэме Р. «Войнаровский»), в набросках поэмы «Олег» (ср. «Олег Вещий» Р.). Не без влияния «Дум» Р. создает Л. в 1830 стих. «Наполеон (Дума)», «Могила бойца (Дума)». По мнению исследователей, воздействие революц. поэзии Р. сказалось в стих. Л. «10 июля (1830)», «Новгород», «Опять вы, гордые, восстали», «К***» («Когда твой друг с пророческой тоскою»), в поэме «Последний сын вольности». В 13—14 строфах 1-й части «Демона», по-видимому, есть следы чтения «Гайдамака» Р. Было выдвинуто предположение о Р. как адресате стих. «Великий муж! здесь нет награды» (в наст. время не считается убедительным). Однако в зрелую пору у Л. лишь изредка встречается прямая перекличка образов и поэтич. формул [ср. образ «надменного временщика» в «Умирающем гладиаторе» Л. и «К временщику» (1820) Р., мотивы «суда потомства» у обоих поэтов]; Л. следует за Р. гл. обр. в социально-политич. направленности лирики (ср. у Р. «Я ль буду в роковое время...», 1824, и «Думу» Л.). Едва наметившаяся в поэзии Р. тенденция к слиянию интимной и гражд. лирики — «К Косовскому» (1821), «К N. N.» («Ты посетить, мой друг, желала», 1824—25) и др. — свое наиболее органич. и последоват. воплощение получила в лирике Л.Лирич. герой Л. близок героям Р. твердостью, гражд. мужеством; вместе с тем последекабрьская действительность обусловила в нем черты трагич. безысходности, рефлексии, скептицизма. В то же время социальный протест героев Л. шире, чем у Р. Глубже и многостороннее ставит Л. проблему личности и ее свободы, впервые объединив политич., социальный, нравственно-психол. и филос. аспекты этой проблемы. Л. более последователен в попытках сблизиться с народом, его жизнью, творчеством (см. "Бородино", "Завещание", "Казачья колыбельная песня", "Родина", "Песня про...купца Калашникова»). Подняв на новую ступень гражданственность рус. романтизма, Л. соединил его с оставшимися недоступными Р. завоеваниями социально-психол. реализма.Лит.: Висковатый, с. 84, 119, 183—84; Владимиров, с. 5—6; Шувалов (1), с. 307—08; Нейман (4); Нейман (8), с. 437—44; Мануйлов (1), с. 131—36; Ефимова М. (1), с. 139—46; Соколов А. Н., Очерки по истории рус. поэмы XVIII и 1-й пол. XIX в., М., 1955, с. 590—92, 605; Закруткин В., с. 261—70; Заславский И. Я., К вопросу о декабрист. традиции в творчестве Л., «Вісн. Киïв. ун-ту», 1959, № 2, в. 2, с. 17—24; Эйхенбаум (12), с. 13—14; Архипов, с. 317—23; Удодов (2), с. 275—78; Удодов Б. Т., О творч. связях М. Ю. Л. и К. Ф. Рылеева, в сб.: Индивидуальность писателя и лит.-обществ. процесс, Воронеж, 1978, с. 3—21.